После нового года, тяжело приходить в норму. На наш небольшой сибирский город вылито море спирта, скорее всего, не очень качественного, но выносящего мозги напрочь. Часть этого спирта залилась и в мою глотку. Вчера я думал, что смерть уже вышла за мной и пешим ходом добирается до дверей моей квартиры. Так херово мне не было, наверное, никогда. Уже второй день не могу прийти в себя. Улицы пустынны, но завтра на работу. Надо выйти подышать. Слава Богу, мне нет ещё и двадцати! Так что молодость моего организма побарывает невероятное отравление.
Пасмурное серое утро, очень холодно, тридцатка-то точно давит. Втягиваю воздух носом. Надо же, всё ещё пахнет порохом от петард. На улице настоящая свалка. Только насрать осталось. Убирать будут, тоже, только завтра. Укутываюсь потеплее. Я тепло одет, кожаный пуховик, большая меховая шапка, тёплые унты. Закурю-ка я сигарету , что ли? Вкусно! Хватаю морозный воздух вперемешку с табачным дымом. У киоска притормаживаю. Долго и внимательно рассматриваю алюминиевые банки с нерусскими буквами. Может, всё таки, купить пивка? Ну уж нахрен! Надо так протерпеть. К тому же к киоску подрулило пьяное, полужидкое тело в норковой шапке и коричневой дублёнке нарастопашку. Белый шарфик, как строительный отвес, всё время показывает отклонение хозяина от вертикали во всех плоскостях. Он покупает пиво. Я немного пячусь, ну его к чёрту. Бандит же, сразу видно.
Сзади, из пустоты, вылетает голос: « Слышь, братан, сигареты не будет?»
Оборачиваюсь, одновременно запуская руку в карман, и привычным движением, выколупывая сигарету из пачки. Невысокий парень деревенской наружности. Простое лицо. Открытый взгляд. Зелёный китайский пуховик и синяя вязанная шапочка «Спорт». К такому человеку практически сразу проникаешься доверием. Протягиваю сигарету. Он внимательно её рассматривает: «“Magna”? Ох уж эта мне импотенция ё….я! Да, может, херня это всё, но ты братан не кури их больше, их американцы специально делают, чтобы солдаты с ума не сходили.»
Я уже слышал эту хохму. И собирался включиться в разговор, как вдруг мой собеседник вздрагивает и меняется в лице. Он понижает голос и говорит: «Этот тип, походу, бабосы прое..л! Ты только не светись!» Я аккуратно поворачиваюсь. Вникаю в обстановку. Тело уже неровно движется в сторону автостоянки, а на земле лежит перевязанная резинкой пачечка бакинских. Я уже открыл рот, чтобы крикнуть, но мой собеседник трясёт меня и, уговаривая, тревожно шепчет: «Не пали! Не пали! Бля, братан, давай поделим! Тише! » Огибая меня, мой собеседник не сводя глаз с богатого пьяницы, на полусогнутых бежит к пачке и поднимает её. Оглядевшись вокруг, он делает манящее движение и мы уходим к ряду металлических гаражей, чтобы поделить трофей. Я оправдываю себя, что это бандит, и похер мне на его проблемы. Ему же на мои, тоже похер? Ну и пошёл он!
Я иду со странным, тревожным чувством. Я рад, но как-то это всё нереально. Мы за гаражами. Идёт подсчёт. Десятками баксов триста. Неплохо! Дербаним пачку. Мой новый друг начинает уходить. Но тут же возвращается. Его влекут, как паршивого кота за шкирку. Их трое. Один из них, наш потерпевший, но на лице нет и следа опьянения. Ступор. Так это называется. Я понял, что я по-настоящему попал. Мой подельник тут же сдаёт свою кассу, и добавляет: «Остальное у него!» Для верности он указывает на меня пальцем. Упырь, басовито произносит: «Потерялся!» Моего компаньона дважды просить не надо, и он согласно кивает головой и моментально теряется в утренней тиши. На меня выжидательно смотрят. Ни каких проблем! Возвращаю всё до последней бумажки. Сердце стучит в висках.
Бандит внимательно пересчитывает деньги. Я уже знаю, что будет. И они знают, что я знаю. Они охотятся. Попался я. Главное не тупить. Я рванул, пытаясь сбить с ног самого невысокого. Но, к сожалению, этот гад был, то ли самбист, то ли кто ещё. Я крутанулся в воздухе, и приземлился всей спиной, да ещё и затылком, на твёрдую, промёрзшую землю. Воздух вырвался из груди с громким звуком. Старший внимательно смотрит на меня: «Чё, за свои косяки отвечать не любишь? Ты хоть понимаешь, как ты встрял, овца?» Спектакль разыгрался с новой силой. Тот, которого я хотел сбить с ног, вдруг задушевно вопросил: «А может он откупиться сможет?» Я попробовал встать, но голова закружилась, поэтому я сел на задницу и молча достал гомонок. Приняв его, невысокий пересчитал деньги и негромко проговорил: «Чё-то мало…» Третий герой спектакля тихо отошёл за меня и вернулся с моей шапкой, отряхивая её от снега и рассматривая её со всех сторон. Невысокий (видимо это был спектакль одного актёра) продолжил: «Кожанка у тебя, вообще, ништяк!»
ВСЕ ПРОХОДИТ,ВСЕ МЕНЯЕТСЯ..........