Настоящая история злой мачехи (ранее...)
Остановилась и глубоко вдохнула пьянящий московский воздух — запах пирожковых, сосисок и азиатской еды, выхлоп миллионов спешащих авто, дешёвая и тут же рядом неприлично дорогая парфюмерия, цементирующаяся в толпе в монолитный человеческий дух. Этот город умеет хранить секреты.
Прикрыла глаза и представила то, что мне нужно — яркие всполохи пламени, сжатая в металл или пластик разрушительная энергия и чёткие время и место на карте. Не так уж много людей будут думать об этом, так что я смогу их найти.
Мегаполис с готовностью обнажает тайные стремления и я вижу законную добычу — довольно молодая шпана в крохотной съёмной квартире, временные соседи принимают их за обычных приезжих, непрерывно сменяющих друг друга, даже не подозревая, что именно хранится за стенкой.
Пешком далеко. Иду к метро — ни денег, ни телефона, так что около турникета на секунду задержалась, сделав вид, что махнула картой прямо перед его мордой, и просочилась сквозь распашные дверцы, как заправское привидение. Следующий за мной пассажир несколько раз моргнул и нахмурился, силясь понять, что он только что видел, но я аккуратно стёрла недоумение.
В человеческом потоке у входа в метро была невидимкой, но на платформе уловила резко возросшее внимание — многие из них чуят рядом Мокошь и вот уже десятки глаз буравят мою фигуру, бессознательно притягиваются, как мотыльки к фонарю.
Ещё чуть-чуть, и начнёт собираться толпа, так что я растворилась среди них, стала тем, кого не замечают. На их лицах читается разочарование и обманутая надежда — они озираются и спрашивают себя, почему им только что показалось, что вот теперь всё будет хорошо.
Альтернативная реальность Москва-Д: "Моя мама - андроид"
В вагоне битком — раскрасневшаяся девушка напротив так отчаянно переживает из-за экзаменов, что трудно удержаться и не подправить расклад, пускай ей выпадет тот самый билет, который она знает без запинки. Пускай порадуется ещё несколько часов, пока беременность не заявит о себе и ей не придётся волноваться совершенно о другом.
От станции «Молодёжная» уже рядом — панельная девятиэтажка спряталась среди зелени и новостроек дурацкого оранжевого цвета.
На нужном этаже тихо, но я знаю, что они там — сквозь хлипкие стены услышала дыхание и отзвук тех самых мыслей о детском доме в Серебряном бору. Почему-то в моей голове вдруг всплыл дружелюбный Никита, будто ложное эхо наложилось на образ детдома.
Приложила ухо к оштукатуренному бетону — нет, всё верно, вот мои ребята, сидят прямо тут, на кухне. И опасная начинка тоже здесь, спрятана в квартире. Нырнула сквозь стену и первым дело залезла в мозги, хорошенько вычистила любое воспоминание о последнем заказе. Когда проснутся, будет слегка болеть голова и останется недоумение, куда делись несколько последних дней.
План простой — очнутся, грузят всё в фургон и везут прямиком на Лубянку, оформлять чистосердечное признание в комплекте с вещдоками. Жаль, конечно, что даже самый волшебный следователь не сможет выбить ни слова о заказчиках, потому что там ничего этого больше нет.
Они зашевелились, бросились подгонять машину и перетаскивать барахло, шныряя туда-сюда мимо меня, но решительно не замечая — уложились за полчаса.
Чем лучше всё складывается, тем сильнее чувствую, что что-то не так. Когда фургон тронулся и уехал со всем свои скарбом, стало только хуже — плохое предчувствие уже не скребётся, а вопит что есть мочи — караул!
Присела на скамейку у подъезда и посмотрела наверх, на одинаковые ячейки с окнами, равнодушно отражающими небо. Где я ошиблась? Варвара, конечно, просчиталась, разыгрывая весь этот безжалостный цирк с атакой на детей и притворяясь мной. Она слишком активно разбрасывала хлебные крошки для Царёва — приманка хороша, но я клюнула на неё ещё раньше, чем главный и единственный зритель — духолов.