Если говорить в общем и целом, то это случился худший концерт Академии, из многих, мною виденных. Но я очень надеюсь, что он навсегда сохранит за собой этот незавидный статус, и со дна прославленное в веках заведение вскоре снимется. А всего обиднее за детей, которые сейчас в нём учатся, и которые ни в чём ни виноваты – период сейчас непростой в славной истории. С педагогами сейчас сложно, с настоящими учителями, во главу угла не себя ставящими, а своих учеников. Я знаю, что остались ещё в Академии такие, но, увы, на коне нынче ушлые популисты, максимум ремесленники, однако умеющие кому надо приятное сделать. Отчего вряд ли ситуация изменится при нынешнем руководителе, одно обнадёживает – в обозримом будущем грядут перемены. Пора уже!
Что до процесса обучения, то муштра заменила искусство, отчего не увидел я на лицах выступавших самого важного – радости от танца на главной сцене мира. Разве что совсем маленьких ещё не успели загнобить, и они лучились, подчёркивая контраст с вымученным мимансом старших учеников. По которым чувствовалось, что им хочется побыстрее отмучаться, а главное – не налажать. В силу такого подхода и нет запоминающихся индивидуальностей, взгляд ни на ком из выпускников на останавливается. Да, данные у многих неплохие, но очевидно, что в погоне за техническим результатом, педагоги пренебрегли другими аспектами развития артиста, не менее важными. Как результат – мы видим танец без души. А надо такое?
Ко всему этому и количественный выхлоп-то плёвый в этом выпуске, а особенно силён провал у кафедры мужского танца. Лучшее, да и единственное, что она смогла представить из числа выпускников – это Иван Сорокин, самородок из глубинки. Но с таким-то дефицитом роста и женскими ногами он должен нечто невообразимое вытворять! Однако демонстрирует Иван лишь незамысловатый набор трюкача, да и то, без особого блеска. И это – единственный мальчик, которого взяли в Большой! Мягко скажем, небогато, да и ценность сего приобретения сомнительна…
Из девочек приняли в труппу пятерых из класса Ректора, из которых трое – Лизы, и одну из параллели. Звезда выпуска – Ева Сергеенкова, выделялась на фоне остальных лишь тем, что танцевала больше всех остальных выпускниц вместе взятых – во всех трёх больших номерах главные партии. Ева – девочка рослая, с красивыми линиями, но выучена не ахти как, а с руками совсем всё сложно. Подача посредственна, образ же давался везде один, отчего Пахита от Повелительницы Дриад и Авроры ничем не отличалась – все они у неё на одно лицо и темперамент.
Вызвала вопросы и программа этого концерта: на всё первое отделение дали Гран па из «Пахиты», а после антракта «Сон Дон Кихота» – по сути своей весьма схожие вставные дивертисменты. Для мальчиков в них партий раз, два и обчёлся, хореография, плюс-минус, похожа, так зачем подряд давать? Ну да ладно, я и то, и то не прочь посмотреть, тем более «Пахиту» я видел в исполнении других школ: АРБ и Эйфмана. Это – прилично хуже, да и по костюмам тоже, зато довелось зреть звезду позапозапрошлого выпуска Дениса Захарова – сейчас на Люсьена взять из своих некого.
И что могу сказать – не меняется человек! Конечно, на фоне остальных уже солист Большого выглядел заметно сильнее, тем более статен и сценической внешностью наделён. Вот, правда, с партнёршей Денис как-то крайне неуверенно обращался, что смазывало ощущения. Но хуже другое – нет развития, застопорился артист, глубину в себе не открывая, а сосредотачиваясь на поверхностном. Его стремительная карьера в театре обусловлена многими факторами, при очевидных недюжинных способностях, но слишком быстрый рост чреват негативными побочными эффектами. Впрочем, полагаю ни Денис, ни его педагог над такими вещами не задумываются, ведь важен быстрый результат напоказ, которым можно хорошо пропиариться. Модный ныне в стенах Академии подход, полностью противоположный правильному – кропотливой работе во славу русского балета.
После «Сна» наступило короткое время для демонстрации достижений Академии в исконно московском направлении – нархаре. Нового ничего придумывать не стали, взяли творение местного педагога Ивановой, которое я ранее уже видел и ещё тогда недоумевал: это что, какие-то эстонские венгры? Московская школа исстари славилась искромётностью в исполнении народно-характерных танцев, а тут зевать хочется от таких венгерских танцев! И это всё про нархар – так же провал профильной кафедры.
Во втором акте вновь выпустили Ивана Сорокина и с оптимально подходящей ему по комплекции партнёршей – Софьей Маймулой. Танцевали они па-де-де из «Венецианского карнавала» и смотрелось эта пара органично, хотя и немного гротескно.
Затем шёл детский вальс из «Спящей красавицы», плавно переходящий в адажио четырёх кавалеров. Танцуя которое, Ева Сергеенкова даже и не попыталась хотя бы и на секунду зависнуть при смене рук кавалерами. Которые, впрочем, тоже так себе выступили, а один не смог даже цветок даме вручить – на пол уронил. Дурной знак…
Ну а в третьем акте зал ждала премьера от Кирилла Радева, не случившаяся в прошлом году из-за пандемии – «Концерт. Галынин». И это выглядит как а-ля дань от Академии современной хореографии, хотя я не понимаю зачем её надо платить? Это направление преподаётся в Академии, что вредно, на мой взгляд, но, что логично, явно оно не в приоритетных. Ждать от учащихся, что они параллельно и качественно освоят contemporary – абсурдно, что и вышло: выглядело действо как самодеятельность какая-то. Тем более сама постановка уровня средненького, а многие из движений я уже видел в работах других хореографов. Засим всё закончилось, уже в одиннадцатом часу…
#балет #танцы #искусство #культура #театр и балет