У многих моих знакомых есть автограф Владимира Высоцкого. А у меня нет! Хотя в юности была с ним встреча. Интересна она не только Высоцким, а самими обстоятельствами, которых в современном мире искусства, думаю, уже не бывает.
А дело вот в чем. Несколько лет подряд вместе с тысячами молодых людей мы, семеро студентов разных институтов, я лично - педагогического, приезжали в Москву и сдавали экзамены в театральные вузы на актерские факультеты. Естественно, мы играли в художественной самодеятельности, некоторые даже исполняли небольшие роли в театрах своих городов. И нам безумно хотелось на столичную сцену! А в Москве мы составляли расписание по добытой информации - сегодня в десять часов, скажем, экзамен в Щукинском, в два часа - во ВГИКе, в четыре - школа-студия МХАТ... А на следующий день с утра - ГИТИС и так далее.
Никаких документов перед экзаменами сдавать было не надо, их просто физически невозможно было принять, народ валом валил, все хотели в актеры. Этим мы и пользовались, ведь у нас даже аттестатов не было. Поступили в свое время кто куда, ибо шанс попасть в театральное был примерно один из нескольких тысяч. Шла банальная запись по десять человек, эти люди запускались, прослушивались и отпускались, а потом вывешивался список допущенных до второго тура, а далее - и до третьего.
Пришли мы в школу-студию МХАТ на Неглинной, чтобы записаться на экзамен. А там - длинный коридор, а поперек него столы поставлены, чтобы абитуриенты не бродили где не надо. Вот за этими столами сидело несколько пареньков - очевидно, они тут учились. Здесь и велась запись.
Помню, один из них встал и отошел к окну. Потом взял гитару - она стояла у стены - сел на подоконник и стал перебирать струны. Мне показалось, что взгляд у него был... безрадостный, что ли. Смотрел на нас внимательно, а потом тихонько запел, вернее даже, забормотал что-то типа ах, девицы, ах, красавицы и так далее. Ну, мы слушать не стали, было не до него, стали спрашивать, как экзамены принимают, какие этюды задают и прочее. И все же кто-то из нас поинтересовался, что за паренек с гитарой.
- Да это Володя. Высоцкий. Наш.
Тогда он, видимо, там еще учился. Или только что закончил.
Но, несмотря на наше равнодушие, чем-то мы его тогда зацепили. Высоцкого-то. Потому что, когда мы пошли в актерское кафе, а оно было через дорогу, Высоцкий тоже пришел туда и сел рядом с нашими столиками. С гитарой, разумеется. Мы пили кофе, а он ничего себе не взял, опять все перебирал струны, а потом как-то не очень решительно спросил:
- Девчонки, а хотите, я вам спою?
Ну вот что бы нам, дурам, сказать, что - да, хотим, и даже очень! И время у нас свободное было, и порасспрашивали бы его о тех же экзаменах. Так нет, выпендриваться стали. Среди нас была этакая музыкальная дива, играла на многих инструментах, в том числе и на гитаре. Так она поморщилась как-то нехорошо, дескать, непрофессионал, и зачем это надо. А мы сидели, и ни бе, ни ме.
Он нам все-таки что-то спел. Как бы я хотела вспомнить, что! Но - годы...
А потом, когда поднялась волна Высоцкого, я несколько раз бывала в театре на Таганке за кулисами и мне очень хотелось его найти и попросить прощения за тот эпизод - ведь у человека тогда, может, что-то глобальное рождалось, а мы закрыли путь... Но - не нашла.
А запомнилась мне эта школа-студия МХАТ не только из-за Высоцкого. Там я дошла аж до третьего тура! Поверьте, это было очень здорово!
