Как-то раз в торговый день афонский старец Григорий духовник сидел в Кариес, продавая своё рукоделие. Выглядело это так: разложив на камнях вязаные чулки и свитера, он надвигал на глаза скуфью и, склонив голову, творил молитву Иисусову.
В это время мимо проходил сосланный на Святую Гору патриарх Иоаким III. Вид старца, сидящего под навесом усыпальницы, держащего в руке чётки и опустившего взгляд вниз, произвёл на него сильное впечатление, и он спросил, кто это. Узнав, что старец — известный духовник отец Григорий, патриарх обрадовался, подошёл к нему и сказал:
— Отче, что же ты не расхваливаешь своё рукоделие? Оглянись вокруг: может, найдётся какой покупатель?
— Кому моё рукоделие нужно, Ваше Святейшество, тот и сам может ко мне подойти и купить, — ответил отец Григорий, не глядя на патриарха. — К чему же мне самому покупателей-то искать?
—Я подошёл к тебе, отец духовник, не для того, чтобы тебя искушать. Я хочу выбрать день и навестить тебя в твоей каливе,— сказал патриарх.
— Спасибо тебе, Ваше Святейшество, — смиренно ответил отец Григорий,— однако не бери на себя, пожалуйста, такой труд. Каливка моя очень маленькая, потолки в ней низкие-пренизкие, и патриархи в ней не помещаются.
— Что ж, пусть будет маленькая и низкая,— улыбнулся патриарх.— Я пригнусь и помещусь.
— Если бы ты, Ваше Святейшество, умел пригибаться, то был бы сейчас не здесь в ссылке, а сидел бы в Константинополе на высоком троне,— ответил отец Григорий, имея в виду бескомпромиссность и мужество этого великого патриарха.
Патриарха привёл в восхищение лаконичный и удачный ответ духовника. Знакомство с отцом Григорием стало важной вехой в жизни Святейшего Патриарха Иоакима. Он действительно посетил старца в Малом скиту святой Анны.
Старец стал духовником патриарха, и тот часто приходил к нему для исповеди и духовной беседы. Его Святейшество говорил, что отец Григорий — столп добродетели и монашеского жития. Патриарх подарил братству отца Григория литургические сосуды, церковные книги, а также бытовые предметы: тарелки, кружки и чашки. В те времена монахи жили бедно, и подаренная патриархом посуда кочевала из каливы в каливу окрестных скитов — отцы брали её на свои престольные праздники.
Однажды каливу отца Григория посетил епископ, приглашённый возглавить торжественное богослужение на престольном празднике в Великой Лавре. Владыка попросился на исповедь, однако старец, духом видя, что у архиерея есть канонические препятствия к священству, не принимал его, говоря, что тот всё равно не окажет ему послушания.
Епископ уверил отца Григория, что подчинится его слову, и старец принял его исповедь, после которой сказал, что епископ должен сложить с себя сан.
Архиерей смиренно принял благословение духовника, однако переживал, что пригласившая его Великая Лавра в свой престольный праздник, который должен был наступить через несколько дней, останется без архиерейского богослужения. Тогда отец Григорий предложил епископу постриг в великую схиму, после которого, согласно православной традиции, архиерей уже не может литургисать. Владыка принял великий постриг и оставил архиерейство.
📙 Купить электронную книгу "Новый Афонский Патерик" с поучениями преподобных Ефрема Катунакского, Паисия Святогорца для чтения на телефоне/компьютере/планшете вы можете, если нажмёте здесь