В Средиземном море назревает конфликт.
Главы ведущих государств пристально следят за ситуацией, развернувшийся при участии более десятка стран.
Такие государства как Турция, Греция и Египет уже принимают участие в морском спектакле политического маневрирования и дальнейшая эскалация весьма вероятна.
В центре очага напряжённости находиться ряд газовых месторождений, расположенных в 160 км от берега острова Кипр.
Он расположен в восточном средиземноморье, где маленькая искра способна разжечь геополитическую огненную бурю.
На дне восточного средиземноморья расположены значительные богатства.
В этом месте, известном как Левантийский газоносный бассейн, находятся крупные месторождения углеводородов, газа на морском шельфе и других природных ресурсов.
По некоторым оценкам, на одном из таких месторождений, а именно на газовом месторождении "Афродита", имеется более 6 млрд баррелей нефти и от 85 до 170 млрд кубометров природного газа.
Стоимость ресурсов бассейна в условиях полной эксплуатации превышает 9 млрд долларов.
Такие компании как "Royal Dutch Shell" и "Dynamic drilling" уже вложили значительные средства в этот регион.
Эти цифры подчёркивают значимость месторождения, а его геополитическое окружение многократно ужесточает ситуацию.
Залежи находятся в зоне напряжённого регионального противостояния и политического маневрирования.
Несложно понять, почему столь прибыльный ресурс окружённый со всех сторон противоборствующими державами может стать источником международных проблем.
Ближайшими государствами прилегающими к бассейну являются Республика Кипр и Турецкая Республика Северного Кипра.
После турецкого вторжения 1974 года эти две страны находятся в "патовом положении".
Республика Кипр имеет тесные связи с Грецией, прочные отношения с Западом и является членом Европейского Союза.
В то же время Турецкая Республика Северного Кипра или просто Северный Кипр - это де-факто государства, чей суверенитет признаётся только Турцией, что заметно ослабляет международные позиции северной части острова.
Подобная ситуация оказывает своё влияние на использование запасов природного газа Левантийском газоносном бассейне.
Республике Кипр, благодаря её более широкому международному признанию, предоставляется исключительная экономическая зона, наделяющая её правом контроля над океаническими ресурсами в пределах 370,4 км от береговой линии.
Не обладающая таким уровнем признания Северный Кипр не имеет такой правовой основы.
Но существуют ещё и северные соседи, которые так же имеют планы на Левантийский бассейн.
На протяжении многих лет Турция и Греция считаются ключевыми "игроками" в восточном средиземноморье.
Обе страны десятилетиями оспаривают принадлежность различных морских территорий в следствии того что Греция контролирует целый ряд остров, расположенных непосредственно у турецкого побережья.
В соответствии с конвенцией ООН по морскому праву, эти острова образуют греческую исключительную экономическую зону, что в свою очередь являет собой угрозу для свободного доступа Турции к ключевым ресурсам, таким как месторождения природного газа, расположенном к югу от страны.
Кризис на Кипре стал для обеих сторон частью более масштабных политических разногласий.
Анкара заявляет, что Северный Кипр имеет такие же права на морские ресурсы, как и Республика Кипр.
Турки использовали этот аргумент для расширения своего доступа к Левантийскому месторождению, при этом фактически отрезав от этого участка Грецию.
Грекам не понравилось это предложение и они выдвинули собственные претензии, отрезающие Турцию от большей части средиземноморья.
Проблема заключается в том, что обе стороны предпочли максималистский подход.
Греция и Кипр пытаются задействовать для сдерживания турецкого влияния в восточном средиземноморье международные организации, такие как Европейский Союз.
Эта тактика сработала лишь частично, поскольку у Турции все ещё имеются дружественные страны в ЕС и это позволило её избежать серьёзных санкций.
С тех пор напряжённость в восточной части средиземноморья лишь усиливается.
В феврале 2018 года, когда турецкие военные корабли не дали итальянскому буровому судну зайти в оспариваемые Турцией воды, разразился крупный конфликт.
Этот инцидент был предвестником грядущих событий.
Спор между Афинами и Анкарой не ограничивается Кипром.
Турция, понимая что она должна найти другие пути реализации своих морских претензий, начала делать первые шаги в направлении истерзанной войной Ливии.
В декабре 2019 года Анкара мобилизовала часть своих расположенных в Сирии прокси-группировок для отправки их в Ливию.
Сирийские боевики и другие ополченцы спасли правительство в Триполи от неминуемого краха.
В то же самое время, турецкие законодатели провели встречу с ключевыми должностными лицами расположенного в Триполи и признанного ООН правительства национального согласия. Между двумя сторонами была достигнута договорённость соединяющая исключительную экономическую зону Турции с северо-восточным побережьем Ливии.
Сделка вызвала негодование со стороны Греции и других государств.
Франция мгновенно высказала свою поддержку Кипру, заявив о том, что Анкара вторгается в суверенные воды Республики Кипр.
Впрочем, настоящим поводом для возмущения Франции стало то, что турки спасли базирующееся в Триполи ливийское правительство.
Дело в том, что с 2015 года Франция поддерживала войска генерала Хафтара из ливийской национальной армии, представительного органа, расположенного в Тобруке.
Хотя парижские политики настаивают на своём нейтралитете в конфликте, едва ли можно отрицать сотрудничество французов с Хафтаром.
Заключив с Триполи сделку, Турция разрушила всю стратегию Франции.
Отношения между странами настолько ухудшились, что в июле 2020 года Франция приняла решение остановить участие в операции НАТО "Защитник моря" и осудила действия Анкары, обвинив её в нарушение введённого против Ливии оружейного эмбарго.
Обострение ситуации в Ливии привлекло внимание её ближайшего соседа.
На протяжении многих лет Египет поддерживает вооружённые силы правительства в Тобруке и президент Ас-Сиси тесно сотрудничает с генералом Хафтаром.
Поскольку летом 2020 года правительство в Триполи достигло значительных успехов, во многом благодаря поддержки Турции, Египет был вынужден принять ответные меры.
В июне 2020 года президент Египта пытался добиться прекращения огня и проведения переговоров в ООН, хотя в это же время не прекращающиеся слухи указывали на возможное вторжение египетской армии.
Невзирая на то, что войска ещё не были введены, египетский парламент одобрил использование вооружённых сил Египта на территории Ливии.
Притязания Египта на Левантийский газоносный бассейн ещё сильнее обостряют геополитическую обстановку.
Отдалённость Египта от газовых месторождений не помешало ему предпринять первые политические меры в этом направлении.
В целях обеспечения доступа к месторождению Каир начал активно заниматься укреплением связей с другими средиземноморскими государствами.
В январе 2019 года в Каире был учреждён восточный средиземноморский газовый форум, прозванный "опек средиземноморья". В нём приняли участие государственные служащие из Греции, Италии, Республики Кипр, Иордании, Израиля и даже Палестины.
Целью форума было установление сотрудничества в освоении и добыче углеводородов, принадлежащим средиземноморским государствам.
Турция преднамеренно не была приглашена на форум.
Затем, в январе 2020 года, по инициативе Египта, была проведена крупномасштабная встреча при участии представителей Кипра, Франции, Греции и Италии с целью осуждения действий Турции в Ливии.
Спустя несколько месяцев, между Египтом и Грецией было подписано соглашение о морской границе, не только содействующее сотрудничеству между странами в области эксплуатации ресурсов, но так же ограничивающие доступ Турции к Морю.
Помимо этого, на восточном побережье Средиземного моря находятся Ливан и Израиль.
Ливан, будучи относительно небольшим "игроком" в регионе приложил весомые усилия для получения значительной доли в Левантийском бассейне.
Страна активно сотрудничает с Республикой Кипр, уже заключив двустороннее соглашение, позволяющее грекам оказывать Ливану помощь в добыче ископаемых в месторождении.
Однако, эти отношения носят неравный характер и в целом ливанцы полагаются на помощь Греции в освоении своей собственной морской зоны.
Израиль напротив предпринял попытки занять более значимое положение, заручившись при этом поддержкой других государств.
Большая часть израильской политики строиться вокруг отношений с Турцией, которые в последние годы были достаточно неустойчивы.
По причине дистанцирования президента Эрдогана от Израиля, премьер-министр Нетаньяху был вынужден скорректировать свои стратегические ориентиры в отношении Турции.
Результатом этого стало заключение союза между Израилем, Грецией и Республикой Кипр.
В январе 2020 года стороны подписали соглашение о постройке восточно-средиземноморского трубопровода, который обеспечит поставку средиземноморских углеводород на европейские рынки в обход Турции.
Более того, согласно позиции турецких должностных лиц, постройка трубопровода нарушает права Турции на доступ к этим запасам.
Когда кто-то делает шаг назад, геополитическая ситуация становиться более понятной, а по обе стороны баррикад формируются враждующие лагеря.
С одной стороны находится Турция с её ближайшими союзниками в лице Северного Кипра и ливийского правительства в Триполи.
С другой стороны имеется относительно свободная цепь взаимоотношений, включающая Грецию, Республику Кипр, Францию, Израиль, Египет и базирующееся в Тобруке правительстве Ливии.
Несмотря на дееспособность Турции и прочность её позиций, она не обладает достаточным экономическим, военным и дипломатическим потенциалом для одновременного противодействия всем этим странам.
Страна страдает от валютно-финансовых проблем.
Впрочем, тоже самое можно сказать о большинстве средиземноморских стран:
- Греция все ещё не оправилась от рецессий 2008 года;
- Франция истощена действиями в Африке;
- Египет уделяет особое внимание охране своих войск от эфиопских платин;
- Ливия является государством разрушенным и искалеченным войной;
- Израиль борется с иранскими прокси-группировками, пытающимися обосноваться у его границ.
Ни одно из прибрежных государств не располагает резервными средствами или ресурсами.
В этом и заключается проблема.
Наиболее существенным фактором, способствующим обострению напряжённости, является экономика или отсутствие её как таковой.
Практически все средиземноморские государства испытывают экономические трудности и имеют немало валютно-финансовых проблем.
Богатства, расположенные на морском дне сулят спасение для экономики, в котором так отчаянно нуждается весь регион.
Миллиарды долларов выручки с природного газа предоставляют исключительные возможности для спасения социально-экономической обстановки этих стран.
Политические заявления и демонстрация военной силы являются инструментами, позволяющими получить преимущество на заключительных переговорах по делимитации границ.