Это было смело. Фактически он заключил с полицией сделку: она снимает с него обвинения, а он отдает все свои знания на дело поимки преступников. Анри, возглавлявший Первое отделение, глупцом не был и смог оценить этот беспрецедентный шаг по достоинству.
Из песни слов не выкинешь, и впоследствии полиции приходилось конфузливо признавать, что главное управление сыска было создано беглым каторжником.
Кабинет Видока находился недалеко от префектуры, в здании на улице Святой Анны. Набирая штат сотрудников, он, нимало не смущаясь, отыскивал бывших заключенных — от 4 до 20 человек. Им выплачивалось жалование, но требовалась жесткая дисциплина. И многие из преступников сочли это за благо — наконец-то послужить своей Родине. Всего за год бравый отряд Видока арестовал 812 опаснейших преступников и ликвидировал притоны, в которые до этого профессиональные сыщики не отваживались даже войти.
Группа Видока, названная Сюртэ («Безопасность»), за 20 лет превратилась в полноценную криминальную полицию. Именно Видок, с его побегами, перевоплощениями и тюремным опытом, ввел в обиход сыска подсадки сотрудников (так называемых «баранов») в камеру, внедрение агентов в преступную среду, инсценировки арестов, побегов и убийств. Он был отличным психологом преступного мира и очень хорошо знал его традиции и нравы. Уже став легализованным шефом полиции, Видок продолжал инспектировать заключенных и составлять собственную картотеку. Эта картотека и стала его посмертным памятником. Постоянно наведываясь в тюрьму Консьержери, он записывал данные преступников и даже нанимал уличных художников зарисовывать их портреты, поскольку фотографии тогда ещё не был. Часто ему приходилось посещать такие злачные места, куда не совалась полиция, и он придумал способ не подставляться самому и помогать органам правопорядка задерживать наиболее опасных бандитов. При посещении ночлежки или трактира Видок обнаруживал преступника и незаметно мелом рисовал у него на спине какой-нибудь знак или другим способом помечал его. После этого засекреченному создателю Сюртэ оставалось только бесшумно исчезнуть, а полицейским — дождаться преступника за дверью шалмана и по условному знаку арестовать.