К столику подошел официант с зажигалкой, и в подсвечнике задрожала мелкая горошина сгорающего кислорода. Летняя веранда кафе потихоньку преображалась в сумерках этими робкими, новорожденными детьми огня на каждом столе.
****
- Ой, так симпатично! Я вообще люблю смотреть на огонь. Есть в нем что-то первобытное, так завораживает. Может это оттого, что я по гороскопу огненный знак?
Она щебетала что-то дальше про зов предков, костры и закаты, а ему стало практически мгновенно все равно. Она не при чем. Она сидит, укутавшись в плед, и наслаждается моментом.
****
ОГОНЬ. Он знает о нем слишком много. Он знает его лучше, чем себя. Он познакомился с ним раньше, чем смог осознать, и ближе, чем хотелось бы. Тот день словно кто-то заботливо стёр, оставив лишь мутные, нечеткие разводы.
Потерять отца в пожаре в 6 лет…. Выжить. Потерять беззаботное яркое детство, совместные рыбалки, цветущий сад под окном, улыбку матери на долгие годы.
ОГОНЬ взамен дал себя.
Остался внутри навсегда. Пропитал каждый нерв и заставил учиться дышать. Не инстинктивно, не по природной программе, прошитой в каждый мозг с первым глотком воздуха при рождении. А пробовать дышать каждый раз заново, через дикое резкое жжение в горле, через спазмы легких и звон в ушах.
И страх. Всегда. Каждый раз, каждый чертов раз!
****
Свечка начинала потрескивать – воск таял, плавно стекая по граням. Она сомкнула ладони и поднесла их к подсвечнику. Потом улыбнулась и занесла руку над пламенем.
- Горячо… но очень приятно, так спокойно.
****
Он не станет ей рассказывать, насколько это бывает горячо. И про то, как за всю свою жизнь ни разу не держал ладони над костром.
ОГОНЬ. Он знает о нем слишком много.
/ Как мало времени нужно пламени, чтобы сожрать деревянный дом с пристройкой
/ Какой запах издает горящий пластик, каплями прожигая любую плоть на своем пути
/ Какие узоры навсегда оставляет на коже жидкая грязь из крови, копоти и слёз….
А еще, наверное, ей ни к чему знать, что он не хочет детей. Не может хотеть, не сможет не думать.
И что презирает алкоголь, потому что чаще всего – это закономерные следствия синей головы. И что вскакивает по ночам регулярно. И что почетный донор. И что всю жизнь борется со страхом, и пока у них ничья.
Но он не отступит. Он учится дышать заново каждый раз. Каждый чертов раз, смывая запах гари или вдохнув едкого дыма. И ни на день, ни на секунду, он не привык. И уже не ждет, что привыкнет к этому.
Он ведет эту борьбу не ради себя. Это его выбор, его принцип, его воля. Он по-другому просто не может. Его победа в его клятве.
****
Сквозь сумерки, разделяющие их лица, подсвечиваемые только мягким, спокойным лепестком свечи, просочился ее звонкий голос, на какое-то время растворенный в плотных, липких мыслях.
- Родители всегда мечтали, чтоб я врачом стала. Спасала жизни. А я вот прервала династию – стала переводчиком с английского. А ты кто по профессии?
Он бесцельно посмотрел время на наручных часах, стряхнув этим жестом с себя накатывающий поток навязчивых мыслей. Их слишком много, они слишком не к месту.
- Я пожарный. Командир пожарного отделения.
&&& Не всегда страх это разрушительное отчаяние. Кому то он даёт гораздо больше, приводя в действие совсем неочевидные шестерёнки.