Степанида достала корень одуванчика, бросила небольшенький кусочек в чашку, налила туда кипяточку из самовара и присела на лавку. Хорошие воспоминания о первом путешествии во владения Гнома подняли настроение ведьмы, а напиток из одуванчика еще и вернет силы.
А завтра, на вечерней зорьке, Степанида отправится к дураку-мужику, надо имя у него узнать, с именем залечивать рану станет намного проще. Ведьма отхлебнула из чашки, тягучее животворное тепло разлилось по телу, наливая его здоровой силой. Глупые люди, ищут где-то невиданных снадобий, чуть-что, бегут за помощью, а не знают, что рядом с ними растет такой обычный и такой сильный цвет - одуванчик.
Накопай по осени корней, да выбирай потолще, повзрослее, в них силы больше накоплено, омой эти корни, нарежь небольшенькими кусочками да высуши. И вот и вся морока - целебный напиток всегда сгоношить сможешь и никакие хвори тебе не страшны. А у Степаниды корень обладал еще большей силой, потому как ведьма доставала его через золото. Степанида провела рукой по золотой гривне, которую с тех пор, как встретилась с ней в сокровищнице у Гнома, носила у себя на груди.
Перед тем, как отправиться отдыхать, ведьма подошла к висевшей на стене Агафье, она никогда не забывала пожелать подруге спокойной ночи, хотя не могла понять, слышит та ее или нет.
Странно, Степаниде показалось, что от куклы потянуло чем-то незнакомым, непонятным и тревожным. Но ведьма отбросила дурные подозрения: такие сложные выдались сегодня будни, вот и мерещится всякая ерунда.
На следующий день аккурат на вечерней зорьке, Степанида отправилась в избу мужика.
По дороге она решила сделать небольшой крюк, чтобы посмотреть здесь еще Мирон или уже убыл. Но ни Мирона, ни избы, где он остановился, на месте не оказалось. Степанида немного постояла там, где встретила ведьмака и подумала: спроси она сейчас сельчан, куда подевалась изба с мужиком -ее не поймут, все начисто, конечно, забыли, что здесь что-то и кто-то был. Их тоже, когда-то учили наводить сильный морок, чтобы начисто заметать след. А уж ведьмаку в мастерстве не откажешь.
Сегодня мужик выглядел бодренько, сам по-хозяйски отправил своих домочадцев на улицу, сам предложил Степаниде выпить чайку. Ведьма удивилась:
-Ты так очухался, что и помощь моя не нужна? Какие такие чайки я с тобой распивать стану, если за делом пришла. Давай, показывай ногу-то. А как звать-то тебя, величать? Я что-то запамятовала.
Мужик заерзал на лавке, казалось, он напрочь забыл свое имя:
- Звать меня... звать, - беспомощно бормотал горемыка, - звать... А зачем тебе мое имя?
- Так,- протянула Степанида и подумала, - что же это за время подошло: одно на другое валится. То сколько лет тишь да гладь, а теперь словно наваждение какое-то, одно за другим. Видимо, поэтому Ведьмак сказал, что в дорогу она отправится через семь дней. А если знал что, а не предупредил, может, проверяют не поистратила ли Степанида свое мастерство. Экзамен ей устраивают или как? С кем теперь предстояло встретиться ведьме? Да еще и с Агафьей что-то неладное творится - мелькнуло в голове. Навалилось же...
Ведьма шагнула к мужику, тот неожиданно соскочил с лавки, встал на четвереньки и...то ли завыл, то ли залаял, а потом стал орать такие непристойности, что Степанида даже оторопела от неожиданности, но в следующее мгновение ведьма уже была готова принять вызов.
А мужик корежился на полу, он орал на все голоса, прыгал на четвереньках по избе, падал, выгибался.
По всему видно - темный дух вовсю хозяйничал в этом теле. Но кому и зачем это понадобилось - Степаниде сейчас было некогда рассуждать. Ведьма схватила первое, что попало под руки: необходимо обежать вокруг извивающегося мужика и очертить круг, чтобы никто не мог прийти на помощь вселившемуся тёмному - сразимся один на один. Но что-то мощное, сильное и какое-то липкое связывало ноги, каждый шаг становилось делать все тяжелее и тяжелее. Если у нее не хватит сил преодолеть эти связывающие путы, то все может оказаться напрасным, к вселившемуся бесу придет на помощь такая же нечисть и тогда...тогда просто утянут мужика в навь. Нет, ведьма должна этому помешать.
И ничего, ничего с собой нет - ни куриной лапки, ни крысиного хвоста, всего того, что так сильно боится нечистая сила. Хоть бы чесночина какая оказалась под рукой. А силы-то вчера потратила в лесу. Голова кружилась. Ноги не слушались. Мужик продолжал орать ругательства и корчиться на полу.
Потом вскочил на четвереньки и бросился к Степаниде. Ведьма отпрянула к печи и схватила ухват. Конечно, ухват! Почему она сразу о нем не подумала, ведь ухват, в руках умелой ведьмы - это тоже оружие против нечисти. Стискивая зубы и превознемогая жуткое сопротивление, ведьма перевернула ухват и направила его "рогами" на мужика - тот издал страшный вопль и в ужасе попятился назад. Степанида стала наступать и загнала бедного мужика в угол.
- Гость незваный, на дворе почти ночь, и тебе пора прочь! - змеей зашипела Степанида, жалея что еще в первый раз не узнала его имя, с именем бы куда было легче изгнать беса.
Мужик издавал такие зловещие звуки, что дух захватывало. Однако Степанида чувствовала, что хватка, с которой сковывалось ее тело, ослабла. Если никто не придет тёмному на помощь, то она должна справиться.
- Гость незваный, быстро сам прочь, а то придется помочь! - снова не своим голосом произнесла заклятые слова ведьма, и ухватом придавила мужика к стене. Тот издал еще один пронзительный звук и стал сползать на пол. Степанида отбросила ухват и бессильно опустилась на лавку.
- Силантий, Силантий меня зовут, - раздалось жалобное из угла.
- Садись, Силантий, ногу лечить будем, - Степанида показала рукой на лавку около себя, - что-то слишком весело ты чайком угощаешь.
А, часом, у тебя сегодня в левом ухе не звенело?
- Кажись, звенело, - Силантий присел на лавку, Вид у него тоже был не ахти, - не-е-е, точно говорю - звенело, - вспоминал мужик, - а
что такое?
- Да нет, это я к слову.- проговорила Степанида, не скажешь же этому бедолаге, что зазвенело в левом ухе, значит, приставленный к человеку дух-искуситель полетел к Кощею и Моране, сдавать грехи человека, а в это время его место занял другой темный.
И дух этот, как раз и ждал ее, Степаниду. - Но если в другой раз зазвенит в левом ухе, хватай чеснок и обноси с ним избу кругом. - продолжала научать Силантия ведьма, - Да потом сам съешь и женке дай. Запомнил? А теперь задирай штанину.
Степанида осмотрела укус, пошептала и сказала:
- Сейчас рана будет хорошо затягиваться. Завтра на вечерней зорьке я опять зайду. Должно пройти.
Назад глава десятая
Продолжение глава двенадцатая