Женщина исцелилась и зажила как прежде вместе со своей матерью. Когда вспоминала она о своем мальчике, на душе у нее становилось тепло, не было там тяжести и боли. Сердце ее понимало, что ему сейчас хорошо.
Она была уже не молода, но прошло время и захотела она родить дочь. Светлую и прекрасную, как Весна.
Пошла она к шаману, жившему в глубине леса. Взял он бубен, нарисовал углем от костра круг и кинул кости. Три из них упали внутрь круга, и сказал он, что будет у нее дитя. Желанное и светлое, как она хочет, но придется ей пережить до этого три смерти. И только потом родит.
Вернулась женщина домой, задумчивая и молчаливая.
"Что с тобой?" - спросила ее мать.
Рассказала она ей всю правду о предсказании шамана.
Вздохнула тогда Мать и говорит:
"Долго я пожила на этом свете. Многое видела. Пора, значит, мне уходить. Не горюй обо мне. Похорони меня у реки."
Дочери стало тяжело на сердце, обняла она мать, ничего ей не ответила.
Но стала старушка с того дня хворать, угасать и к началу лета слегла совсем. Дочь ухаживала за ней с любовью, гладила её седые волосы, плакала и старалась не думать о предсказании. Но по ночам мысли о смерти прилетали к ней сами. И тогда она открывала глаза и прислушивалась, дышит ли мать. И не могла признаться себе, что слушает с надеждой: а вдруг нет?
Сердце сжимало холодом от этих мыслей, вина гирей давила на грудь. Ведь она любила мать. Но все же не могла отогнать от себя радостного волнения, когда казалось, что дыхание старухи остановилось.
Утром она просыпалась и с улыбкой шла умывать, готовить ей еду, давать лекарства и молиться о здравии матери. А ночью опять прислушивалась и ждала…
И так день за днем, и ночь за ночью…Казалось, не будет конца этим тяжелым дням и ночам без сна.
Но вот в начале июня, когда стало совсем тепло, женщина взяла ведра и пошла на реку: искупаться и набрать воды. Не было её всего час, а как вернулась, видит лежит Мать бездыханная и ничего не отвечает. Ледяной холод сковал женщине сердце, села она на кровать рядом и не могла понять, что внутри у нее делается, будто тоже умерло все и закоченело. А потом нечего делать - встала, собралась и пошла соседей звать…
Похоронили Мать у реки.
А Женщина вернулась вечером в свой пустой дом и стало ей так одиноко, что слезы ручьями потекли из глаз и растопили лёд на сердце. Стало оно с того дня еще больше чего-то ждать: нового и неведомого.
9 дней прошло со смерти матери. Женщина шла после поминок по дороге, вечерело. Вдруг услышала она крики и ругань. У обочины какие-то парни били одного, не местного. Он отбивался, но с толпой справиться не мог. Она крикнула, чтоб не били все одного. Ей ответили: " Иди домой и не лезь". Лезть она не хотела, но как увидела, что кто-то из них нож выхватил, взяла с дороги булыжник и, не метясь, в толпу кинула. Попала прямо в голову одному из парней. Упал он замертво. "Неужели вторая," - подумала Женщина и обомлела.
Женщину хотели судить, но незнакомец, которого она защитила, сказал, что парень случайно упал в драке, и голову расшиб. А остальные и перечить не стали, пожалев несчастную, что только мать схоронила.
Позже Он нашел её дом - пришел благодарить за спасение, да так и остался на ночь. Не смогла прогнать она его из дома, где так пусто было спать одной. Захотелось к теплу Его прижаться и отогреться после всех страданий. Наутро Он ушел - вернулся в своё село, в свой дом, где его ждали. А она осталась опять одна. Но стала чувствовать с той ночи, что растет внутри неё Жизнь, крошечная и теплая, как Его объятия.
Осень наступила, а затем зима. Никому Женщина не сказала, что ждет ребенка. Похолодало, скрыть под тулупами и шубами свою тайну было легко. В гости она ни к кому не ходила. Жила по-прежнему одна, почти ни с кем не общалась, и с тайной радостью ждала весны, своей Весны…
Только мысль о третей смерти теперь не давала покоя, и металась черною птицей по душе.
Стали сходить снега, потеплело. Пробивалась редкая еще зеленая травка на проталинках. Женщина чувствовала, что вот-вот придет время родов, всё тяжелее было ей ходить. В один из погожих дней взяла она ведро и пошла на реку за водой. Полные ведра носить уже не могла и приходилось ходить много раз, нося по половинке. Лед еще был крепок, несмотря на весеннее солнышко. Но вот, нагнувшись в который раз над прорубью, она услышала страшный треск и поспешила к берегу. Идти быстро было слишком тяжело. Лед трещал все сильнее, и вот она почувствовала, как ноги уходят под воду. От ледяной воды захватило дыхание, сильное течение стало затаскивать под воду. Женщина кричала, но на берегу никого не было. Черной мглой накрыло чувство отчаяния, и поняла она, что третья смерть - её.
Вода затягивала, тяжелый живот камнем тянул на дно. От холода свело горло. Вспомнила она мигом всю жизнь свою: мужа, сына, мать, болезни и лишения, одиночество и скорби. Вспомнила свою последнюю любовь, и поняла, что ни о чем не жалеет. Ушел из сердца страх, и хотела она уже отпустить руки и отдаться течению великой реки, когда-то вернувшей её к жизни. Сделай она это или нет, река будет течь, и ничто её не остановит. Будет покрываться льдом и нести шумные волны на берег, наполнять поля и приносить людям силы, смывать страдания и наполнять надеждами, ночью отражать звезды, а днем - солнце. И жизнь ее в этом круговороте - только маленькая капля, которую растворит поток времени. Не останется от нее ничего важного и большого, только круги на воде. Ляжет она камушком на дно, одним из тысяч таких же маленьких булыжников, покрывающих огромные подводные пространства, а водная гладь через мгновение станет снова ровной и гладкой, будто и не было ничего. И все обиды, все страхи и переживания растворились вдруг, будто смыло их водой. Сердце стало пустым, чистым и прозрачным, как лед, за который она все еще цеплялась.
Рано или поздно она станет рекой…Глубокой и чистой…
Лишь новая жизнь, бившаяся под сердцем, наполняла желанием всё еще цепляться за острые края льда. Как будто сама река вдруг шепнула ей: "Оставь дитя…"
К берегу подбежал мальчишка, издали увидел, что кто-то барахтается в воде и молнией вернулся к отцу. Тот успел вовремя и вытащил из воды, еле дышавшую, мертвенно бледную женщину. "Зови лекаря", - крикнул сыну, поняв, что дело плохо.
Женщину принесли в дом. Она стала приходить в себя, и тут же застонала от резкой боли. Начались схватки. Роды шли медленно и болезненно. Сил на потуги совсем не было. Местная повитуха в сердцах охала: "Так дело не пойдет…ой не пойдет. Слаба слишком. Коль до рассвета не родит, готовьте саванн".
Но с первыми лучами солнца у женщины будто открылось второе дыхание, и в избе послышались слабые крики младенца. Она напряженно прислушивалась к каждому вздоху ребенка. Но малышка, пригревшись на груди, дышала ровно и сладко.
"Ну ты даешь, мать. Всех нас удивила. Мы и не чуяли, что ты вон какую девчушку носишь…" - сказала старая повитуха. " Ты родила, и сама будто заново родилась. А я ведь думала, что к рассвету дух испустишь"
"Я третью смерть все ждала, - сказала тихо женщина. - А она мне улыбнулась. Я внутри-то умерла, а снаружи- таже".
Ухмыльнулась тихо повитуха и подумала: "Да так ведь оно и бывает", и пошла домой.
За окном занималась розовая заря, а Женщина лежала, смотрела на свое дитя и тихо улыбалась. Внутри нее было теплое и спокойное ощущение глубоководной полноты жизни, и ожившая от зимней стужи река несла светлые воды к бездонному морю.
На груди у неё лежала Девочка, прекрасная и розовая, как Весна