Ещё со времён Стеньки Разина русский народ питает определённый пиитет к свободолюбивым разбойникам. Советскую литературу не обошло и это течение. "Записки следователя" Л.Шейнина, из которых самый известный рассказ "Брегет господина Энрике" и прочая сопутствующая литература, которую вы и сами знаете. Подача о "классово близких" какое-то время активно продвигалось, и даже другой взгляд на вещи, как то "Трактир на Пятницкой" полностью изменить восприятие преступного мира с его "романтикой" не мог. Серия "Черная кошка" только усугубило ситуацию...
Не спешите обвинять меня в руссофобии и непатриотизме, я сам прошёл через эти этапы "становления личности" в полной мере...., особенно ощутил на себе эти веяния в 90-ые.
Как раз в эти годы и расцвели сочным цветом "понятия". Хотя, знатоки станут утверждать, что к настоящим "понятиям" по неписанным законам преступного мира они не относятся. По тому пониманию, это беспредел и отморозки. Ну, да ладно, поскольку все теперь это так называют, то и я спорить не буду. Тем более, что такие процессы происходили во многих странах в разное время...
НЭП, а затем после военное обустройство в государстве, порождало эту воровскую романтику, а любовь к свободе и приключениям у мальчишек находили порой выход именно в полукриминальных играх. Дворовая шпана от игр в "войнушку" постепенно переходила к мелкому воровству, а игры против "фашистов" в определённом возрасте выливались в драки между группами по территориальному разделению, хотя и носили они не самый жестокий характер в своём начале. Перестройка резко обрушила всё, в том числе и занятость пацанов по школам, секциям, организациям и клубам, которые курировались коммунистами и комсомольцами, поддерживались государством. Романтика, описанная в тех книгах, о которых я упоминал в своих статьях, с успехом была заменена романтикой подвортни. Поскольку и читать стали гораздо меньше, а фильмы на ТВ как раз заполнили вакуум в поисках "героизма". Так вот и сформировался образ "жизни по понятиям", живём в котором мы сегодня.
Буддизм учит не стыдится своего прошлого, а воспринимать его, как уроки при движении к лучшему. А никто теперь и не стыдится даже прошлого мелкого "фарцовщика", гордясь своими препринимательскими талантами, который даже в "тёмное советское время" смог реализовывать. А уж тем более двровые подвиги пацанов никто себе в вину не ставит, скорее наоборот. Так "понятия" стали подниматься выше... Первый опыт на муниципальном уровне показал "мэр в кепке", и был принят с восторгом, как "свой". Образ крутого "правильного пацана" прижился и продолжает развиваться. Не думаю, что имиджмейкеры намеренно его рекомендуют политикам, но подсознательно политики его рисуют, видя отклик. Риторика дворовая перешла на телевидение, в СМИ и звучит даже с высоких трибун. И на международном уровне тоже...
А за имиджем и внешним проявлением скрывается и сама суть. Риторика 90-х не только в словах, но и на деле вошла прочно в нашу обыденность. Термины "наехать", "пресовать", "поставить на счетчик" стали нормой. Сама структура применения этих терминов тоже. Последнее время создаётся впечатление, что те лихие годы никуда не ушли, даже с устройством крепкой иерархии по типу тайных сообществ. Не ушли, а притерпели изменения и укрепились в своей полноте. Ушли бандиты и несговорчивые олигархи, которые на первой волне пытались "ставить" себя владыками. В любом сообществе босс должен быть один, а он уже устраивает пирамиду власти. Общак и сходняк приобрели вполне осязаемые всеми формы.
Ну и, как в любом подобном сообществе, существуют внутренние понятия, которые уже боссам не позволяют вести себя иначе, как именно вв русле "понятий". Иначе у власти просто не удержаться. Она оказывается призрачной. Призрачной, но не для нижних слоёв, которым уготовано участь "терпил", которые могут обратиться к власти, но решения будут только однозначные, хотя и иногда в пользу просителя. "Понятия здесь Я толкую" - вот основной принцип, который собой всё больше подменяет законы писаные и общепринятые... Традиции рекетирские перенесены на всё устройство нашей действительности...
Спасибо за внимание.