Найти в Дзене
Qwerty Ytre

Стремительное развитие интернета, резкая смена социального класса, слишком большое количество книг и статей людей разнополярных

2
1 мин
Стремительное развитие интернета, резкая смена социального класса, слишком большое количество книг и статей людей разнополярных взглядов, простота и доступность заграницы и любых других некогда "параллельных вселенных" скручивало идеалистическое сознание юноши, росшего в пограничных реалиях уличного и бытового насилия, в трубочку, по капле выжимая с таким трудом сложившуюся картину мира, взгляды, молодость. Назвать это кризисом - никак это не назвать. Оказалось, что мало того, что никого не надо спасать, здесь даже бороться необязательно. Мир прекрасно жил и без этого юноши, и вся его идейность, ради которой они вставал по утрам, оказалась ограниченностью и тупостью, как и идейность конкурирующих идеологических систем, предлагающих свой универсальный рецепт спасения мира. Мир оказался больше, чем можно было вообразить, и заставлял впервые посмотреть не на других, а на себя, и жить он предлагал для себя, а не ради его спасения, что никак не уживалось с системой ценностей, которая отныне

Стремительное развитие интернета, резкая смена социального класса, слишком большое количество книг и статей людей разнополярных взглядов, простота и доступность заграницы и любых других некогда "параллельных вселенных" скручивало идеалистическое сознание юноши, росшего в пограничных реалиях уличного и бытового насилия, в трубочку, по капле выжимая с таким трудом сложившуюся картину мира, взгляды, молодость. Назвать это кризисом - никак это не назвать. Оказалось, что мало того, что никого не надо спасать, здесь даже бороться необязательно. Мир прекрасно жил и без этого юноши, и вся его идейность, ради которой они вставал по утрам, оказалась ограниченностью и тупостью, как и идейность конкурирующих идеологических систем, предлагающих свой универсальный рецепт спасения мира. Мир оказался больше, чем можно было вообразить, и заставлял впервые посмотреть не на других, а на себя, и жить он предлагал для себя, а не ради его спасения, что никак не уживалось с системой ценностей, которая отныне легко детерменировалась до банальных психологических механизмов защиты, отчего расколдовывалась и разваливалась, трещя по швам. Расколдовывалось абсолютно всё, но от этого не становилось более понятным, а скорее наоборот, это уничтожало мир, а не систематизировало его. Какое-то время болезненный поиск смысла и универсальной истины ещё продолжался, но после каждого отрезвления (будь оно проклято) всё больше обострялась необходимость смотреть в себя, где всё тоже стремительно десакрализировалось, и даже нарастающая религиозность осознавалась как естественный побочный продукт отчаяния, а не как просветление и долгожданная находка смысла. Кьеркегор это в своё время расколдовал, будь он неладен, раскидав по полкам стадии сознания и механизмы их трансформации. Даже родные воспоминания оказались ложью из-за их аппаратной обработки мозга, и всё это с каждым днём становилось всё очевиднее. Пути назад, при этом, не было, можно быть глупым в определённые моменты, сужая сознание до здесь и сейчас, и смысл обнаруживать здесь и сейчас, но даже тогда знания находились рядом и напоминали, что это лишь химический или гормональный всплеск, имеющий только гедонистическую функцию. Знание, как известно, преумножает скорбь. Скорбь - тяжёлое переживание утраты. Что же мы теряем со всеми этими знаниями? Всё.