Московская область. Работаю в рекламном отделе. Устроился на работу месяц назад. Причины роста цен на металл, которые назвал мой начальник, руководящий в том числе отделом, отвечающим за ценообразование: 1. Начиная с февраля, налог на покупку китайского металла оплачивает не государство, а сама компания. Это первая и основная причина, влияющая на конечную цену.
Есть еще несколько второстепенных факторов. Их я тоже напишу, но, по словам руководителя, они влияют в меньшей степени. 2. Нюансы логистики (контейнеры, в которых перевозят товар, не возвращают обратно, цена на доставку увеличивается, соответственно конечная цена для потребителя также увеличивается); 3. Неустойчивая российская валюта; 4. Спрос и предложения. Спрос есть? Есть! Предложения есть? Да, но в ограниченном количестве, следовательно, цены на дефицитные позиции можно увеличить!
Последний довод, услышав который, я огорчился: платежеспособность населения, а именно: регулярная просрочка платежей, невыполнение условий договора, банкротство строительных организаций, сделавших заказ на металломатериал. На мой взгляд в этом пункте и таится корень всех бед, а конкретнее, пассивность гражданского общества. Попытаюсь расшифровать, что я имею в виду.
За последние годы был прецедент, чтобы цена на товар стремительно возросла, а потом вернулась на прежние показатели? Помните цену на имбирь в период самоизоляции? Сегодня спрос на него практически нулевой, а ценник не изменился. Про цену на яйца нас убеждали, что это только на пасху. Праздник закончился давно, а цена не уменьшилась.
И так во всем: бензин, услуги жкх, продукты, теперь металл и дерево… пока народ терпит, так и будет продолжаться. Цена за одну тонну металла за полгода выросла с 60 тысяч до 110 тысяч рублей. Да все что угодно растет в цене, кроме заработных плат трудоспособного населения. Кстати, еще инфляция не сильно растет, хотя многие не верят в байки насчет 4%.
А что в итоге? Народ терпит и никак не реагирует. И я не про митинги или – упаси Всевышний! – не про революции. Я про общее настроение и тенденции мнения, что виноват кто-то другой, но не та группа, которой народ предоставил управление государственными структурами и бюджетом.