Максим поежился от холода и посмотрел на двухэтажный дом, в котором свет горел всего в двух окнах. Одно окно его не интересовало, это были соседи того человека, к которому он пришел. Во втором он увидел мелькнувший силуэт, который тут же исчез в глубине квартиры.
Несколько минут назад старушка вышла из дома. Она медленно удалялась от Максима насколько ей позволяла ее старость, а парень напряженно смотрел ей вслед, чтобы наверняка удостовериться в том, что даже если она захочет вернуться быстро, сделать это у нее не получится. В сумеречной темноте было плохо видно руки, но Максим чувствовал, как они дрожат от волнения. Это было его первое такое серьезное задание, которое он ни в коем случае не должен был провалить, иначе будет выглядеть трусом, недостойным всеобщей похвалы участниками этой банды. Как давно Максим хотел стать ее членом, как он надеялся на то, что парня заметят, не оттолкнут и примут в свои ряды. Максиму было все равно, что именно для этого придется делать. Даже если совершать преступления, он был готов на это.
Но сегодняшнее дело было особенно жестоким. Жестоким именно по отношению к человеку, который находился в квартире и был слаб для того, чтобы дать отпор Максиму. Парню было 22, а старику, который оставался в квартире в полном одиночестве, было почти 80 и его надо было запугать. Запугать так, чтобы он забрал свое заявление из полиции, чтобы не смел бочку катить на членов банды, в которой состоял Максим. Может быть этому старику и терять было нечего, но у Максима было задание, которое он обязан был выполнить любой ценой.
Потушив очередной окурок от сигареты, Максим поднялся со скамейки и двинулся в сторону подъезда. Быстро поднялся на второй этаж и позвонил в нужную дверь. Сердце в груди стучало, как угорелое, но Максим старался не обращать на него внимания. Дверь никто не открывал очень долго и парень уже начал нервничать и думать о том, что план провален. Однако спустя минут пять в замочной скважине послышался звук ключа. Дверь распахнулась и Максим увидел старика в инвалидном кресле, который пытался при свете тусклой подъездной лампы разглядеть гостя. Максим резко ворвался в квартиру и закрыл дверь. Теперь он стоял возле инвалидного кресла, а сам чувствовал, как его покидает уверенность в себе. Руки стали дрожать еще больше, ноги подкашивались от ужаса, а сердце было готово выпрыгнуть и упасть на пол прямо в прихожей.
- Вы кто? - спросил старик.
В его голосе не было слышно ни капли страха, да и чего можно было бояться в 70-80 лет. Наверное, он даже смерти не боится, эта мысль мелькнула в голове Максима, а потом вылетела из нее, уступив место желанию выполнить задание. Несколько минут потребовалось для того, чтобы вытащить старика из инвалидного кресла и избить его. Максим на несколько минут отключился от реальности, вспомнив любимые боевики. Это с какой легкостью его герои орудуют своими ногами в боях, а ведь у актеров, исполнявших главные роли там, были совсем другие соперники, а этот старик даже не сопротивлялся.
- Ты должен забрать заявление на Блинова! - грубо проговорил Максим, перестав пинать старика и наклонившись к нему пониже, чтобы тот расслышал его слова - если ты это не сделаешь, та же участь ждет твою бабку! Ты понял, старик?!
Молча он лежал на полу, скрючившись. Было непонятно жив он вообще или нет.
- Дед, ты живой? - спросил Максим.
А потом порылся в карманах и нашел коробок спичек. Чиркнул спичкой и поднес пламя к лицу, лежавшего пожилого мужчины. В его голове промелькнула ужасающая его самого мысль о том, чтобы поджечь этого старого пня и решить тем самым проблему заявления, но Максима бросило в холодный пот. Он увидел на шее старика наколку. Там были выбиты цифры, которые на морщинистой шее было тяжело разглядеть. Максим уже смотрел в лицо старика и его накрывало волнами воспоминаний. Спичка погасла, перед этим слегка обожгла пальцы Максима, и он вскрикнул от боли. Затем он бросился к выключателям. Включил в комнате свет и снова побежал к старику. Упал перед ним на колени.
Развернув его, он увидел ярко-синие глаза, которые смотрели на него в упор и цифры теперь было отлично видно. Это было дата, которую Максим никогда не забудет, это была дата его собственного рождения.
- Как вас зовут? - спросил Максим, хотя уже прекрасно знал, кто именно находится перед ним.
Таких совпадений не бывает. Тому человеку, которого он подозревал в своей жертве было столько же лет сколько и его старику. Имя наверняка было тем же. Дед молчал, и тогда Максим вскочил с пола и бросился в ту сторону, где обычно все старики хранили документы. Он сразу наткнулся на медицинскую карту, из которой посыпались бумажки с результатами анализов, кардиограмма, фотографии УЗИ. Имя на карте, словно молотком, отбивалось в голове Максима "Лазарев Анатолий Борисович". Сомнений не было. Максим чуть не убил своего собственного отца.
Парень вернулся к лежавшему человеку и снова присел рядом с ним на корточки, заглянув в глаза, смотрел долго и внимательно, думая о том, что мог бы сделать с человеком, однажды испортившим жизнь его матери. Мамы больше у Максима не было, но он помнил каждый свой день рядом с ней. Ни на секунду не забывал о том, какой она была и каким, благодаря ей, он мог бы стать, если бы она была жива. Но ее не было и не было возможности поговорить и рассказать о том, что он нашел своего отца, о котором она так много рассказывала ему, когда была жива.
- Ты помнишь Машу? - спросил Максим старика, который наконец пошевелился. Из его глаз текли слезы и было непонятно, были ли это слезы боли или тягостных воспоминаний.
- Вы кто? - снова задал пожилой мужчина вопрос и протянул руку Максиму.
Молодой человек не знал, помогать ли ему встать с пола или оставить самого мучаться и долго карабкаться, чтобы поднять свою дряхлое тело и доползти до дивана.
- Ты помнишь Машу? - повторил свой вопрос Максим - ты можешь ответить только на один вопрос?
За руку его пришлось схватить, чтобы приподнять. С большим трудом Максим усадил старика в инвалидное кресло, а потом протянул несвежие полотенца, висевшие на ручке дивана, чтобы мужчина вытер лицо.
- Машу, какую машу? - блуждающий взгляд старика никак не мог сфокусироваться на Максиме.
А молодого человека уже раздражало вся эта ситуация, из которой он теперь не знал как выбраться.
- Машу Фролову, которая потом стала Лазаревой, ты ее помнишь? И что за дата у тебя на шее? Зачем ты выбил эти цифры?
Старик непроизвольно коснулся шеи в том месте, где были выбиты цифры - дата рождения Максима. Он потер это место, а потом посмотрел на Максима.
- Это дата рождения. День рождения моего младшего сына.
Значит все-таки он все знал и помнил. Старик признал тот факт, что на шее у него отпечаталась дата рождения его собственного ребенка.
У Максима оставался главный вопрос, который он задал в третий раз.
- Ты помнишь Машу?
Старик кивнул. Из его глаз потекли слезы. Сейчас он сидел перед Максимом избитый, старый, немощный, такой несчастный, что можно было пустить слезу, глядя на эту грустную картину, но внутри молодого человека бурлила ненависть. Он вспомнил обо всем, что рассказывала мама. О том, что предшествовало рождению Максима. О том, что было дальше.
Машенька Фролова была отличницей. Она была умница и красавица. Послушная девочка, которая так радовала свою маму. Папы у Маши не было, поэтому девочку воспитывала мама в одиночестве, но ни разу за всю жизнь девочка не упрекнула маму в том, что у нее не было папы. Она видела, как ее подружки по выходным идут с папами в парк или в зоопарк. На собраниях в школе тоже частенько присутствовали папы, а вот у нее папы не было.
- Так уж получилось, - объясняла Маше мама - просто не смогли мы с твоим папой быть вместе, но так бывает.
- А кто виноват в этом? - спросила Маша в тот единственный раз, когда мама заговорила о том, что не смогла жить с папой.
- Никто не виноват, просто так бывает. Все люди разные и не всегда выходит так, что им хорошо вместе до конца жизни. Вот тебе нравится эта игрушка? - мама взяла в руки любимого плюшевого зайца, которого Маше подарила тетя Алла, мамина сестра. Он был любимчиком Маши. Она с ним не расставалась, спала вместе с ним, гуляла.
- Очень нравится! Я его люблю, никому не отдам! - горячо ответила дочка.
- Вот видишь, - мама улыбнулась - а через некоторое время ты разлюбишь своего зайца, у тебя появится новая кукла, новый плюшевый зверь или вообще ты перестанешь любить игрушки.
- Не за что! - в голосе девочки послышалось явное сомнение и уверенность в том, что такого не произойдет.
- Вот увидишь, пока тебе сложно в это поверить, тебе кажется, что ты будешь с этим зайцем всю свою жизнь, но всё меняется и на место старого и любимого приходит нечто новое и не менее любимое.
Тогда Маша сомневалась в словах мамы, а позже играя с новенькой куклой Барби, она посмотрела на своего зайца, сидевшего в углу комнаты, грустно свесив уши и только тогда до маши дошел смысл сказанного мамой. А ведь и вправду, девочка совсем забросила своего зайца, увлекшись новой куклой и теперь Маша не брала его с собой и даже уже не спала с ним в обнимку.
Мама маши так больше не встретила того мужчину, с которым хотела бы связать свою жизнь. Девочка ни разу не видела в доме посторонних мужчин. Даже если у мамы и были романы и отношения с другими мужчинами, она отлично скрывала их факт от дочери. Поэтому Маша росла без мужского внимания и участия. Когда ей исполнилось 18 лет, она поступила в институт. Девушка хотела быть архитектором и мама часто говорила, что эта страсть к строительству была у неё от отца.
- Твой папа проектировал мосты. И в нашем городе он был именно для того, чтобы построить мост. Он был проездом и благодаря этому мосту появилась ты.
Маша кивала, понимая, что отец, скорее всего, был женат. У него была своя семья, а с ее мамой у него был хоть и бурный, но довольно скоротечный роман, который закончился вместе с окончанием строительства моста.
Мама любила папу. В этом Маша не сомневалась. Но вот знал ли сам папа о том, что у него была дочь. Этого Маша никогда не узнает.
В институте девушка познакомилась со своей сокурсницей. Так вышло, что архитекторами хотели стать в основном молодые люди, и они вместе со Светой были единственными девушками на всем курсе. Парни проявляли к обеим миловидным сокурсницам массу внимания, но девушки только хохотали, обсуждая своих ухажеров и их попытки привлечь к себе женское внимание.
Для Маши было все это очень странно. В школе мальчишки не обращали на нее внимания, да и она сама как-то не особо страдала от этого. А в институте на нее напал просто шквал из мужских знаков внимания, которые порой тяготили Машу. Они понимала, что среди парней не было того единственного, в которого она могла бы влюбиться и почему-то от этого было грустно и тоскливо.
- Приходи ко мне на день рождения в субботу, - однажды пригласила Света Машу - я поеду на дачу и там будет куча парней.
- Хорошо, но я поеду не ради парней, ты же знаешь, что все эти парни, которым от девчонок нужно только одно, меня мало интересуют.
Света усмехнулась.
- Ну ты даешь, тебя поняла. Не нужны парни, да и шут с ними. Погуляем, сходим в баню, там еще бассейн есть. Это дача моего старшего брата.
Приехав туда, Маша была поражена огромным домом.
- Я обожаю бывать у Витьки на даче!
- Но почему ты раньше мне про своего брата не рассказывала? - удивлённо спросила Маша, которая уже почти год дружила со Светой и общаясь почти ежедневно.
- Потому что Витька, это сын моей мамы от другого мужчины. Он живет с бате своим, а с мамой почти не видится. Таковы были их условиях расставания.
- Надо же, бывает и так, что сын растет без матери!
Маша была поражена рассказом подруги.
- Все бывает! - усмехнулась Света - Витьке было 10, когда он с папкой от матери переехал, ну а потом уже я родилась. Мама осталась с моим отцом.
На день рождения к Свете Маша приехала на такси. Пришлось заплатить немаленькую сумму денег, но зато не надо было пересаживаться с электрички на автобус, а потом еще идти пешком около двух километров на дачу. Маша со всеми уже веселились, неожиданно перед девушкой возник молодой человек, чем-то похожий на Свету.
- Виктор, - представился он, протягивая Маше руку.
Девушка улыбнулась ему и почувствовала, как внутри все тает от одного вида этого красивого молодого человека.
Виктору было 30, и он был невероятным. В тот момент Маша почему-то подумала о том, что вот она настоящая любовь. Виктор не отходил от Маши не на шаг. Подливал ей шампанское, показывал окрестности, ухаживал и не отпускал ее ни на минуту. Света только посмеивалась, поглядывая на парочку, которая то и дело уединялась то в одном месте, то в другом. Оказалось, что Виктор совсем недавно развелся. Он очень сильно переживал разрыв со своей женой и буквально нуждался в женском внимании, а тут появилась Маша. Такая невинная, красивая и так сильно похожая на первую любовь Виктора, которая случилась с ним еще в третьем классе.
- Я так понимаю, что попахивает романом, - смеялась Света.
Вторая встреча с Виктором состоялась на следующих выходных.
- Маша не могла поверить в то, что по-настоящему смогла заинтересовать такого взрослого и красивого мужчину. Ей хотелось порхать, словно бабочка, а в сердце переполняли теплые чувства.
- Ты влюбилась в моего брата, - подвела итог Света.
Маша не стала с ней спорить.
- Ну ты даешь! А Виктор был довольно успешным предпринимателем. У него был свой магазин по продаже рыбной продукции, а сам он, как и его отец был заядлым рыбаком.
Молодой мужчина все обещал познакомить Машу со своим отцом и она с нетерпением ждала этой встречи. Из слов своего возлюбленного, она поняла, что для Виктора это было очень важным то, как его отец отнесется к его избраннице.
- Моя первая жена папе не понравилась, - честно сказал Виктор - вот прям с первого взгляда батя сказал, что это моя ошибка и ведь он оказался прав. Ирке нужны были только деньги. Никаких чувств ко мне она не испытывала, а детей иметь вообще не хотела.
- А я очень сильно хочу детей! - говорила Маша, счастливо погружаясь в объятия Виктора.
Он целовал ее, обнимал. Их отношения уже нельзя было назвать невинными.
Знакомство с отцом Виктора прошло довольно гладко. Мужчина, который совсем не был похож на своего сына вежливо пожал руку Маши, а потом долго и придирчиво осматривал ее. Анатолий ничего не произносил вслух, но Машу буквально переполняло волнение и переживание по поводу того, что она могла не понравиться отцу Виктора.
- Хорошая девушка, - наконец сказал мужчина и Маша залилась краской. Ей было не по себе от взгляда этого взрослого мужчины, в котором читались и мудрость и опыт и понимание того, что происходило между его сыном и этой девушкой.
Анатолий после развода с женой, которая была матерью Светы больше не женился. Он жил с женщиной к которой относился с теплотой, но жениться на ней не хотел. Свадьба Виктора и Маши состоялась через два года после их знакомства. Мама Маши была счастлива тому, что ее дочь встретила достойного человека. Отец Виктора был доволен выбором сына. Новобрачные сразу же перебрались на новую квартиру, которую Виктор купил незадолго до свадьбы. Казалось, что жизнь напоминает Маше какую-то сказку, в которой сама Маша была самой настоящей золушкой, встретившей своего принца.
Довольно быстро Маша забеременела и Виктор был этому счастлив.
- Наконец-то, - повторял он.
И Маша не верила в то, что смогла сделать этого потрясающего мужчину счастливым, но случилась беда. Маша потеряла ребенка. Девушка никак не ожидала того, как отреагирует ее супруг на эту потерю. Виктор ушел в запой, из которого выходил несколько недель. Все это время к ним домой приезжал Анатолий. Он какое-то время пытался вразумить своего сына, вернуть его к реальности, а заодно рассказал Маше о том, что то же самое происходило с его первой женой. Ирина не смогла выносить ребенка.
- Маша, не знаю, что за особенность такая, но я думал, что все дело в невестке, а теперь вот ты, молодая и здоровая и снова выкидыш. Он так тяжело переживает эти моменты.
Маше было тяжело наблюдать за мужем, который кое-как выкарабкался из запойного состояния и снова начал работать, а потом долго просил прощения у Маши. Она простила, хотя в душе остался неприятный осадок от того, что Виктор ничего не сказал ей о выкидышах у первой жены.
Маша продолжала учиться, а потом снова поняла, что ждет ребенка и снова та же история. Кровотечение, скорая, больницы и никаких следов ребенка на УЗИ. Виктор опять ушел в запой, а Маша поняла, что больше не вытерпит этой пытки. Она решила собрать вещи и в тот момент, когда уже уходила от своего мужа, она столкнулась с Анатолием.
- Не бросай его, он же совсем с ума сойдет от горя. Первая жена от него ушла, теперь ты!
- Но что мне делать? - в ужасе спросила Маша, а потом услышала от свекра не менее ужасное предложение.
- Роди от меня, пусть все думают, что это его ребенок, я умоляю тебя! - Анатолий встал на колени, а Маша смотрела на него, как на сумасшедшего.
- Вы в своем уме? Нет! - воскликнула она.
Но мужчина схватил ее за руки. В его глазах было столько мольбы, что Маша не смогла в тот день уйти от Виктора, а через пару месяцев девушка поняла, что влюбилась. Она полюбила своего собственного свекра, который опасаясь того, что невестка сбежит от его сына, сделал все для того, чтобы окружить ее вниманием и заботой. Никто и никогда так не заботился о Маше и было в этой заботе что-то, напоминавшее Маше отношения отца и дочери. Только вот любила Маша Анатолия Борисовича не как отца.
Все случилось в тот день, когда Виктор уехал на рыбалку с друзьями. Анатолий приехал к Маше с вином и цветами. Долго целовал ее. Она чувствовала, как любит этого человека. Все казалось не совсем правильным, но таким необходимым. Через месяц Маша поняла, что ждет ребенка. Родился сын. И теперь счастью Виктора не было конца и края. Он носил Машу на руках, целовал живот, обещал, что будет самым лучшим отцом на свете, а внутри Маши крепло ощущение того, что она лгунья и предательница.
- Я не могу скрывать правду, - призналась Маша Анатолию.
Но тот был тверд,
- Не вздумай ничего говорить, ведь иначе он может натворить дел.
- Но Максим не его сын! - кричала Маша, которая металась между мужчинами, мучаясь непониманием того, кого из них она любит.
- Пожалей его, он не должен этого знать!
Эти слова заставили Машу ненадолго прийти в себя, но снова и снова женщина думала о том, что живет с нелюбимым мужчиной, обманывает его, а еще растит ребенка от того, кого любит по-настоящему.
С каждым годом сил скрывать правду было все меньше, да и особого желания жить с Виктором у Маши не было. Муж злоупотреблял алкоголем, относился к жене с неуважением, а сына которого обещал воспитывать со всеми почестями и правилами попросту игнорировал.
- Я больше так не могу! Или ты поговоришь со своим сыном или я уйду от него! - призналась Маша Анатолию - жизнь с Виктором стала невыносимой, он просто не считает меня за человека.
Маша и Анатолий продолжали изредка встречаться и для Маши эти встречи были похожи на глоток свежего воздуха. Анатолий очень сильно переживал за сына, но игнорировать сложившуюся ситуацию в его семье просто не мог. Разговор отца и сына закончился скандалом. Пьяный Виктор схватился за нож, пытался напасть на отца, но Анатолий оказался сильнее. В потасовке между отцом и сыном был ранен Виктор. Позже он скончался в больнице. Анатолий попал за решетку. Маша осталась в одиночестве с трехлетним Максимом на руках. Она была в ужасе от всего произошедшего с ней. Пыталась взять себя в руки, но у нее это не получалось. Пришлось выйти на работу, но кроме, как учительницей черчения Маше некем было устроиться, не получалось. Мать Маши болела и это не придавала лишних сил и радости в жизни одинокой молодой женщине. Два раза Маша навещала Анатолия в тюрьме. Она клялась ему в любви, обещала дождаться его, а он показал ей наколку на шее.
- Это дата рождения Максима. Он не знают о том, кто его настоящий отец, и ты сама должна решить стоит ли ему знать об этом или нет.
Маша решила, что скрывать правду не будет и уже в 7 лет Максим знал всю правду о своем отце. Он не пытался контактировать с ним. Жил с матерью. Рос непослушным, почти неуправляемым мальчишкой.
Максимум было 15, когда Маша не выдержала одиночества и преследовавших ее призраков прошлого. Сын нашел родную мать повешенной, а через полгода после ее смерти скончалась и бабушка. Максим остался один. Попал в детский дом, откуда вышел в 18. Сразу связался с плохой компанией, а потом ребята дали ему задание проникнуть в дом к одному старику и заставить его силой забрать заявление на одного из членов их банды.
- Блинов у деда украл кошелек, а по камерам в магазине его повязали. Пусть дед заберет заявление, скажет, что потерял кошелек, а Блин ему его потом вернет. Сделаешь это, будешь с нами до конца.
И Максим согласился. Терять ему было нечего. Впереди его не ждало ничего светлого и перспективного. Нужно было всего-то избить старика и заставить его забрать заявление, а теперь Максим сидел перед пожилым человеком, понимая, что избил родного отца, которого когда-то любила мать.
- Я не должен был с ней так поступать, но откуда ты знаешь Машу? - тихо сказал старик.
- Она моя мать и ты получается мой отец, - ответил Максим.
Анатолий поднял глаза на Максима. Его губы задрожали.
- Сынок, как я пытался тебя найти, но когда вышел, ты уже выпустился из детского дома.
- Извини за то, что я сделал, - сказал максим, собираясь уходить - меня ребята попросили.
- Стой, - неожиданно сказал отец - Максим, я не хочу, чтобы ты вот так ушел. Ты видишь, что со мной случилось!
Максим посмотрел на бедную обстановку в квартире, на инвалидное кресло, в котором сидел отец.
- Я не знаю, что с тобой случилось! Это твоя жизнь!
- Я совершил ошибку! Виноват перед тобой, перед Витей, перед Машей. Я сам все решил, никого не спрашивая о том нужно ли им это или нет. Пришло время расплаты за мои прегрешения!
Максим удивленно посмотрел на старика.
- В том месте, откуда ты вытряхнул мою карту, лежит документ. Этот документ на дом за городом. Этот дом я отписал тебе. Это дарственная, по которой ты становишься владельцем дома. Считай, что я дарю тебе шанс на новую жизнь, в которой, я надеюсь, ты не будешь врываться в чужие дома и избивать людей, чтобы потом, когда тебе будет 80, не жалеть о своих поступках!
Анатолий тяжело задышал, а максим последовал его совету и достал папку с документами.
Через неделю он въехал в большой дом, который решил продать. Слишком большим был этот дом для него одного. Максим уже решил, что заберет отца к себе, а для этого им будет достаточно двухкомнатной квартиры, а на остатки денег они смогут прожить еще долго, а сам Максим даже сможет начать свое собственное дело.