Последнее лето детства
Тоня собирала в картонную коробку свои игрушки...Двух плюшевых мишек, фарфоровую кукольную посуду, несколько голеньких пупсов, мячики и ещё какие-то мелочи...Она решила отдать их ребятишкам - беженцам. Себе оставила только любимую куклу Лялю-папин подарок. Заплела ей косы ,расправила платьице и усадила в папино кресло -качалку. После папиной смерти, почему-то никто не садился в это кресло. На нем лежал папин шерстяной плед и подушка-думка, которую вышивала крестиком мама, а папа очень любил подкладывать под голову. Как давно это было! Это было в другой жизни, в той жизни не было войны, а папа был жив, у мамы косы были чёрными как вороново крыло ,а сейчас в её волосах полно седины.В парке играл оркестр и продавали мороженное крем-брюле в вафельном стаканчике- как же давно это было!
Тоня тряхнула головой, отмахиваясь от воспоминаний и продолжила собирать коробку, она добавила туда цветные карандаши и несколько вещичек из которых сама уже выросла. Мама посмотрела на её сборы и добавила метра три марли и пузырёк зелёнки, коробку перевязали шпагатом. Осталось только отнести её на сборный пункт, который находился в первой школе.Тоня решила пойти туда завтра утром.
Летнее утро было тихим, зелёным и солнечным. Сирень уже отцветала ,а вот белые шапки бульденежа пенным водопадом расплескались по школьному забору. Тоня поднесла к лицу белую веточку и на неё напахнуло холодом- словно в ладошках у неё был не белый пушистый шарик нежного цветка,а горсточка снега в начале лета. Она уже отдала свою коробку и ждала у школьного крылечка подружку Миру. Девчёнки решили посидеть в скверике-давно не виделись, хотелось о многом поговорить...
Мира была на полгода старше Антонины и уже работала на почте почтальоном, она посоветовала Тоне сходить туда:"Может на сортировку возьмут? " Не долго думая, сбегала на почту и через полчаса писала заявление о приёме на работу. Весёлая и счастливая вернулась она домой.
Мама с Витей собирались в очередную командировку, она между сборами слушала Тонин рассказ про работу, а потом спросила:"Тебе самой-то нравится? Ну вот и ладно. Но, дочь-только до сентября, а там пойдёшь учится!" Тонька в знак согласия помотала головой , а про себя подумала:" Все ничего, но вот куда же я пойду учится? Снова в седьмой класс что ли? Меня же немка не аттестовала... Да и ладно! Вот в сентябре и будем решать эту задачу."
Поначалу работа сортировщицы показалась Тоньке чепуховой: распаковываешь мешок с письмами и раскладываешь их по улицам и номерам домов в ячейки огромного ящика. Каждая ячейка- это улица в Шахуньи, а потом в ячейке нужно сложить письма по номерам домов в порядке возрастания. Труднее всего было прочесть адреса на фронтовых "треугольничках"-зачастую они были написаны карандашом и очень неразборчиво. К концу первого рабочего дня у Тоньки болели глаза, плечи , отваливалась спина. Вот тебе и лёгкая работа! Постепенно она втянулась и всё оказалось не так печально. Тем более, что работала она с часу дня и до обеда успевала отоварить карточки. Домой приходила уже в восьмом часу-хорошо ,что идти было совсем недалеко.
После возвращения из Горького, Сергей постоянно где-то пропадал. Иногда они встречали с Тоней за поздним ужином, но у обоих сил на разговоры уже не было. Пять дней пролетели как один миг.
Тоня проснулась на рассвете от того, что вдруг осознала, что послезавтра Сергея уже здесь не будет!Не будет очень долго...Осталось всего два дня когда он будет рядом, а потом наступит бесконечно долгое ожидание... Ей захотелось заплакать от обиды и где-то рядом с сердцем поселилась тревога и недетская боль, боль наступающей разлуки...Она отправила в магазины близнецов , а сама решила побыть эти полдня рядом с Серёжей. Ей достаточно было просто слышать его... просто видеть его...быть рядом с ним.
Сергей увидел её в огороде. Тоня рвала там какие-то травки и первую, совсем маленькую, редиску. Когда она наклонилась, тяжёлая коса непослушно сползала с наклоненной спины на грудь.Тонька сердито отбросила её назад свободной рукой. От этой картины всё Сережкино существо затопило волной щемящей нежности к ней. Ему захотелось положить руки на эту тоненькую талию, поднять её высоко-высоко и кружить до тех пор, пока она не опустит свои тонкие девичьи руки ему на плечи. А потом плыть с ней в медленном танце бесконечно долго, слышать стук её сердца,чувствовать на своей груди её дыхание...
В открытое окно дул тёплый ветер и светило июньское солнышко .Вокруг было так тихо, что не верилось в то, что полстраны полыхает в огне войны. Серёжа вдруг понял, что совсем скоро, через два с небольшим дня, он уйдёт из этой комнаты, с этого двора на долго, возможно навсегда... И эта девочка с русой косой останется здесь и будет недосягаемо далеко от него... Он только сейчас понял как мало времени у них осталось. Казалось, он физически почувствовал как уплывает оно, отзываясь болью в его сердце. Он на мгновение задержался у открытого окна и перемахнул через подоконник...
Тоня почувствовала что он рядом даже не оборачиваясь. Его руки легли на узенькие девичьи плечики, а губы легонько прикоснулись к родинке на изгибе шейки...Она резко повернулась, щёки горели алым румянцем а глаза удивлением и гневом : " Ты это чего? С ума сошёл что ли? Сейчас как врежу по уху, так и пойдёшь на свой фронт контуженым !" Он убрал руки за спину и дал ей убежать.
"Хорошо хоть не врезала!" -подумал Серёжка и улыбаясь прикусил сорванную веточку укропа. А что он хотел? Разве могла его Тонька поступить иначе? Это ведь не Люська"Не проходите мимо", а Тонька, которая и за меньшие грехи дралась с пацанами почем зря! Теплая волна нежности затопила его сердце , а на губах осталось ощущение её умытой солнцем кожи и запах последних ландышей...
Тонька влетела в свою комнату в пучком редиски в руках. Если бы не эта редиска ,то получил бы этот "целовальщик" в ухо или в нос! И вообще, что это было-то? Что на него нашло? Ой,мамочки! Её же в первый раз парень поцеловал! Да и поцеловал-то как-то по дурацки: не в губы ,а в какую-то родинку на шее! Да и парень не парень , а всего-то Серёжка! А почему Серёжка не парень? Вон уже какой вымахал, даже на фронт собрался! И красивый такой стал за этот год. Девчата и постарше неё на него заглядываются, а ей -не парень! Посмотрите на неё, фифа какая! -думала Тонька лихорадочно переодеваясь на работу. А где-то рядом с маленьким Тонькиным сердечком поселилась нежность к этому "целовальщику". Ей вдруг захотелось чтобы он поцеловал её по-настоящему, по-взрослому... Ей хотелось плакать и смеяться одновременно. А ещё ей хотелось сотворить какую-нибудь глупость! Кое-как заколов на затылке косы и стащив со спинки стула тёплую кофточку, Тонька выскочила на крыльцо. Там она нос к носу столкнулась Павлом, вернувшимся с ночного дежурства, и от избытка чувств, закружила его по крыльцу в вальсе...
Пашка удивлённо посмотрел на неё и подумал:"Это что с девушкой происходит? Что-то через чур счастливая... Может этот крендель, Серёженька , что сотворил? Не дай Боже! Прибью сразу -и до фронта не доедет! Он рванул искать Серегу и нашёл его сидящим на завалинке за домом. Серёга как бычёк жевал укроп и блаженно улыбался самому себе. Не долго думая, Пашка сгрёб его за грудки и зашипел ему в лицо:"Признавайся, что наделал? Учти , если ты Тоську чем -нибудь обидел, узнаю и до фронта не доживёшь! Знаю я вас таких ухарей-я на фронт, а после меня -хоть потоп! Не позволю ей жизнь испоганить,понял?!" Серёжка кое-как оторвал Пашкину руку своей рубашки:"Паш,ты чё? Кого я обидел? Я? Тоньку?Да она сама кого хочешь обидит. Пашка,как ты мог такое обо мне подумать? Да я за Тоньку сам кого хочешь уничтожу!" "Кого хочешь-не надо! Ты ,соколик, от самого себя её побереги! Ты думаешь я слепой? Однорукий-да, а вот со зрением у меня всё в порядке! Думаешь, я не вижу, как ты на неё смотришь последнее время? Подросла девочка, похорошела. Из пацанки в барышню превратилась, но в душе-то она ещё ребёнок несмышлёный ! "-сказал Пашка ему в ответ. " Я люблю её, Пашка! Понимаешь, люблю! Я сам не знаю как это получилось, просто однажды понял-Тоня для меня ВСЁ на свете, а без неё ничего не надо! Я всё понимаю о чём ты хочешь мне сказать, но я ни чего с собой поделать не могу." "Сможешь, Серёженька, ой как сможешь! До тебя мне-дело десятое, ты парень взрослый, раз сумел военкома" надуть" и на фронт собрался! Что хочешь делай, но Тонькин покой нарушать не смей! Своим уходом на фронт сердце ей не рви! Она , глупышка, может в ответ в тебя влюбится и что с ней тогда будет? Ты об этом подумал, умник?"- Серёга молча смотрел на Пашку, а про себя думал: " Поздно, Пашка, кажется уже поздно! Ты опоздал, Пашка! Сегодня я видел её глаза и слышал, как стучит её сердце когда мы рядом!"
Тоня перебирала письма стопка за стопкой и раскладывала их по адресам и вдруг взгляд её зацепился за знакомый адрес, за их с мамай адрес!
На конец-то! Открыточка от дяди Миши! Как же давно он не писал им! Любимый, дорогой, родной дядюшка, мамин младший братик-жив и здоров! Вот мама-то обрадуется, когда приедет! Какое же это счастье-получать такие подарки хоть иногда! Тонька спрятала письмецо поближе к сердцу и продолжила работу. Она машинально раскладывала письма сличая адреса ,а мысли её были далеко: она думала о сегодняшнем утре, о Серёжкином поцелуе, а маленькая родинка на девичьей шейке помнила прикосновение его губ... Испуг и злость прошли и осталась только светлая, огромная как облако, нежность. И как только она могла поместится в её маленьком сердце?
На 7 и 8 июня Лида Андреевна дала Тоне выходной. Тонька крутилась как белка в колесе: собирала вещи Серёге в дорогу, утешала как могла бабу Зину, которой пришлось сказать ,что завтра он уходит на фронт. У бабули всё валилось из рук, поэтому Тоне пришлось взять на себя приготовление еды для всей семьи и" подорожников"для Сергея. После обеда пришёл Толик проститься с братом. Они долго сидели в тени под берёзой и о чем-то говорили, вернее , говорил в основном Сергей, Толик слушал и изредка кивал ему головой. Близняшки тоже жались к брату, он время от времени прижимал их одинаковые головёнки к себе и что-то говорил им. В Тонину сторону он только поглядывал иногда. К вечеру пришёл хмурый Павел, который тоже решил о чём-то поговорить с ним . И так продолжалось до самого ужина. Тонька уже начинала злится: почему у него есть сегодня, в последний день, время для всех кроме неё?! И зачем она брала этот выходной? Лучше бы на работу пошла-нервы были бы целее!
Ужин накрыли на столе под старой берёзой. Серёга с вызовом посмотрел на Павла и сел рядом с Тоней. Пашка промолчал, но желваки заходили на его скулах... Она не могла есть, когда он сидел с ней рядом: чувствовала его тепло, слышала звук его голоса и понимала , что это всё не надолго. Пройдет этот вечер и ночь, наступит завтра и его уже не будет рядом. Они так же будут есть , пить , дышать-жить! Только СЕРЁЖИ НЕ БУДЕТ ЗДЕСЬ!Её сознание отказывалось принимать это! Её сердце не хотело этой разлуки!
Под столом Сергей взял её ручку в свои большие и сильные руки. Какие же у неё тоненькие и длинные пальчики!Тонина ручка трепыхнулась в его руках как воробышек и затихла. Они сидели рядом согревая друг друга теплом и нежностью и мир вокруг перестал существовать. Они не видели как все разошлись из- за стола, оставив их вдвоем. Пашка ушёл последним, досадливо махнув рукой... Прохладная июньская ночь опустилась на землю. Тоня поежилась от холода. Сергей накинул на себя и неё старый тулуп и обнял за плечи прижимая к себе. В темноте блеснули его зубы в улыбке:"Помнишь, мы всегда так любили сидеть с тобой? Даже когда были совсем маленькими!" "Помню! Что же теперь будет, Серёга?" " Да ничего особенного не будет! Ну, пойду завтра на фронт-все же идут, не я один! Кто-то же должен набить их поганые рожи. А война-она обязательно когда-нибудь кончится. Не завтра, конечно, уж слишком они далеко зашли, но через год-другой обязательно мы их выпрем из нашей страны и полетят они до своего Берлина кувырком-это я тебе обещаю! А ты пообещай мне за это время, пока я буду воевать , немного ещё подрасти и не грустить, и конечно, не плакать! Это, что ещё за болото ты тут развела?!" "И грустить буду, и плакать -буду! И ждать тебя буду! Я не хочу чтобы ты уходил туда , Серёжа! Там страшно, там очень страшно, там убивают!" " Даааааа? А я думал -пряники раздают! Только вот я тоже иду кое-кого убивать, а сам собираюсь жить долго!"
Они проговорили всю ночь. Он посадил её к себе на колени, она обняла его за шею руками , положила головку на его плечо. То плакала, то смеялась. Они говорили обо всём , и только о самом главном не решались сказать. Уже под утро , когда Тонина голова потяжелела на его плече , он прошептал ей на ушко:"Я люблю тебя, моя маленькая девочка, мой самый верный дружок!" Он не знал услышала она его или нет. Когда забрезжил рассвет, Серёжа унёс Тоньку и уложил на диван укрыв тёплым пледом-она даже не проснулась! Только лёгкая улыбка блуждала на её губах, значит снилось ей что-то хорошее. Лёгким поцелуем он прикоснулся к тоненькой венке на её виске-как давно ему хотелось это сделать! и вышел ,тихо прикрыв за собой двери.
Серёга вышел на крыльцо. Спать после такой ночи совсем не хотелось! Да и смысла ложиться в постель уже не было-скоро вставать. Павел подошёл и молча встал рядом, закурил... "Ты, Серёга, за Тосю не беспокойся да и за братишек с бабулей тоже, я за ними пригляжу. А осенью Тоську отправлю в закрытое училище при автозаводе-там её любым уркам трудновато будет достать. Уже начальник мой на счёт неё договорился и Анна Ивановна согласилась. Да и бандюганов мы с твоей помощью хорошо пощипали, а там , глядишь, без главарей шестёрки и сами разбегутся. Вот во что вылилась история про три мешка лука! Мой начальник так и назвал операцию по уничтожению спекулянтов и фашистских прихвостней"Три мешка лука", а начальство наше недоумевало:"Почему три мешка лука? что это означает?" Так, что воюй братишка спокойно, да возвращайся домой с победой поскорей!" "Поскорей , однако, не получится. А вот гадов этих бить буду сколько сил хватит , а не хватит-зубами грызть буду... Одно плохо-из нашего призыва тридцать человек , кто с техническими специальностями, и помоложе отобрали на курсы по вождению танков, так что не сразу на фронт попаду..." "Эт ты зря Серёга! Танк это сила, а в умелых руках -сила вдвойне! Так что учись хорошо , а потом задай там фашисту жару за нас за всех!"
Тёплые лучи утреннего солнца коснулись Тонькиного лица, позолотили волосы, она попыталась закрыться от них руками, а потом подскочила как ужаленная: "Проспала! Всё на свете проспала" . Кое-как застегнув халатик и подколов косы, она всунула ноги в старые тапочки и побежала к бабе Зине. Сердце у Тоньке готово было выскочить наружу от волнения. Ей представилось ,что Сергей уже ушёл и с ней не простился! Собранный Серёжкин вещмешок или попросту -сидор стоял на столе. Рядом с ним сидела расстроенная баба Зина: " Вот Тонечка! Сказал:" Скоро вернусь!"-а самого всё нет и нет! А я все жду и жду-с места сойти не могу, ноги не идут! Пацаны бог весть где-тоже наверное в разбеге, хозяйство не управлено,а я всё сижу! Что же это за напасть-то такая!" "Эт чё мы в разбеге? Здеся мы! Маруську пасём!"-послышалось из открытого окна и две рыжие макухи показались над подоконником. "Ну вот, бабЗина, здесь они , Маруську пасут! И Серёжа скоро придёт, если пообещал. Наверное дела у него ещё есть недоделанные. Давай -ка мы с тобой сейчас чайник поставим . Смотри! Даже электричество, в кои-то веки, дали! Сейчас он на электроплитке-то быстренько вскипит!"-щебетала Тоня без остановки, чтобы отвлечь бабулю от грустных мыслей. Ей стало страшно за неё-а вдруг не выдержит и заболеет, что тогда делать?
Хлопнула калитка и на дорожке показались Сергей с Толиком. Попили чаю, Серёжа встал из-за стола:" Ну что ж-пора прощаться? " он обнял бабушку , поцеловал её в морщинистую щёку: "Обещай мне не плакать и не расстраиваться по пустякам! Я не умирать еду , а воевать! И не надо меня заранее оплакивать! Родная моя! Ты нужна нам молодая, сильная и здоровая-кто правнуков -то нянчить будет?"-и засмеялся. Двойняшек сначала поцеловал, а потом как взрослым парням пожал им руки: "Я на вас надеюсь, мужики! Берегите бабушку и Тоньку! А то без вашей помощи они пропадут!" Тоня засобиралась проводить его, но он остановил её у калитки:"Толик проводит ,а ты приходи к восьми на станцию. Придёшь?" Наклонился и не обращая ни на кого внимания поцеловал маленькую родинку на шейке. Шагнул за калитку и ушёл не оборачиваясь.... Тоня стояла словно в оцепенении и смотрела им в след пока они не скрылись за поворотом.
Весь долгий день она чувствовала прикосновение его губ, ей казалось ,что она бредёт по реке времени против течения. Села против будильника и ждала когда придёт время идти на станцию. Стрелки не шевелились , казалось их гвоздями прибили к циферблату. Она понимала-так и с ума можно сойти. Через силу заставила себя подняться и пойти к бабе Зине: ей тоже было нелегко . Может вдвоем им легче будет справиться? Баба Зина пекла лепёшки: "Да вот, из последней муки завела,а то как бы не прогоркла-с зимы ещё лежит. Всё экономила, экономила! А сейчас. вот напеку-сами поедим, да пацанам вечером унесёшь!"-сказала она как ни в чём небывало.Тоньке это спокойствие показалось подозрительным. Движения бабули были какими-то судорожными. Тоня подошла к ней: "Давай , я буду печь ,а ты присядь вот на чурочку и катай мне лепёшки. Ладно?!" "Сяду я ,сяду детонька, а то что-то ноги плохо держат"-сказала баба Зина. Села и....уснула уронив голову на стол! Испуганная Тонька побежала к соседке- педиатру, та пришла, посмотрела и сказала , что это у неё от расстройства, организм так защищается. Проспать она может долго, но если завтра к вечеру не проснётся ,нужно будет обратится к врачу. Тоня сама допекла лепёшки и накормила близняшек. Вместе подоили и загнали козу в сарайчик, покормили Брюлика. Мальчишки пошли жать серпами траву вдоль забора козе на пропитания, а Тоня , завернув лепёшки в чистое полотенце поспешила на станцию.
Уже полвосьмого она стояла на перроне, судорожно прижав узелок к груди. Состав пришёл совсем не с той стороны откуда она его ждала. Последний вагон остановился как раз против неё. Двери теплушки были распахнуты, солдаты столпились в дверях высматривая родных на перроне. Провожающих было немного. Тоня всматривалась в лица ребят пытаясь разглядеть среди них Сергея и неожиданно увидела его прямо перед собой! Она не сразу признала его в военной форме и совершенно лысого, а узнав бросилась к нему в объятья. Узелок с лепёшками мешал ей , она не знала куда его девать. Сергей засмеялся и передал его ребятам в теплушку: "Хозяюшка, ты моя! И что ж я бы без тебя делал?" Из нагрудного кармана великоватой гимнастёрки он достал маленький сверточек, развернул его и повесил на шею Тоне кулончик -сердечко: "Храни его! В нём я спрятал свою жизнь! Помнишь ,как в сказке про Кощея? Так что я от всех бед защищён, пока ты хранишь моё сердце!" Тоня подняла к ниму своё личико; губки дрожали , а из синих огромных глаз вот- вот брызнут слёзы, они задержались на самых кончиках густющих ресниц. Серёжа взял это личико в свои большие натруженные ладони и собрал губами солёные капельки с её ресниц, губы их встретились и обоих словно пронзило током. Они отшатнулись. и ошеломлённо посмотрели друг на друга... Но неведомая сила снова соединила их. Тоня обняла его за шею и сама притянула его губы к своим губам. Несмелый в начале поцелуй постепенно наполнился неведомой для них обоих силой и всё вокруг исчезло кроме них двоих...Они оторвались друг от друга что бы перевести дыхание и она прошептала ему прямо в губы :"Я тоже люблю тебя, мой самый любимый мальчик!" "Ты слышала!Ты ночью всё слышала?!" "Да!Да!"-ответила она и сама поцеловала его по-детски неумело. Он перехватил её поцелуй и земля снова ушла у них из под ног! Они не слышали как тронулся поезд, только громкое "Серёга" вернуло их в реальность. Он последний раз прижал её к себе и оттолкнув, бросился догонять набирающий ход состав. Несколько рук подхватили его и втянули в теплушку. Она смотрела в след уходящему поезду, прижав ручки к губам, долго-долго, пока он не исчез в вечернем тумане. Как-то рядом с ней оказался Павел, он обнял её за плечи и сказал:"Пойдём домой, девочка! Вот и кончилось твоё беззаботное детство, Тонечка! Его увёз с собой этот чубатый паразит!" Тоня посмотрела на него и ответила:"Нет, Паша, не чубатый , а лысый! Совершенно лысый!"
Лето было наполнено ожиданиями: Тоня ждала письма от Серёжи, Пашу с работы, маму и Витю из командировок. Она так устала всех ждать, что когда лето кончилось , вздохнула с облегчением: пускай теперь все её ждут! Теперь она уезжает в Горький учится, а все домашние пускай её ждут!
Тонька, повзрослевшая за лето, стояла на перроне с которого два с лишнем месяца назад провожала Серёжу. В руках у неё была фибровая балетка в которой лежали её нехитрые вещички и зубная щётка с коробочкой порошка. Она ждала Пашу. Опять ждала! Павел должен отвезти и устроить её в училище . Подошёл товарняк с прицепленным к нему одним пассажирским вагоном. Люди стали по спецразрешениям садиться в этот вагон, а Пашки всё не было! Кто-то окликнул её: Пашка стоял в тамбуре и махал ей рукой. Они устроились в отдельном купе, поезд тронулся и мимо окон поплыла Шахунья. У Тоньки на глаза навернулись слёзы, вот теперь точно, её детство остаётся в этом маленьком городке, а поезд мчит Антонину во взрослую жизнь. Это Антонина будет учится и работать в Горьком и жить дальше , а маленькая , озорная и бедовая девчёнка Тонька навсегда останется в Шахунье!
ЧЕРЕЗ 13 ЛЕТ ОНА СТАНЕТ МОЕЙ МАМОЙ !
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Дорогие мои читатели! Мне хочется всех вас поблагодарить за терпение и понимание-писала я этот рассказ долго и медленно. И вот почему: он основан на моих воспоминаниях о маминых и бабушкиных рассказах о мамином детстве , войне, первой любви. В своё время я сделала большую глупость не записав их и вот сейчас мучительно вспоминала и старалась не переврать главные события. Я не планирую писать продолжения этого рассказа-слишком мало я знаю о его героях, а придумывать было бы не правильно-это же рассказ!
Про маму и бабушку вы ещё прочтёте в других моих рассказах, а вот про других я вам сейчас расскажу что знаю.
Сергей будет участвовать в Курской битве и пропадёт там без вести. Много позже я предложу маме поискать его через поисковые отряды, но она откажется: для неё он навсегда останется живым!
Толик уйдет на фронт в 44 году, будет брать Берлин. После войны вернётся в Шахунью , а потом будет работать на Урале геологом.
Близняшки Симка и Витька окончат речное училище и будут ходить по Волге.
Баба Зина переживёт войну и до конца своих дней будет ждать своего Серёгу. От одного из близнецов она дождётся правнука.
Павел ещё во время войны поступит на юрфак, окончит его и после войны будет работать адвокатом и жить в Рыбинске. Он женится и у него будет две дочки.
Витя после войны будет работать вместе с Яковом Фридманом в Шахуньи Он будет ростить сына один, его жена умрёт родами, а больше он не женится.
Фридманы переживут войну и в 47 году к ним вернётся Лёвушка-их старший сын. Он пройдёт через концлагерь, сбежит и будет участвовать в польском сопротивлении, попадёт в американскую зону оккупации Германии и только через два года попадёт домой на радость старикам. Он не женится и будет учить детей в школе немецкому языку и чистейшему берлинском диалекту.
Наиля, старая татарка спасшая мою бабушку Анну, умрёт в декабре 43 года. Её внук найдёт бабушкин адрес за иконой Николая Чудотворца и отправится её искать. Найдёт. Анна возьмёт его под опеку и окончив в Шахуньи десятилетку ,Ахмед будет учится в Ленинграде и станет нефтяником. Женится на русской девчёнке и они народят пятерых девчат и одного мальчишку. Девчёнок своих он назовёт так: Наиля, Анна, Антонина, Зинаида и Надежда(в честь своей жены) ,а единственного сына Ильясом-как его отца. Связь с ним прервалась в 90 годы. Время было такое.
Ну вот кажется обо всех рассказала. Пора прощаться. Но мы ещё встретимся ! Обязательно встретимся!