Утром я проснулась от того, что кто-то разговаривал. Я накинула халат и пошла на голос. За столом на веранде, где мы обычно летом чаевничали всей семьей, сидели Ансар и Анфиса Степановна. Пирожки, лежащие горой на столе, видимо, те самые, которые ждали меня вчера вечером и не дождались — пришли сами к завтраку.
— Доброе утро, Агаточка. А мы тут с Ансаром завтракаем. Повезло вам с проверяющим — такой милый человек!
Ансар непонимающе взглянул на меня. Я показала мимикой — не сейчас и не при ней. Он все понял.
Анфиса Степановна что-то говорила громким голосом, привыкшим к простору. Это ведь не городская квартира, где слева соседи, справа соседи. А тут только утренние птицы, которые сами распевают во всю мощь, нимало не боясь кому-то помешать.
— Садись тоже с нами. Пирожки у Анфисы Степановны очень вкусные.
— Так вчера напекла. Звала Агату, а она, видно, заработалась да и уснула. Я так поняла. Ну, они и сегодня не хуже. Попробуй, Агата.
— Попозже обязательно.
Я снова отправилась в свою комнату и легла. Почему-то очень хотелось спать.
Часа через два я снова проснулась. Вокруг стояла тишина.
Я побрела по дому. Почему в нём тихо? Куда делся Анcap? В доме никого не было, я вышла на веранду. Никого. Пошла в сад. Там в кустах смородины был укромный уголок с садовым столиком и скамейкой. За столом, теперь в одиночестве, сидел Ансар, уткнувшись в ноутбук. Видимо, привёз с собой. Не оборачиваясь, он спросил:
— Выспалась? Или по третьему заходу пойдёшь? Не думал, что ты такая соня.
— Это на меня свежий воздух так действует. К тому уже за последние полгода — это первый раз, когда я действительно выспалась. Хотя такое чувство — лучше бы я этого не делала.
— Да, сон как любое удовольствие, тоже надо применять дозированно. Там у тебя я видел банку кофе. Сделай себе чашку, по опыту знаю — будет лучше.
Я и сама собиралась выпить кофе. С чашкой дымящегося напитка приятного шоколадного цвета вернулась к садовому столику.
— Я тебе мешаю?
— А я тебе? Ты у себя дома, а я в гостях. Это я должен мешать...
— Ты работаешь или что-то ищешь?
— Пока ты спала, я решил дописать статью в журнал. Это мой заработок. Удобно. Зарабатывать можно в любой точке мира, а не тащиться по утрам в пробках, только для того, чтобы увидеть начальство и посидеть за столом, похожем на тот, что стоит у тебя дома. Ладно, сейчас не об этом. Надо поговорить о Бегичеве.
— То, что он внук того самого младенца из прабабушкиной истории, я поняла, но сейчас-то он кто? И что ему от меня и от тебя нужно?
— Ты помнишь тот день на вокзале, когда мы с тобой расстались?
Хотела бы забыть, да не получается. Вслух я этого не сказала. Только кивнула, глядя в чашку с кофе.
— Сейчас ненадолго вернёмся в него. Когда я полез в карман за билетом, случайно заметил, как мужик, стоящий за твоей спиной, странно тебя осматривал. Потом, когда камень выпал из сумочки, я поднял его и начал тебе шептать про то, что это не просто камень. В этот момент я продолжал следить за тем мужиком. По его усилиям подслушать разговор и заглянуть через твое плечо я понял — это слежка. Но кто и зачем мог её организовать, я тогда ещё не знал.
— А теперь знаешь?
— Не спеши! Тебе не интересно слушать?
— Очень интересно. Поэтому и спрашиваю.
— Всё узнаешь. Только не перебивай. Ага?
— Ага!
— Тогда идём дальше. Я понял тогда, что дорога до Москвы будет не простой. И решил — хорошо, что ты уперлась. С тобой мне было бы сложнее…
— А… а…
— Не перебивай меня! Или я замолчу на… неделю!
— Всё. Поняла. Молчу.
— Когда проводница пришла в купе, чтобы проверить мои документы, я незаметно положил камень в боковой карман её пиджака. И приготовился ждать. Я же купил не два билета, а целых четыре, то есть выкупил всё купе. Думал, что поедем вдвоём. В результате оказался один. Я понимал, что гость не появится, пока я в купе. В какой-то момент пошёл прогуляться до вагона-ресторана. Конечно же, я запер купе на ключ. Сколько пробыл в ресторане — не помню, но, наверное, не меньше часа. Когда вернулся, всё было перевернуто вверх дном. Мой чемодан выпотрошен, а вещи разбросаны по полу. Непрошеный гость убедился в том, что камень я не спрятал в купе или в чемодане. Но тогда, следуя логике его мысли, камень должен быть при мне. А это значит — жди нападения. Я был готов ко всему, но не хотелось крайних мер со стороны преследователя. Поэтому решил сам спровоцировать его. Я начал собирать в купе свои разбросанные вещи. Дверь была приоткрыта, по коридору шла проводница, заглянула и спросила:
— Что у вас тут случилось?
Продолжение: Игра в поддавки
Подпишитесь на канал, чтобы ничего не пропустить