Гибель Ванды, по мнению многих историков, стала для Феликса Дзержинского настоящим ударом, который изменил всю его последующую жизнь. Мало того, согласно одной из версий, именно юный Дзержинский застрелил любимую сестру. Некоторые думают, что это был банальный несчастный случай, другие считают, что все дело в любви.
Несчастный счастливчик
Феликс Дзержинский родился в 1877 году в польской дворянской семье. Он был шестым по счету ребенком. Всего же у супругов Дзержинских было 9 детей. Один из них, первенец Витольд, умер еще в младенческом возрасте. Едва не погиб и Феликс. Как пишет Василий Придеин в своей книге «Азбука вождей», с беременной матерью Дзержинского произошел несчастный случай: она упала в погреб. Однако несмотря на это сын появился на свет пусть и недоношенным, но здоровым. Именно поэтому будущий основатель ВЧК и получил «счастливые» имена. Мальчика назвали Феликс Шченсны: и латинское, и польское имена означают «счастливый».
Однако со счастьем у Дзержинского как-то не заладилось. Когда ему исполнилось 5 лет, его отец умер от туберкулеза. В тот момент матери «Железного Феликса» было всего 32 года, а у нее на руках осталось 8 детей: Феликс, Альдона, Ядвига, Станислав, Казимир, Игнатий, Владислав и Ванда. Последняя была не только любимицей всех членов семьи, но занимала особое место в сердце Дзержинского. Как указано в издании Сильвии Фролов «Дзержинский. Любовь и революция», Феликс сумел так подчинить себе Ванду, что та в буквальном смысле ходила за ним по пятам и делала все, что он ей говорил. Впрочем, есть версия, что эта любовь была не похожа на отношения, который обычно складываются между родственниками.
Запрещенная любовь
По крайней мере Леонид Млечин в своей книге «Стальной оратор, дремлющий в кобуре. Что происходило в России в 1917 году» пишет о том, что подобные слухи имели место. Поговаривали, что юный Феликс Дзержинский, от рождения отличавшейся страстностью и импульсивностью, к кому-то приревновал Ванду и застрелил ее из отцовского ружья. Аналогичную историю смерти Ванды излагал в своих мемуарах, изданных в 1930-х годах в Лондоне, и белогвардейский контрразведчик Владимир Орлов. По словам Сергея Кредова, автора издания «Феликс Дзержинский. Вся правда о первом чекисте», Орлов мог слышать эту легенду в своих кругах, однако точно, что следствие по факту гибели Ванды не проводилось.
Между тем, с этой историей явно не все было чисто. Даже если сбросить со счетов подозрительные отношения между Вандой и Феликсом. Так, тот же Сергей Кредов утверждает, что имя любимицы семьи в какой-то момент вдруг исчезло из переписки: Ванду просто перестали упоминать. Фотографий ее тоже не сохранилось. Хотя, возможно, трагедия так потрясла Дзержинских, что они предпочли забыть о ней. Как бы то ни было, многие историки склоняются к тому, что «Железный Феликс» разочаровался в религии именно после гибели любимой сестры. Прежде Дзержинский был очень религиозен и даже хотел поступить в семинарию. Он говорил брату: «Если я узнаю, что Бога нет, я пущу себе пулю в лоб».
Роковая охота
Кстати, именно старший брат Феликса Дзержинского сыграл главную роль в еще одной версии гибели Ванды. Предположительно, это был Станислав. Если верить Илье Ратьковскому, автору издания «Дзержинский. От «Астронома» до «Железного Феликса»», в тот день 1892 года Станислав, уже выпускник гимназии, и Феликс затеяли стрельбу по мишеням. На линии огня случайно оказалась Ванда, которая и была сражена пулей. Свидетелей произошедшего не нашлось, но считается, что ружье было в руках Станислава. По мнению Ратьковского, скорее всего, оружие действительно было у Станислава, так как он увлекался охотой. А вот Феликс, по словам Игнатия, в охоте никогда участия не принимал, поскольку «любил свободу лесных жителей».
Однако Ядвига, жена генерала Соснковского, которая жила в тех краях, рассказывала, что слышала о том, что Феликс Дзержинский на самом деле ходил на охоту, и в тот роковой день именно он держал в руках ружье. Как утверждала Ядвига, слова которой приведены в книге Сильвии Фролов «Дзержинский. Любовь и революция», Ванда, узнав о том, что Феликс собирается охотиться на куропаток, спряталась в кустах, чтобы напугать его. Однако девочка запуталась в зарослях и не смогла сразу выскочить. Дзержинский подумал, что в кустах шевелится зверь, и выстрелил. Все домашние тогда набросились на и без того подавленного произошедшим Феликса. «Что за горе для молодого человека» — сетовала Ядвига.