Бабушки делают нас лучше?

Некоторое время назад мой десятилетний внук захотел собаку. Судя по тому, что она уже изначально имела породу, возраст, имя и весёлый нрав, это непреодолимое желание рождалось у него не как снег на голову, но для нас, старших его родственников, оно стало именно таким.

Признаться, мне не очень светила неожиданная перспектива заиметь друга человека в своём дворе, поэтому я начал издалека, примерно как мой папа, предвидя что все хлопоты и заботы лягут на него, когда мне почти в таком же возрасте, захотелось иметь аквариум с рыбками.

Понимаешь, - выбрал я дружески-философский тон, - вот закончится лето, ты уедешь в свою Москву, а собака останется здесь, со мной. Я буду её кормить, гулять, с ней разговаривать. Поэтому я стану её другом и хозяином, а совсем не ты. Ты будешь для неё - просто далёкий не понятно кто. Тот, с кем можно весело побегать, попрыгать, поиграть и только. Стоит мне в этот момент её позвать - она бросит тебя и побежит ко мне, потому что я стану её настоящим хозяином и другом. Ты этого хочешь?

По немного растерянному виду внука можно было понять, что нарисованный мной исход предприятия не совсем совпадает с его видением. И хотя мой папа тогда, в моём детстве, чуть ли не на следующий день, притащил собственноручно сваренный и остеклённый пятидесятилитровый аквариум и,как в воду глядел, когда после моего ухода в армию, именно ему пришлось менять эту самую воду и заботиться о его безмолвном населении, но ни я, ни другие родственники воплощением идеи с собакой не занялись.

И вот сегодня, когда по телевизору прошла реклама с бабушкой и кормом для собак, где прозвучала фраза, что собаки делают нас лучше, с дивана раздался язвительный голос внука:

Вот дед, не захотел купить собаку, а она могла бы сделать меня лучше! Это был явный намёк на то, что мы накануне отчитали его за, так сказать, не вполне хороший поступок.

А зачем для этого собака, - начал я неудачно формулировать свой ответ, желая выразиться с присущим мне, по-моему мнению, юмором: у меня для этого есть бабушка Алла, - имея в ввиду его бабушку - мою жену... - она, мол, и без собаки делает меня лучше.

Это какая я тебе бабушка? - тут же раздался возмущённый голос жены от плиты. Во-первых, я почти на месяц младше тебя, а во-вторых, это я Сеньке бабушка, а ты уже давно сам старый ворчливый дед...

Я уж совсем было собрался перейти на дух диалога, когда милые бранятся только тешась, как внезапно пришедшая в голову мысль принудила меня приумолкнуть, чтобы поразмышлять на сей счёт.

Часто обдумывая прошедшую свою жизнь, вспоминая ушедших родственников, особенно бабушек и прабабушек, которых мне повезло застать живыми, не понятно за что души во мне не чаявших, меня не оставляют ощущения смутной вины перед ними. Стыдно за неумение отвечать любовью на их любовь, пацанячье стремление быть жестким и независимым, глупую веру в то, что они жили в прошлом, отсталом времени, а я - сейчас- в передовом настоящем. Одна из моих прабабушек была чуть младше Ленина и очень не жаловала устроенную вождём пролетариата революцию, никак не осуждая царское время, лучшее время своей молодости.

Как же горячо я старался доказать ей что она совсем не понимает, как плохо они жили при царе, - ведь нам в школе учительница всё хорошо объяснила - что мне стыдно за её непонимание и отсталость, и что немец, который жил у них в доме во время Великой Отечественной войны, не мог быть добрым и спасать её годовалую внучку, вызвав врача из своей части. А, тем временем, она тайком собирала из своей скудной пенсии в 24 рубля, получаемой за без вести пропавшего сына, на велосипед мне в подарок. И однажды отец прикатил его мне из магазина, купленный для меня, на её деньги, за 54 рубля.

Красавец велосипед с гнутым спортивным рулём, с двумя рычагами тормозов передних и задних колес, с фарой и катафотами, вызывавший неизменный восторг и понятную зависть у моих безлошадных друзей.

Через два месяца его украли у магазина, когда я стоял в очереди за молоком.

И вот в моменты, когда в памяти нет да и нахлынут такие воспоминания, стыжусь, думаю и надеюсь, что вспоминая о них, не мы становимся, а наши бабушки до сих пор делают нас лучше.