«Гроза» и «Мадам Бовари» невероятно схожи сюжетами, образами, деталями, временем создания, восприятием официальной критики. Сравните: в 1858 г. русский читатель познакомился с романом Г. Флобера, в 1859 Н.А. Островский закончил «Грозу». Во Франции Флобера обвиняли в «оскорблении общественной морали, религии и добрых нравов». В России цензор увидел в Кабанихе намёк на Николая І.
Удивительны параллели образов героинь. Эмма столь же религиозна, как Катерина: «Ее постепенно завораживала та усыпительная мистика, что есть и в церковных запахах, и в огоньках свечей», – это о ком? Вообще-то об Эмме, но и Катерина так же упоенно стоит на заутрене.
Обе совершенно одинаково мечтают. Эмма: «Ей хотелось вспорхнуть, как птице, улететь куда-нибудь далеко-далеко...» Катерина: «Мне иногда кажется, что я птица... Вот так бы разбежалась, подняла руки и полетела».
И юность, девичество представляются им счастьем – а помните, в чём было это счастье? Цветочки поливали да вышивали (и опять обе!)
А дальше опять полное совпадение: враждебная свекровь и покорные сыночки, так и не ставшие мужьями, но ставшие рогоносцами.
И точно так же обе будут молить любовников увезти их и получат одинаковые ответы: француз скажет решительно, что «это невозможно», русский промямлит: «Нельзя мне, Катя…»
А вот дальше героини полностью расходятся в восприятии случившегося. Для Катерины Борис стал выражением её мечты о счастье: любовь без преград, от сердца, до самой смерти: «С первого же раза, кажется, кабы ты поманил меня, я бы и пошла за тобой; иди ты хоть на край света, я бы все шла за тобой и не оглянулась бы».
А Эмма придумывала загорелому, сильному Родольфу героические черты своего воображаемого идеала. Однажды Эмма побывала на балу в родовом замке маркиза… Великолепные залы, знатные гости, изысканные яства, запах цветов, тонкого белья и трюфелей — в этой атмосфере Эмма испытала острое блаженство, этого она искала и в любви.
Она требовала от любовника клятв и самопожертвования. Чувство её нуждалось в романтическом обрамлении. Она заставляла флигель, где они встречались по ночам, вазами с цветами. А дальше будут расходы на всю эту красоту, долги, шантаж торговца, запутанные финансы и поиски денег. Можно обвинять её – молодая, красивая, страстная женщина мечтает о яркой, бурной жизни и такой же любви, а вокруг неё унылые люди, живущие обычной, такой заурядной жизнью… Не там и не тогда родилась! И умрёт Эмма, когда поймёт, что выхода из долгов нет, ни любовники, ни муж не помогут. И она примет мышьяк.
По сути, погибла не потому, что полюбила, а потому, что денег не было.
Катерина тоже погибнет – потому, что она полюбила. Эта любовь открыла ей огромный и яркий мир чувств. Но любовь незаконная, а она верующая. Даже побег с любимым её не спас бы – можно убежать от мужа, но нельзя убежать от греха. Вернуться в унылый дом после того, как была счастлива в объятьях Бориса для неё невозможно, остаётся одно – смерть.
Эмма Бовари умерла потому, что невозможно жить без денег. Катерина Кабанова умерла потому, что невозможно жить без любви, ведь «русский взнос за счастье милых не кошелек, а голова».