Если вдуматься, то сходство между важным даосским принципом «вэй-у-вэй» («делай не делая») и христианским «обаче не моя воля, но

Если вдуматься, то сходство между важным даосским принципом «вэй-у-вэй» («делай не делая») и христианским «обаче не моя воля, но твоя да будет» поразительно. В практическом смысле между ними нет разницы.

Но одна смысловая разница есть, и она, вероятно, ключевая.

Следование Дао — следование принципу / закону, который сам по себе не имеет намерения. Как закон тяготения. В христианстве таковыми являются законы, положенные Богом, и отражённые в новозаветных и ветхозаветных заповедях. В то же время, Бог выше законов, которые он положил.

Можно было бы соотнести Дао со Святым Духом как одной ипостасью Творца. Но и здесь аналогия не складывается, так как Святой Дух имеет волю и голос, а не только проявления формы: «Дух дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рожденным от Духа».

Отсюда методом исключения напрашивается единственный вывод: «Дао» синонимично «воле Бога» за вычетом собственно «Бога». Эдакая воля без волящего. С такой заменой по тексту читать «Дао дэ цзин» становится гораздо понятнее.

Сам же принцип недеяния, основанного на освобождении от страстей, полностью синонимичен христианскому: «Поэтому тот, кто свободен от страстей, видит чудесную тайну [дао], а кто имеет страсти, видит его только в конечной форме». Сиречь, кто победил страсти, тот действует сообразно воле Творца (как личности), которую он чувствует прямым чувствованием. Тот же, кто страстен, видит лишь итоговые проявления этой воли в материальном мире.

Даосское «безличное недеяние», таким образом, это христианское «следование личной воле Бога» или же просто «несовершение греха».

Так что православные каждое утро и вечер молятся об освобождении от страстей, чтобы сбылись слова из «Отче наш»: «да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли».