Адель молча сидела перед окном. Она курила и плакала. Причем она была из тех редких женщин, которым идут слезы. У таких глаза не опухают, и не превращаются в узкие щели, нос не краснеет. Нет и нет. Лишь в темноте поблескивали ее глаза, да слезы оставляли тонкие бороздки и стекали по уже не молодой шее.
-Не дай Бог никому такой судьбы, как у меня, - сказала она себе.
И дело было не в ее морщинах и шее, которая выдавала возраст, далеко за 40. И не в том, что приближаясь к зеркалу, она старалась быстро-быстро пройти. Желательно мимо него, и если и посмотреть, то прищурившись.
Просто ее жизнь прошла. Дети выросли, мужу она не нужна. Да и он ей не нужен. Никогда не был нужен. Жила, терпела, была рядом.
А теперь она не нужна никому. Даже себе самой тоже не нужна. Теперь она окончательно поняла, что была несчастливой. С этим счастьем тоже было также, как и с зеркалом. Она этот вопрос обходила стороной. Старалась прошмыгнуть быстро-быстро мимо него. Если прищуриться, то вроде и ничего так. Нормально.
А вот если посмотреть прямо, подойти близко и встать во весь ее рост. А Адель была высокой и худой. То картина получится неприглядная. Она не была счастлива. И так вот, как-то мимо нее прошла и вся ее жизнь.
Ради чего она терпела, отказалась от работы? Чтобы что? Все, что у нее осталось — это ее книги. Вернее желание их писать, ее мечты, желания. Да и тот мальчик, который откуда то появился и уверяет, что она ему нужна.
«Этого не может быть, потому что не может быть. Ну хватит думать о нем. Даже не думай», - с этими мыслями Адель решительно встала.
«А вдруг?»