«У каждого человека должна быть мечта!», – так нам, сотрудникам редакции, говорили в детстве школьные учителя, родители, взрослые дяди и тети с экранов телевизоров, авторы популярных фильмов устами своих героев. Но, вместе с тем, правила жизни диктовали: окончи школу, поступи в вуз на правильную профессию, а мечты – это все блажь, и они необязательно должны сбываться. Прошло время, и сегодня мир как будто разделился на два лагеря. Одни считают, что ребенок должен иметь свободу самовыражения, мечтать, идти к своей мечте, а взрослые, педагоги и родители, не должны мешать развитию, даже если оно не ведет к безбедному, стабильному будущему. Другие развенчивают эту философию, и говорят, что «путь за мечтой» в сторону от «надо» – путь в никуда. Мы не беремся утверждать, кто действительно прав, а кто нет. В Международный день защиты детей мы просто делимся своими воспоминаниями: рассказываем, какие мечты у нас были, почему одни из них сбылись, а другие нет, и так ли важно иметь цель, идти к своей мечте с самого раннего детства.
Кем вы хотели стать, когда вырастите? Какие из ваших мечтаний сбылись, а какие нет и почему? Кто поддерживал, что помогало в их реализации?
Алена Юрченко, журналист редакции
Поскольку я ребенок врачей, в детстве мечтала стать патологоанатомом. Вскрывала игрушки, чтобы посмотреть, что внутри. И очень уж я любила, когда мне было 4-5 лет, ходить на медосмотры младенцев в клинику, где работали мои родители.
Принесли однажды ребеночка, такого «правильного»: беленького, чистенького, красивенького. Положили на специальный стол, врач начала проверять рефлексы, слушать легкие и сердце фонендоскопом...
Я подошла поближе:
− Какой хорошенький!
Мама ребенка, стоявшая рядом, умилилась (уже относительно меня):
− Какая симпатичная девчушка!
«Симпатичная девчушка» подергала врача за рукав халата и с выражением неподдельного восхищения и любопытства спросила:
− А его можно…
− Что? Потрогать?
− Нет. Вскрыть. Хочу посмотреть, что там внутри?
Больше меня на детские медосмотры не водили. От греха подальше. Может, именно поэтому мечта и не реализовалась.
И родители, и старшие родственники на протяжении жизни предоставляли мне полную свободу выбора профессии. Никто не препятствовал, все оказывали посильную помощь. Особую роль в моей профориентации сыграли преподаватель по фортепиано Бессонова Людмила Ивановна и первая учительница Крикуненко Алла Алексеевна. Два замечательных педагога, которые не только помогли мне сформировать относительно отчетливое представление о будущей специальности, но и открыли мне глаза на мои склонности и задатки, которых сама я не замечала.
«…Горько мне думать о всех делах, которые я мог бы совершить, если бы мне не то, что помогли, а хотя бы не мешали», − говорит устами капитана Татаринова Вениамин Каверин в своем культовом романе «Два капитана». Сейчас множество курсов, школ, секций, образовательных онлайн-платформ в стране позволяют найти ребенку с любыми склонностями, чаяниями, мечтами, задатками занятие по душе. Задача родителей, воспитателей, педагогов, в особенности, начальной школы – эти склонности разглядеть и развить, а не подавить эмоции малыша или запретить движение в выбранном им направлении.
Ольга Гаврикова, директор по маркетингу и развитию
В раннем детстве, мне, как, наверное, и многим девочкам, хотелось стать принцессой. Некоторое время мечтала стать космонавтом, но этот период продлился недолго. Когда мне было 6 лет, очень сильное впечатление на меня произвел фильм «Сельская учительница» с Верой Марецкой. Мне тоже захотелось стать педагогом. И мне повезло с живым примером: мой первый учитель, Анна Васильевна, была настоящим педагогом с большой буквы. Она научила нас учиться и смогла сплотить класс так, что мы дружим и по сей день, относимся друг к другу, как братья и сестры.
Я была в классе младше всех. Приходила в школу пораньше, садилась напротив учительницы и наблюдала, как она проверяет тетради, готовится к урокам. Во 2-3 классах она даже разрешала просматривать до уроков тетради на предмет ошибок. По окончании школы я поступила в Ленинский педагогический университет на факультет начальных классов. Значительное влияние на меня оказала профессор Ирина Георгиевна Минералова − она настолько «влюбила» меня в русскую литературу, что позже я поступила в аспирантуру по направлению «филология». И это была моя первая реализованная мечта.
Вообще в детстве я росла творческим ребенком: училась в музыкальной школе, в актерских студиях, участвовала в музыкальных коллективах. В 16 лет я даже подумывала стать певицей и актрисой и писала собственные песни. Но мне казалось, что способностей для профессиональной музыкальной карьеры у меня недостаточно. Пройдя прослушивание в Гнесинское училище накануне поступления на ФНК, я все равно выбрала педвуз. Однако когда я записалась в хор в педуниверситете, меня направили в Гнесинку на курсы по вокалу. Так началась моя серьезная творческая жизнь: попала к хорошему педагогу, пела в хоре при МГК имени Чайковского, потом был значительный перерыв в моих занятиях, но эту часть своей жизни я тоже без внимания не оставляю.
В школе я участвовала в организации концертов, праздников, «Радиорубки» в школе. Это переросло в еще одно направление моей нынешней деятельности – я уже много лет занимаюсь организацией бизнес- и корпоративных мероприятий, концертов. Я вообще сейчас существую в синергии одного с другим, и опыт – педагогический, организационный оказался полезен для работы на портале. Музыкальный, может быть, в меньшей степени, но нет предела совершенству: планирую расти и развиваться во всех направлениях и считаю, что три основные мечты реализованы.
Если мы откажемся от соблазна относить школу к сфере предоставления услуг, то, возможно, не все потеряно для нынешних детей. Педагоги должны помнить, что суть их профессии – наставничество, а те, кто поставлен управлять системой образования, должны помнить о ценности каждого ребенка в отдельности. Чуткость и внимательность – главные качества, которые не позволят просмотреть в ребенке способности и помогут их развить.
Иван Яковлев, редактор службы новостей
В детстве я хотел быть врачом, как мои родители, но долго колебался, какое направление выбрать. При этом в школе у меня были очень хорошие учителя русского языка и литературы, а также биологии и химии, что увеличило причину моих сомнений. Родители были за любой мой выбор и предоставляли мне полную свободу решений и действий. В итоге я все же решил пойти учиться на биолога. Журналистика долгое время оставалась как хобби, однако после окончания вуза так получилось, что хобби превратилось в профессию.
Я считаю, что мечта – серьезный стимул. Она нужна как ребенку, так и взрослому, для того чтобы вставать по утрам. А чтобы мечты сбывались, государство должно прилагать все усилия, чтобы у граждан была достойная жизнь, высокий уровень этой жизни. В сфере образования – поддерживать на высоком уровне его качество.
Марина Пашкевич, заместитель руководителя проекта ActivityEdu по методической работе
Я всегда мечтала быть учителем. Практически все сбылось: стала сначала воспитателем, затем – учителем, теперь – методистом.
В моей семье принято поддерживать детей в любых ситуациях. Родители никогда не ставили мне «палки в колеса». Что касается педагогов, не могу отметить конкретных людей, все мои наставники были знаковыми персонами дошкольного образования, например, Комарова Тамара Семеновна, Антонова Анна Викторовна, их было очень много. Когда я стала воспитателем в 18 с небольшим, на меня оказали очень сильное влияние дети: то, что изучалось в школе, институте, показалось ерундой по сравнению с тем, чему меня в профессии научили малыши. Во-первых, им нельзя солгать. Во-вторых, ты приходишь к ним с позиции взрослого человека, который должен все знать и уметь, а они задают такой вопрос, ответ на который тебе неизвестен, или просят помочь, а ты не знаешь, как это делается. Сложно забыть свою первую группу, да и вообще всех воспитанников! Некоторые из них потом приводили ко мне уже собственных детей. Но это не влияние в профессии, это – именно влияние на личность.
К сожалению, сегодня у нас утрачен институт воспитания. Возможно, я росла в позднесоветский период, поэтому он уже не был столь идеологизирован, зато ощущалась забота о детях, о нашем досуге – мы могли заниматься, чем хотим, у нас было множество бесплатных спортивных секций, танцевальных, театральных кружков. Возможность попробовать себя во многом, плюс более глубокое отслеживание настроений ребенка – это очень важно. Сейчас есть психологи, социологи, которые над этим работают, но не хватает воспитательной функции, которая могла бы помочь ребенку найти себя. Мы говорим о тьюторах, о психологах, которые должны что-то давать детям и школе. Этим сотрудникам нужно больше человечности: к сожалению, далеко не все гибко подходят к решению поставленных перед ними задач.
А мечта должна быть у всех, не только у детей: как существовать без мечты? Если у вас есть все, жить скучно. Мечта побуждает нас к чему-то стремиться. В первую очередь, родителям нельзя подменять детские мечты своими. Когда у меня спрашивали, кем я хотела бы видеть своего сына, я отвечала: «Хочу, чтобы он был счастливым». Мне не все равно, какую он выберет профессию. Для государства это тоже должно быть важным: когда люди спокойны, уверены в себе, счастливы, они могут больше отдавать другим.
Людмила Полонская, журналист редакции
В детстве я хотела стать учителем, в подражание моей первой учительнице. Завела классный журнал, придумала фамилии учеников и с садистским удовольствием ставила им двойки и тройки, кроме группы «любимчиков»-отличников. Не могу сказать, что это была серьезная мечта, скорее игра. Моим несостоявшимся ученикам повезло – учитель бы из меня вышел ужасный. Таких не любят и придумывают им издевательские прозвища. Так что мне повезло тоже.
Зато когда мне было 14 лет, мой 7-й класс повели в театр: тогда была такая практика, школьников часто водили в театры. Это был спектакль по пьесе Леонида Жуховицкого «Верхом на дельфине». Я буквально влюбилась в героиню-журналистку. Как мне хотелось стать похожей на нее, такую дерзкую, в модной замшевой мини-юбке, с распущенными волосами в стиле хиппи и с диктофоном, и вместе с любимым человеком, врачом, спасать людей от страшных болезней... С этого момента я поняла, кем хочу стать и чем заниматься. В 9-м классе я сыграла в школьном спектакле роль – кого бы вы думали? Журналиста, конечно! Причем американского, который берет интервью у «звезд Голливуда»...
Путь к профессии оказался довольно кривым и долгим: газет и журналов в стране насчитывалось не больше десятка, журналисты были редкостью и воспринимались людьми с другой планеты. Мне пришлось сначала получить другую профессию – корректора, поработать несколько лет в издательстве, потом еще несколько лет «искать себя», печататься в разных мелких изданиях за очень маленькие гонорары, пока, наконец, я не попала в большую общероссийскую газету, и началась истинная журналистская работа. Через много лет в интервью с Леонидом Жуховицким для «Литературной газеты» я с благодарностью призналась ему, что именно его пьеса определила мой путь в профессию.
Поддерживали и верили ли в меня? Нет, меня никто не поддерживал и никто не верил, что у меня что-то путное в этой сфере получится. В нашей семье журналистов никогда не было, большинство родственников работали в технических областях. Школа, в которой я училась, была подшефной школой технического вуза и большого комбината, где работала инженером мама. И мне вроде бы светила одна стезя – пойти по ее стопам в тот самый вуз и тоже стать инженером. Родители и педагоги, конечно, настаивали, я долго сопротивлялась... Мама сама в детстве хотела стать актрисой, но бабушка, человек с суровым и жестким характером, сказала твердое «нет», мол, что это за профессия, разве она прокормит? По тем, послевоенным, временам аргумент казался здравым, и мама уступила. А я нет. Наверное, мне помогли перемены в стране: пришла свобода слова, и потребовались молодые журналисты с новым, современным мышлением. И мне хотелось жить интересами страны, развиваться и взрослеть вместе с ней.
Жизни без мечты я себе не представляю. Взрослым главное не мешать ребенку мечтать и достигать целей. Человека можно назвать счастливым, когда он говорит: «Я от работы получаю удовольствие, и мне еще за это платят», при этом неважно, чем он занимается. В моей жизни многое сбылось именно потому, что я себя видела в будущем такой, как моя далекая героиня из «Верхом на дельфине»... Мечта – это движущая сила судьбы!
Диана Бродкина, менеджер коммерческих проектов
Моя детская мечта заключалась в том, чтобы знать перевод песен моих любимых исполнителей. Поэтому с раннего детства я знала, что хочу выучить несколько языков. В те времена, когда деревья были выше, а трава − зеленее, владение хотя бы одним языком казалось просто невозможным. К счастью, все мои близкие и друзья отнеслись к моей мечте с большим трепетом, не пытались отговаривать, переубеждать или что еще хуже – выбирать за меня мою будущую профессию. Мою заветную мечту поддержали родители, я поступила в вуз на профильный факультет, где почти сразу началась языковая практика. Так я стала переводчиком с английского и испанского языков. Полученные знания и навыки я использую в повседневной жизни регулярно: подпеваю любимым исполнителям, читаю книги и смотрю фильмы на языке оригинала, люблю совмещать путешествия и занятие любимым делом, а еще у меня есть друзья по всему миру! Если бы сейчас появился шанс начать все заново, то менять я ничего не стала бы.
В период фантастических студенческих лет моим вдохновителем и главным наставником стал преподаватель кафедры романских языков Андрей Николаевич Г. Его подход к обучению − это микс «кнута» и «пряника», но когда я делала свои первые шаги в сторону овладения незнакомого языка, слова поддержки от великого гуру звучали постоянно. И мы прошли весь этот путь до самого конца. Кстати, спустя 6 лет после окончания вуза, я могу позвонить своему преподавателю испанского языка и попросить ценного совета. Передаю Вам огромный привет и слова благодарности, Андрей Николаевич!
Детские мечты в будущем позволяют наполнить жизнь смыслом. Они делают ее ярче, помогая раскрыть таланты и возможности, расширяют наши границы познания. И те люди, которые не боятся мечтать и не зависят от мнения окружающих, проживают самую счастливую и яркую жизнь. Будущее точно принадлежит тем, кто верен своей мечте!
Анастасия Дятлова, SMM-менеджер
Когда мне было лет пять, я мечтала стать хирургом. Мне жутко хотелось узнать, как окружающие устроены. Почему-то я представляла себе, что внутри люди выглядят как черные коробки с полками, на которых лежат органы. А потом я подросла и узнала из научных книг о том, как на самом деле утроено человеческое тело. Жестокая реальность развеяла все, что я там себе навоображала, отбив у меня желание стать хирургом.
Родители всегда и во всем меня поддерживали. Они не давили и не требовали, чтобы я занималась чем-то, что мне не по душе. Так что опора моей Нарнии – мои лучшие в мире мама и папа. Благодаря им я стала той, кто я сейчас.
Вообще я сомневаюсь, что детей волнует мнение взрослых по поводу мечтаний. Дети всегда воображали и продолжат это делать, хотим мы этого или нет. А чтобы детские фантазии становились реальностью, нужен просто здоровый климат в семье, которая будет любить и поддерживать, а не заставлять и давить. Никакая, даже самая лучшая система образования, не сделает ребенка (да и взрослого) счастливым, если нет взаимопонимания с родителями.
Наталья Кузнецова, главный редактор ActivityEdu
Если говорить о выборе профессии, – все решил случай. В пятом классе в нашу школу (я родилась и училась на Дальнем Востоке) пришла новая учительница, Любовь Васильевна Златокрылец. Она была выпускницей журфака МГУ, но в силу того, что вынужденно переезжала по стране вслед за мужем-военным, работала учителем русского языка и литературы. Весь наш класс просто влюбился в нее. На родительских собраниях Любовь Васильевна разговаривала с нашими мамами и папами о нравственности детей, а не зачитывала оценки из журнала, нам после уроков читала Искандера, Приставкина и Бродского (послушать ее приходили и из других классов, мест всегда не хватало), а уроки литературы превращала в настоящие дискуссии о добре и зле, и, как это сейчас называют, «исследовательские проекты». Она учила нас не описывать в сочинениях иллюстрации, а передавать их музыку, не рассказывать о герое повести, а переживать его ситуации, вживаться в образ и продолжать его мысли. Примерно в 13 лет я точно знала, что хочу быть филологом, журналистом.
В мой тогдашний выбор не очень верили родители. Мама хотела видеть меня в будущем директором школы, папа считал, что я, как и он, должна выбрать профессию авиастроителя. Однако они поддержали меня, когда я, увидев в «Пионерской правде» объявление о приеме в дистанционную московскую школу юных журналистов, попросила оплатить обучение. По окончании школы я с легкостью поступила на журналистику, а кроме этого, больше в угоду родителям, чем следуя мечте, получила еще и диплом о высшем образовании по специальности учитель английского языка.
В то же самое время, я не могу сказать, что все мои детские мечты и желания сразу же и безоговорочно получали поддержку. Моя старшая сестра с четырех лет серьезно занималась хореографией, и моя судьба была определена – в пять лет меня тоже отвели в танцевальную студию. К восьми годам танцы я возненавидела, втайне от родителей (во времена моего детства за ручку на кружки и секции нас никто не водил), прошла прослушивание в музыкальной школе и была зачислена на курс по аккордеону. Когда мой «проступок» был раскрыт, дома случился большой скандал, но музыкальную школу я окончила, мне даже купили страшно дефицитный в те времена немецкий аккордеон Weltmeister.
Если говорить о современных детях и родительстве, поддерживать ли робкие начинания сына или дочери, когда в 8 или 10 лет они объявляют, что хотят стать певцами, актерами, адвокатами, ветеринарами – главное, на мой взгляд, не критиковать, относиться с пониманием, поддерживать желания ребенка и не устраивать репрессий, если мечта перестает быть желанной. Мы все вступили в эпоху lifelong learning, мы теперь имеем все возможности менять профессию (я, к примеру, получила диплом о третьем высшем образовании в 38 лет), а для того, чтобы быть современными, можем и должны учиться новому, вне зависимости от того, где живем и сколько нам лет. Родителям необходимо всего лишь транслировать ребенку: мы всегда на твоей стороне. И тогда счастливых взрослых, у которых сбылось все, о чем они мечтали в детстве, будет больше.
Иван Ковалев, руководитель проекта ActivityEdu
Как многие дети 80-х, я мечтал быть космонавтом. Однако сменил три вида деятельности, тот, которым сейчас занимаюсь – третий, а подвиг Гагарина так и не повторил.
У родителей была цель – дать мне хорошее образование. Поскольку лучшим вариантом для меня на тот момент была Юридическая академия в Екатеринбурге, я в итоге и поступил туда. Что касается педагогов, наибольшее влияние в школе на меня оказали учителя географии и истории, а в вузе – преподаватель по теории государства и права. Первую специальность я не сам выбирал.
Мечта, разумеется, нужна всем. У современных детей, как мне кажется, намного больше, чем было у старшего поколения, возможностей понять, чего они хотят, выбрать занятие по душе и получить в будущем работу мечты. Сейчас все не настолько утилитарно, появилось больше способов, методов для реализации талантов ребенка. В первую очередь, родителям нужно забыть, чего они сами хотят, не пытаться вырастить из юной самостоятельной личности «лучшую версию себя», и постараться понять, чего хочет ребенок.
Смотреть все материалы спецпроекта «Портал детства»
Оригинальная статья размещена здесь.
Чтобы быть в курсе последних новостей из мира образования, подписывайтесь на наш Telegram-канал.