Юра не узнавал своего сына. Замкнутый и неразговорчивый с ними, он уходил к соседской бабушке и болтал там без умолку. Игорь окучил ей картошку, прополол все ягодные грядки, отпилил старые поломанные ветки у яблони. А сегодня с утра он сбегал в магазин и принес ей три килограмма муки.
- Пирожки сегодня будем стряпать. – Объяснил он родителям, которые молча переглянулись. – С картошкой, а еще с луком и яйцом. Вас тоже угостим, не переживайте.
Оксана, которая в этот момент загорала на большом покрывале, проводила сына взглядом и посмотрела на мужа. Он колол дрова, чтобы затопить вечером баню.
- Вот одного я не понимаю. – Сказала она. – Почему ему с нами не весело? Чем мы такие плохие с тобой? Вырастили его, все дали. Чего только у него нет. Телефон, наушники, велосипед дорогой, скейтборд. На день рождения ты ему собрался электросамокат покупать. – Оксана развела руками. – Что ему еще надо?
- Интересно ему видимо там. – Пожал плечами Юра. – Я свою бабушку тоже очень любил. Бабушки – они добрые, милые.
- А мы с тобой злые, получается. Ты его один только раз хотел ремнем выпороть, и то я тебя остановила. Ругаем иногда, конечно. А как не ругать? Не по голове же гладить всегда. То, что лодырь, учится кое-как, иногда приходится и поучить жизни. На то мы и родители.
- Ты лучше посмотри, как твой лодырь бабуле забор починил, а потом еще и покрасил.
- Хм… Ничего не понимаю. – Оксана удобно расположилась на одеяле и надела солнцезащитные очки. – Почему он дома-то ничего не делает? А перед чужой бабкой распинается.
- Надо было ему брата родить или сестру, может тогда он веселее бы был. Вдвоем все же интереснее расти.
- Мы втроем-то в нашей старой однушке еле помещались, а сейчас уже поздно. Мне почти сорок.
- И в сорок пять рожают.
- Ну и пусть рожают. А я и для себя хочу пожить успеть.
Оксана замолчала. До них донесся громкий смех сына из-за забора. Прошел уже почти месяц, как они живут здесь, а Игоря они за это время видели совсем немного. Пару раз он сходил с Юрой на рыбалку, один раз в лес за грибами, все остальное время он проводил в соседнем доме.
К вечеру Игорь вернулся домой с тарелкой пирожков. Он был очень доволен собой, и гордо демонстрировал те пирожки, которые сделал сам.
- Я пригласил бабушку в баню. – Осторожно сказал он, ожидая реакцию родителей.
Юра посмотрел на Оксану, которая тут же нахмурилась.
- А нас уже спрашивать необязательно. – Вздохнула она, всплеснув руками.
- Она ходит на другой конец деревни. Это очень далеко. – Ответил мальчик. – К нам ближе.
- Что ж. – Подытожила женщина, посмотрев на мужа.
- Пусть обязательно приходит. – Ответил Юра. – Там такой жар сегодня.
- Только… - Игорь замолчал, очевидно подбирая слова. – Ты ее подстриги, мама. Что бы, как в молодости.
- Что? – Оксана раскрыла в изумлении рот. Она работала парикмахером в салоне красоты и всегда брала с собой все свои инструменты. – Я же не видела ее в молодости.
- Она фотографию покажет. – Рассмеялся мальчик. – Она там такая молодая.
Юра задумался, глядя на сына. Он никогда не показывал ему свои детские фотографии. Где вообще они лежали после такого количества переездов? А армейские фотографии? Целый альбом. Где это все? Он на танке ездил, а сын об этом почти ничего не знал.
Спустя некоторое время пришла соседка. Старушка, мило улыбаясь, поставила на стол банку с вишневым компотом.
- Холодный. После бани. Самое оно. – Сказала она.
- Иди бабуля в баню. – Юра улыбнулся ей в ответ. – Только боюсь не жарковато ли для тебя будет.
- Жар костей не ломит. – Ответила та и ушла.
Оксана посмотрела на компот, потом на довольное лицо сына и все же не удержалась.
- Вот ты скажи мне, Игорек, что ты там все время у этой бабки делаешь? Целыми днями пропадаешь.
- Она добрая и ласковая. Как настоящая бабушка. Мы с ней чай пьем, она мне про себя рассказывает. А я ей про себя.
- А мы тебе вдруг не нужны стали.
- Почему? – Мальчик смущенно покраснел. – Вы со мной в карты не играете. А с бабулей у нас целый чемпионат прошел. Я, между прочим, победил.
- Азартные игры. Понятно. – Оксана покачала головой. – И что в этом полезного?
- Это весело. – Ответил тот, пожимая плечами. – Еще она меня слушает. Я говорю, а она не перебивает. Только головой кивает и охает. Я ее научил сообщения в телефоне отправлять. Только ей отправить некому. - Игорь грустно опустил глаза. – А если я уеду, то и телефона не будет. Пап, можно я ей свой подарю. Она мне будет сообщения писать. В огороде под яблоней, там единственное место, где связь есть.
Юра сосредоточенно посмотрел на сына, потом перевел взгляд на жену. В ее глазах стояли слезы.
- А еще я могу на каникулах к ней приезжать. Знаете, сколько снега здесь зимой? До самого забора. Вот он и покосился от тяжести. Надо будет только лопату новую привезти, а то старая сломалась.
Игорь замолчал, понимая, что и так сказал слишком много. Он так долго держал все в себе, зная, что родители не поймут его. Оксана вытерла рукой слезы и открыла банку с компотом.
- Надо бы проверить, как она там. – Тихо сказала женщина. – И компот отнести. Холодный. В самый раз.
Юра кивнул. Он пребывал в глубоких раздумьях и, кажется, только сейчас понял, почему же их сын так привязался к одинокой старушке, которой некому было подарить свое тепло и заботу. Игорь почувствовал от нее столько внимания и заинтересованности им за этот месяц, сколько родители вдвоем не проявляли за все последнее время. Она стала той самой бабушкой, о которой многие могут лишь мечтать, не имея ее вовсе, либо имея, но холодную и безразличную.
Вскоре вернулась Оксана. Она вела старушку под руку.
- Сейчас я вас подстригу. – Говорила жена.
- Хорошо. Я и фотографию с собой взяла.
Она достала из кармана халата пожелтевшую от времени карточку.
- Это я с мужем. А это сынок наш.
- Что же у вас, ни адреса его нет, ни телефона? – Спросил Юра.
- Есть адрес. Я и письма ему писала. Не доходят, наверное. – Она беспечно улыбалась.
Юра многозначительно посмотрел на жену и кивнул ей в сторону террасы. Оксана вышла следом за ним. Кажется, она понимала, что он хотел ей сказать.
- А что… - Юра нервно обкусывал губы. – Мы ведь тоже, в некотором роде, одиноки. Родителей нет уже, а у Игоря ни бабушки, ни дедушки. Как думаешь, а?
- Она же нам совсем чужая. – Оксана смотрела на мужа огромными растерянными глазами.
- Это нам с тобой. А для Игоря она, похоже, роднее всех родных. И дом у нас большой, за сыном какой-никакой, но все же присмотр. И не это главное. Как такая старушка одна в этой глуши? Ждет на лавке целыми днями, а никто не приезжает.
Оксана кивнула и закрыла ладонями лицо.
- Значит так. – Сказал Юра, ворвавшись в дом, как вихрь. – Родственники твои, бабуль, когда последний раз приезжали?
- В сентябре уже пять годочков будет. – Ответила та.
- Найду я их. Обязательно.
- Ой, спасибо.
- Только и тебя здесь не оставим. Собирайся-ка ты, дорогая, в город.
- Это как? В город.
- С нами будешь жить.
Игорь даже на месте подскочил, не веря своим ушам.
- Это что, правда? Бабуль, собирайся. У нас и кошка есть, и собака, и курицы.
- И курицы? – Старушка вытирала полотенцем слезы, переводя взгляд с одного на другого. Она никак не могла поверить, что кто-то нуждался в ней. Она так устала быть одинокой.
Юра запер калитку и сел в машину.
- Все готовы? – Спросил он. – Так. Один, два, три, четыре. Все на месте.
Бабуля удобно устроилась на сидении и уставилась в окно. Ей предстояло долгое путешествие в ее новый дом.
- А если кто-то приедет ко мне? – Всполошилась она.
- Я им там послание на двери оставил. – Ответил Юра. – С адресом и телефоном.
Он сомневался, что кто-то будет искать ее.
- А еще, пойдем с тобой в наш парк. Не бойся, он недалеко находится. – Произнес Игорь старушке. – И ты посмотришь, как я катаюсь на скейте.
- Конечно, обязательно. – Кивала головой та, хотя она даже представления не имела, что такое скейт. И какая разница?! Если теперь в ее жизни появился новый смысл. И именно он придал ей желания жить дальше.