До сих пор, глядя на себя в зеркало, я вижу его черты: та же форма носа, так же съезжаются складки на лбу, когда хмурюсь. За 15 лет выветрился из памяти голос, жесты. Остались только фрагменты, из которых иногда собираются мои сны.
Ему некому было помочь. Жаль, что мне тогда было всего 14, и я тоже не могла обеспечить ему уголок, где он мог бы спрятаться от кошмаров.
Никогда не забуду день похорон. Стук заносимого в квартиру гроба, калачи венков, тяжелый прелый воздух. Мне дают что-то поесть, меня рвет. Спать хочется, потому что не спала всю ночь; и всё течет перед глазами, как масло по стеклу - медленная, жирная клякса. Люди, знакомые лица, которые словно вообще из другого мира. И все кажется фантастическим, нереальным.
Помню, как на следующий день открыла первую попавшуюся книгу. Там было написано нечто вроде: «Прошло четыре месяца после его смерти...» И я почувствовала сильную зависть персонажам, которые преодолели эти четыре месяца. Мне тогда казалось нереальным протянуть хотя