Это замечательное время я вспоминаю с легкой грустью: потому что, как говорил мой друг - оператор и монтажер в одном лице - "в цирк не надо было ходить". Мы просто участвовали в выборах.
Вернее, осуществляли вмененную нам (сверху) в обязанность по продвижению кандидатов в депутаты. Всю деятельность описывать не буду (отработала спичрайтером в подобных проектах лет 20, как минимум), но самые интересные эпизоды - опишу. Итак, год 2005-й.
В один из томно-душных августовских вечеров к нам в редакцию заглянул щупленький паренек, лет 25, с увесистой золотой цепью на тощей шее.
- С пиаром не поможете? Я – "политзаводчанин" Василий, – обреченно, как «политкаторжанин», прошептал он и дверь за собой притворил. – Мне нужно сделать два сюжета по социалке: по молодежи и по ветеранам. В среду сдавать, иначе не пройду в региональный тур. Там (он многозначительно посмотрел наверх) договоренность есть. Бумаги будут.
Настроение у меня в тот вечер было бодрое. Парень вызывал чисто материнские чувства, поэтому мы договорились встретиться у мусорной свалки, соединившей (через лесопарковую зону) два микрорайона. По заданию партии, эту свалку нужно было перед "дулом" кинокамеры в считанные часы разобрать и вывезти на личном автотранспорте на полигон. Но денег на обученную массовку Василий пожалел, решив, что местные подростки, наряженные в футболки молодежного крыла его партии, открыто улыбаясь в объектив, покидают мусор в полипропиленовые мешки, получив по десятке, мирно разойдутся по домам. Но не тут-то было. Отловленные по подворотням подростки выдвинули свои условия: не больше двух пустых бутылок в один мешок, улыбаться они не будут – не дураки, а мзду за пиар кандидата надо бы увеличить до тридцатки. И выдать перед акцией. Василию пришлось повиноваться.
На следующий день Василий пришел с пачкой макулатуры, из которой торчали куски оберточной бумаги и вырезки из журналов пионерской юности его бабушки.
- Нужно стенгазету для ветеранов выпустить, - опять вполголоса сообщил он. - Про их молодость что-нибудь. Чтобы (кашлянул от напряжения) поговорить с потенциальным электоратом на его языке...
Готовиться к «разговору с электоратом» мы поехали к нему на дачу. В тесной комнатке, куда Вася пригласил уже переодетых по случаю сантехников из принадлежащей его тестю производственной компании, на фанерном стенде висел чистый лист. Васина бригада, вооружившись ножницами, вырезала из «Огонька» и «Советского экрана» картинки.
- Надо выстроить на этом листе цепочку аллегорий, которая бы символизировала связь старой жизни с новой, лучшей, - зачитал Вася из тетрадки конспект по «политическим технологиям». – Но звенья символов должны цеплять внимание электората значительными событиями из жизни общества, например, война, целина, перестройка. Стенд должен быть легким и мобильным, чтобы его удобно было транспортировать из одного микрорайона в другой...
Бригада, раскрыв рты, клацала ножницами, периодически комментируя тезисы лидера ненормативной лексикой.
Настал торжественный момент «склейки» фрагментов «цепи». Работяги перед фотокамерой, высунув языки, лепили на клей картинки в хаотичном порядке. Вася с флагом «Политзавода» стоял в кадре на заднем плане и руководил процессом. Минут через семь съемка была остановлена для следующей «постановки».
- Теперь надо подписать эти основные вехи истории, - Вася взял фломастер и подошел к коллажу. - Вот, мужик в танке, значит, война. Подписываем год – 1941 -45. Правильно? - Нет, - вмешалась я. – Мужик в форме польских танкистов. А это – часть другой истории.
Вася вспотел. Бригада посмотрела на меня с уважением.
- Так какой год писать? – переспросил Вася, опуская руку. – Какое это событие? - Вторая мировая, - ответила я, утомленная, как солнце.
Команда переглянулась. Следующей вехой была целина. Посоветовавшись с рабочей группой, Вася решил с целиной не заморачиваться и сразу перейти к началу «космической эры».
- Когда полетел Гагарин? – почему-то спросил он подчиненных и потер лоб. - А в каком году собак запустили в космос? (Вопросов семь-восемь прошло мимо...Оператор задремал. На ватмане траурно висели две даты – 1939-1945).
- А когда закончилась перестройка? – снова возник Вася и включил свет. Темнело. - А когда она началась, клоун, не хочешь узнать? – заорал проснувшийся оператор и выключил камеру. – Как вы, божьи дети, рветесь страной управлять, когда ничего о ней не знаете?!..
А через пару недель после торжественного провала проекта «на местах» с места в карьер стартанул еще один – «Профессиональная команда страны»...