Эта максима была видоизменена Нитьянандой Прабху в Бенгалии: йа̄ре декха, та̄ре каха ‘гаура’-упадеш́а, трансформирована.
бхаджа гаура̄н̇га каха гаура̄н̇га, лаха гаура̄н̇гера на̄ма
йе джана гаура̄н̇га бхадже, сеи хайа а̄ма̄р пра̄н̣а
Поскольку присутствует определенная трудность, поэтому, скорее, следует прибегнуть к гаура-бхаджану, Гауранге, и автоматически ты обнаружишь, что ты находишься в самой гуще Вриндавана. Это особое усилие — все равно что сесть в нужный самолет, и ты обнаружишь со временем, что ты в Нью-Йорке. Главное — нужный самолет принять. Гауранга — самый великодушный Кришна. Почему? Поскольку [Он] — объединение Кришны и Радхарани, наиболее желанный, и Высочайшие Половины присутствуют в одном месте. Мы находим в последней шлоке Рая Рамананды, когда Махапрабху спросил: «То, что ты сказал, последнее, Я принимаю в качестве зенита нашего достижения, но все же существует ли нечто большее? Можно ли помыслить о существовании чего-то большего?» Когда этот вопрос был задан Рамананде Раю, последний был несколько растерян: разве кто-то в этом мире способен задать подобный вопрос? «Иногда в сокровенной части, в сокровенных глубинах моего сердца я чувствую „нечто“. И я, — ответил он, — составил, написал некую поэму, стихотворение. Ты хочешь поговорить об этом? Я не думал, что в этом мире есть кто-то, кто способен искать подобное явление. Я не нахожу нигде в писаниях и в произведениях великих предшественников [этого], однако „нечто“ временами посещает мой ум. Я думаю, что это — моя прихоть. И если Ты спрашиваешь о чем-то большем, то я открою Тебе. Будешь ли Ты удовлетворен этим, я не знаю, поскольку то, о чем пойдет речь, выходит за рамки того, что до сих пор было дано миру. Но иногда это „нечто“ посещает мой ум». — «Попытайся», — сказал Махапрабху, и тогда Рамананда Рай представил Ему свое сочинение, произведение. И Махапрабху, услышав определенную часть, закрыл уста Рамананды Рая ладонью.
Преданный: А что Рамананда Рай собирался сказать? Какой была его поэма?
Шрила Шридхар Махарадж: Майявадины говорят: «О, здесь подтверждается наша точка зрения: объединение двух начал — Радхи-Говинды». Они говорят: «Я принадлежу Тебе» — это первая стадия бхакти. «Я принадлежу Тебе, тадийа, Я Твоя». Первая стадия преданности: «Я принадлежу Тебе». А более высокая стадия — «Ты принадлежишь Мне, Радхарани», — мадийа. Тадийа: Чандравали и другие, а более высокая стадия: «Ты принадлежишь Мне». И более высокая стадия: тадийа-мадийа, а затем — тад-ахам: «Я — это Ты». Но эта майявада, позиция майявады была напрочь отвержена в самом начале беседы. Тогда о чем идет речь: «Я — это Ты»? Когда это прозвучало, то Махапрабху закрыл его уста ладонью и сказал: «Не говори ничего больше». Это поразило Махапрабху, это поразило Шри Чайтаньядева. ‘Раса-ра̄джа’, маха̄бха̄ва’ — дуи эка рӯпа: когда Они Оба объединяются, настроение Радхарани пленяет Кришну, и — сва-бхаджана-вибхаджана-прайоджана̄вата̄рӣ
Он начинает поиск самого Себя, как я описывал в шлоке Гададхара Прабху:
нила̄мбходхи-тат̣е сада̄ сва-вираха̄-кшепа̄нвитам̇ ба̄ндхавам̇
Я собирался написать книгу, произведение, квинтэссенцию «Бхагаватам», и пранама Гададхара Пандита, вступительная шлока к этой книге [звучит так]. Нила̄мбходхи-тат̣е — на берегу безбрежного океана, сада̄ сва-вираха̄-кшепа̄нвитам̇ ба̄ндхавам̇ — Его друг, друг этой Личности, которая глубоко погружена в пучину скорби, испытывая разлуку с Самим Собой, сва-вираха̄-кшепа̄нвитам̇, Он испытывает великую скорбь и пребывает в безумии. Бха̄гаватӣ-катха̄ мадирайа̄: Гададхар Госвами помогает Ему, читая для Него «Бхагаватам», и это чтение оказывает некий опьяняющий эффект на эту Личность, облегчая Его страдания, Его боль.
Подобно тому как в этом мире если больной испытывает нестерпимую боль, тогда ему делают инъекцию морфия или подобного вещества, или дается вино, чтобы избавить человека от боли, Гададхар Прабху Госвами читает «Бхагаватам» своему Другу. И каково состояние Друга? Он страдает, страдает нестерпимо. А какова причина Его страдания? Вираха, разлука. А какого рода разлука? А̄тма̄-вираха, кр̣ш̣н̣а̄нусандха̄на: Кришна ищет Самого Себя в настроении Радхарани. Эти истины упомянуты в последней шлоке Рая Рамананды. Он сказал: «Я не знаю, поможет это Тебе или нет, насладишься ли Ты вкусом этого, поскольку я не нахожу этого нигде, но иногда это „нечто“ проникает в мой ум, и я написал поэму, и я прочитаю ее Тебе».
пахилехи ра̄га найана-бхан̇ге бхела
анудина ба̄д̣хала, авадхи на̄ гела
на̄ кхон̇джалун̇ дӯтӣ, на̄ кхон̇джалун̇ а̄н
дун̇хукери милане мадхйа та па̄н̇ча-ба̄н̣а
на̄ со раман̣а, на̄ ха̄ма раман̣ӣ
дун̇ху-мана манобхава пеш̣ала джа̄ни’
э сакхи, се-саба према-ка̄хинӣ
ка̄ну-т̣ха̄ме кахаби вичхурала джа̄ни’
на̄ кхон̇джалун̇ дӯтӣ, на̄ кхон̇джалун̇ а̄н
дун̇хукери милане мадхйа та па̄н̇ча-ба̄н̣а
[[Стихотворение раскрывает чувства Шримати Радхарани, которая говорит: «Еще до Нашей встречи Нас уже влекло Друг к Другу. Влечение родилось от первого же случайного взгляда. Так возникла Наша связь. День ото дня она крепла, пока не стала неразрывной. Наша привязанность Друг к Другу стала естественным продолжением Нас самих. Причина ее кроется не в Кришне, который наслаждается Мной, и не во Мне, ибо Я лишь доставляю Ему наслаждение. Причину следует искать в другом. Возникновением этой привязанности Мы обязаны Нашей встрече. Такая обоюдная привязанность именуется манобхавой, самим богом любви. Ум Кришны и Мой ум слились воедино. Сейчас, в разлуке, очень трудно объяснить Нашу любовь. Дорогая подруга, хотя Кришна, возможно, уже забыл обо всем, ты понимаешь Меня и сможешь передать Ему Мои слова. Но во время Нашей первой встречи Мы ни через кого не передавали посланий, и Я никого не просила встретиться с Кришной. Нашими посредниками были пять стрел бога любви» («Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 8.194).]]
Здесь раскрываются чувства Шри Чайтаньи, поэтому Махапрабху хотел закрыть его уста, давая понять: «Не говори об этом!» Так же, как Он явил Свой аватар (‘раса-ра̄джа’, маха̄бха̄ва’ — дуи эка рӯпа), происшествие было подобным.
Преданный: Махарадж, а кому Он явил Свою объединенную форму Радхи и Кришны, кому показал?
Шрила Шридхар Махарадж: Рамананде Раю — там мы находим это. И, конечно, Сварупа Дамодар знал это, потому что он дал эту концепцию Махапрабху: ра̄дха̄-бха̄ва-дйути-сувалитам̇ науми кр̣ш̣н̣а-сварӯпам — Сварупа знал все о Махапрабху, и он дал ясные рамки, каркас или основание, на котором основана вся чайтанья-лила: четырнадцать шлок, мы находим их в «Чайтанья-чаритамрите». Санатана Госвами, Рупа Госвами — их [положение] также было дано Сварупой Дамодаром. Са̄кш̣а̄т маха̄прабхура двитӣйа сварӯпа— Сварупа Дамодар знал все, что делал Махапрабху.
эи ш́локера артха джа̄не экале сварӯпа
Лишь один человек — Сварупа Дамодар — знал ту шлоку, которую Махапрабху произносил перед колесницей [Джаганнатха]. Рупа Госвами присутствовал в определенном(?) там. Рупа Госвами, конечно, слышал и извлек истинный смысл шлоки, и он написал эту поэзию: прийах̣ со ’йам̇ кр̣шн̣ах̣ саха-чари курукшетра-милитас. Он извлек субстанцию и сделал понятным для нас, почему Махапрабху пел эту шлоку, которая внешне не слишком хороша. Но каков ее смысл, намерение, внутренний смысл? Он извлек это и написал эту шлоку: прийах̣ со ’йам̇ кр̣шн̣ах̣ саха-чари курукшетра-милитас. Курукшетра: Джаганнатх, Субхадра и Баларам присутствуют там, и представлены характеристики Кришны Двараки: иногда он стремится, желает пойти во Вриндаван. И Махапрабху:
сеи ш́лока ш́уни’ ра̄дха̄ кха̄н̣д̣ила сакала ба̄дха̄
кр̣ш̣н̣а-пра̄птйе пратӣти ха-ила
Шлока «Бхагаватам»:
а̄хуш̇ ча те налина-на̄бха пада̄равиндам̇
и ответ:
майи бхактир хи бхӯта̄на̄м
амр̣татва̄йа калпате
дишт̣йа̄ йад а̄сӣн мат-снехо
бхаватӣна̄м̇ мад-а̄панах̣
"Если люди обретают некую преданность Мне, то они спасены от смерти. Но Я Сам думаю, считаю, что Мне повезло обрести ваше [гопи] общество. Весь мир может думать: если они обретают Меня, то это их высочайшая удача. И «этот Я» считаю, что Я — к счастью для Себя, случайно — обрел вашу любовь: ваша любовь и нежность столь ценна — настолько, что она является гарантией того, что Я — ваш. Я — ваш. Я считаю, что мне повезло соприкоснуться с вашей любовью, и ваша любовь столь ценна! Поэтому Я заверяю вас в том, что Я всегда ваш. Расо ’пй асйа парам̇ др̣шт̣ва̄ нивартате — Я испытываю такой великий экстаз, полноту в вашем обществе, что Я не могу не быть вашим».
сеи ш́лока ш́уни’ ра̄дха̄ кха̄н̣д̣ила сакала ба̄дха̄
кр̣ш̣н̣а-пра̄птйе пратӣти ха-ила
Услышав такого рода признание Кришны, Радхарани была в полной мере удовлетворена. Она сказала: «Да, Он Мой», — и с этой убежденностью Радхарани вернулась во Вриндаван. «Где бы Он ни был под предлогом выполнения других обязанностей, которые Он имеет, возможно, но все же Я вижу, что Он Мой», — с этим гордым чувством в сердце Радхарани вернулась во Вриндаван. Поэтому Махапрабху говорит:
йах̣ каума̄ра-харах̣ са эва хи варас та̄ эва чаитра-кш̣апа̄с
те чонмӣлита-ма̄латӣ-сурабхайах̣ прауд̣ха̄х̣ кадамба̄нила̄х̣
са̄ чаива̄сми татха̄пи татра сурата-вйа̄па̄ра-лӣла̄-видхау
рева̄-родхаси ветасӣ-тару-тале четах̣ самуткан̣т̣хате
Обычная шлока. Наика и наяка, то есть героиня и герой. И под предлогом этого Махапрабху переживал высочайший экстаз божественной природы в сердце. И Рупа Госвами извлек это и записал для людей, подобных нам, обычного калибра. Смысл песни Махапрабху он открыл: высочайшее удовлетворение Радхарани: «Он — Мой». Это — высочайшая перспектива всех тех, кто принадлежит к группе Радхарани. Кришна всегда исключительным образом привязан к лагерю Радхарани, нашей Госпоже. С этой гордостью они двигаются, передвигаются, живут. И это — высочайший зенит нашего достижения и реализации: Кришна принадлежит Радхарани. Мы горды, мы все. Вся гаудия-сампрадая гордится этим: Абсолют, Самодержец более не Самодержец, Он пойман в клетку. Кришна пойман, Он в тюрьме. Никто не в состоянии контролировать Его, но Он — контролируем, подобно королевскому бенгальскому тигру в клетке. Это — ключ, ашрая-виграха. Это невозможно, но только в одном месте это становится возможным. И мы принадлежим к этой группе, поэтому наша гордость не знает предела. Наш Гурудев… Мы будем думать, что мы не достаточно дерзки, высокомерны, чтобы утверждать подобные вещи, но наши Гуру и Парампара — они горды. И, так или иначе, мы пришли в этот лагерь, и наша перспектива лежит на этом пути.