Часть 13.
После смерти Мао Цзедуна и либерализации Народной Республики Китая функция эстетеической хирургии стала рассматриваться скорее как признак использования рыночной экономики и возможности самоопределения личности в противоположность государственному контролю. Рю Сонг, председатель Китайского общества пластической хирургии, в 1994 г. утверждал: "Операция по изменению век... это одна из самых популярных операций (в моем) Институте пластической хирургии в Пекине. Институт же, рассчитанный на прием 400 больных одновременно, является одной из крупнейших подобных клиник в мире". Неожиданно вспыхнувший интерес к эстетической хирургии в Народной Республике Китай, в часности, связан с возросшим материальным благополучием широких слоев населения страны. Одним из следствий этого стали повсеместно возникающие "салоны красоты", предлагающие "дешевые косметические операции и обещают изумительные результаты", однако на деле часто просто уродующие клиентов.
В первые месяцы в 1996 г. только в Шанхае открылось десять салонов косметической хирургии. В течение же всего года, когда в Ченгду, столице провинции Сычуань, появилось около 800 салонов крастоны, власти под давлением многочисленных жалоб пациентов предприняли первые попытки упорядочить возможность заниматься данного рода деятельностью. В Шэньжене га юго-западе страны работал один шарлатан по имени Ху Жиньсонг. В 1995-1996 гг. он начал проводить операции по увеличению груди. Согласно его собственным заявлениям, он проводил "слодный комплекс" хирургических процедур, при котором сначала из тела удалялся жир, а затем он же впрыскивался в грудь. При этом пациенты, с одной стороны, избавлялись от лишнего жира, с другой - имели возмоность увеличить грудь. "Операция черезвычайно проста, - говорилось в одном из объявлений, - для нее не нужна госпитализация. После этого не остается никаких шрамов, и в целом операция никак не влияет на работу и жизнь пациента". Пациенты охотно стекались в его новую больницу, однако во многих случаях его операции имели ужасные последствия. Ху, кстати, учился в университете, однако диплома врача не получил. По большей части в его больнице проводились операции по коррекции разреза глаз и коррекции носа. Для увеличения носа обычно использовали имплантат костной ткани, взятой из бедра или ребра пациента. Однако в отличие от Института пластической хирургии в его больнице работали зачастую любители и непрофессионалы. Вскоре Государственный совет Китая обязал все салоны красоты получать лицензию в государственных медицинских учреждениях, но, несмотся на это, злоупотребления продолжались. Местные больницы также ринулись активно участвовать в "бизнесе красоты", поскольку больничным центрам красоты не требовалось даже регестрироваться в департаментах производства и коммерции местных органов власти. Операции пластической хирургии, исправляющие "китайский" разрез глаз, были распространены и среди китайцев, проживающих не на родине, а в других странах Азии. Сингапурский хирург Ху Бу-Чаи уже около сорока лет занимается различными операциями, связанные, в частности, с изменением разреза глаз. В 1963 г. он писал, что "наши восточные сестры одеваются по-европейски, красятся по-европейски, смотрят западные фильмы и читают западную литиратуру. И в наши дни существует довольно высокий спрос операции, придающие человеку азиатского происхождения европейские черты лица и разрезы глаз".
Конкретной причиной для подобных операций обычно служит либо желание получать большой доход, либо желание увеличить шансы удачного замужества - и соответственно в обоих случаях жить более счастливо. Один из ведущих эстетических хирургов китайской стлицы, Чжоу Сяолинь, например, сделал недавно операцию по коррекции носа худощявой 26-летней Лань Вэнью. Поводом для операции было то, что китаянка хотела выглядеть "красивее" и считала, что с новым носом ей будет намного легче "найти себе друга". Она хочет, как многие современные китайские девушки, выглядеть, как модель, которых показывают по телевизору и снимают для журналов. Впрочем, такое желание характерно не только для молодых китаянок. "Уверен, если у меня будет нос побольше, мне легко удастся найти себе девушку, - считает 26-летний Вэн Бао - У меня уже есть хорошая работа. И моя семья полностью поддержала эту чудесную идею, - продолжает он и рассказывать, что его мать в 1980-х гг. ХХ в. красилась, повинуясь веянием моды, хотя и всегда боялась, что ее будут критиковать за "буржуазность". - А сейчас другое время, и такая мода, что все хотят сделать операцию по увеличению носа". Новый китайский деловой человек хочет выглядеть по-заподному - и при этом оставаться хорошим гражданином своей страны.