Когда туда заявился я, я тут же понял, что тут дело нечисто. К моему столу медленно приближалась невысокая, но крепкая женщина лет пятидесяти. В руках она несла небольшую бутылку водки. – Это не мои, – призналась она. - Я принесла вам вот эту и не уйду, пока не выпью. - Ничего, я закусываю, – согласился я. Она все-таки взяла бутылку и налила себе полную рюмку. Я же стал делать вид, что пью, и так мы сидели, пока бутылка не опустела. Несколько минут за столом царило молчание, потом женщина потянулась за следующей порцией. Мы не спеша выпили еще по рюмке, и тут она опять потянулась к бутылке.
- Я больше не буду, – сказал я, – оставь.
Она не хотела расставаться с «дембелем», которого угощала весь вечер, и стала убеждать меня, что без спиртного пить нельзя. Я возразил, что водку я закидываю сразу после душа, а в баре с этим не густо.
- Все хорошо в меру, – отвечал я.
- Как это? - не понимала она.
Вот тут-то я и рассказал ей, как один мой приятель, работающий в одной сильно старой части и потому давно уже отслуживший, но так замотанный службой, что давно уже небритый и грязный, каждое утро, прежде чем идти на службу, наливал полную рюмочку водки и выпивал ее.
После этого рассказа, не успели мы еще допить бутылку, как она достала из сумки еще одну, налила и поставила на стол. Мы выпили, закусили салатом. Она выглядела вполне трезвой и хорошей женщиной, и я решил не мешать ей. Она выпила еще одну рюмку, сказала, что очень хорошо, и вышла в соседнюю комнату за закуской. Я решил последовать ее примеру.
В это время к нам подошли еще две женщины и стали говорить, что бар переполнен и они не знают, как устроиться поудобнее. Говорил в основном я, а они добавляли свои вопросы, типа: «Где здесь столовая», «А что здесь можно заказать», «Можно ли купить что-нибудь поесть».