Всякий слышал знаменитую фразу «поскребите русского, и вы найдете татарина». Обычно ей манипулируют как хотят. Я являюсь противником этого выражения сразу по нескольким позициям, которые кратко озвучу.
- В приличном обществе людей не скребут и национальность не сдирают – сие есть дурной тон.
- Национальность – это в первую очередь самоопределение. Назвался русским – значит русский. Считаешь себя татарином – значит татарин.
- Занятия антропологией и общение с генетиками давно лишили меня иллюзий о «чистоте народов». Все, кто не на острове живет – давно уже породнились. И у каждого русского в роду наверняка был татарин, а у каждого татарина – русский.
Но самое главное не в этом. Главное в том, что в этой фразе заложена догма, согласно которой татарином быть плохо и татарская примесь или татарское культурное влияние – есть зло в очевидной форме. И Русь была заражена этим злом!
Из-за этого многие наши патриоты изо всех сил стремятся откреститься от родства с татарами или с Ордой, хотя я бы на их месте не спешил.
В записках путешественников, посещавших Московию до Петра I, можно найти много интересного, и не только басни о гуляющих по улицам медведях.
Интересные заметки оставил посол Великого княжества Литовского Михалон Литвин. Свои обязанности он исполнял в Крымском ханстве, так что о том, кто такие татары (хотя бы крымские) он знал. Неплохо был проинформирован и о соседях татар, в т. ч. и о русских.
Сей господин выгодно отличался от большинства подобных писателей, поскольку в нем явно жила душа ученого. Он не стремился создать забористую басню для европейцев, не пытался никого очернить, и воспевать тоже склонен не был.
Зато ему был интересен сам исторический процесс, а также то, каким это образом московитам удалось создать такое мощное государство.
Интересно, что он склонен сближать татар и русских, хотя и не в антропологическом и генетическом плане, а только в культурном.
При этом, по мнению Михалона, именно то, что русские и татары смогли создать некое общее культурное пространство, пусть не гомогенное, но все же близкое, является одной из причин могущества Московского царства.
Наши отечественные русофобы (хотя, мне кажется, фраза «русофоб» как-то плохо вяжется со словом «отечественный») в своем вековом стремлении смешать русских с грязью, в качестве последней упорно выбирают татар, которые в их представлении получаются просто какими-то недочеловеками.
Послушать их, так от татар на Русь пришло все самое худшее – деспотия, рабство и прочая прочая. Ну и, конечно же, все самое светлое чистое и возвышенное, как и положено у этой публики, может прийти только с Запада: у них даже Солнце восходит именно там.
Но, увы, Михалон Литвин не знал, что нужно именно так, что татары являются антиподом всякого развития и что кланяться нужно немцам да англосаксам, поэтому он говорил о татарах и русских то, что думал – по большей части хорошее.
В частности, он отмечал, что татары и московиты более трудолюбивы, нежели его земляки, более дисциплинированны, неприхотливы, сдержанны и при этом превосходят их храбростью.
Отмечал он и то, что татары и русские вообще превосходят литвинов по достоинствам, благодаря которым строятся мощные государства.
При этом он говорил, что русские, которым наши либерасты приписывают врожденную косность, оказались очень обучаемы и переняли у литвинов лучшие законы, которые сами литвины уже слили.
Параллельно московиты, сделав правильные выводы из завоевания татаро-монголами, переформатировали свое войско в соответствии с новыми реалиями.
Отмечал Михалон и то, что, пока европейцы превращают походы в увеселительный поезд с блэкджеком и шлюхами с вином и деликатесами, московиты отправляются налегке, разумно взяв эту традицию у татар.
Говоря о татарах, Михалон почему-то не говорит ни о какой азиатчине и прочих либерастических страшилках. Вместо этого он отмечает, что это татары смотрят свысока на европейцев, поскольку последние погрязли в лени и неге.
Говоря о царе Иване III, Михалон Литвин отмечал, что с этим владыкой следует считаться, ибо он позаботился о том, чтобы весь народ был хорош в военном деле, не обленился и всегда был в боевой готовности.
Важно упомянуть такую язву русского характера как «русское пьянство», в которое уверовали уже и многие наши соотечественники (мне думается, для оправдания этой своей слабости).
У Михалона говорится, что московиты, равно как и татары, не пьют, что выгодно отличает их от всё тех же европейцев, которые чаще гибнут во время пьяных стычек, чем на войне, а в остальное время либо опохмеляются, либо ищут новую порцию спиртного, либо просто ленятся.
У московитов же за неимением этого порока города изобилуют мастерами, изделия которых продают тем же литвинам. Царя Ивана III Михалон Литвин прямо называет великим государственным деятелем.
Его сына - Василия III он считает продолжателем дела отца, отмечая, что нравы на Руси при нем (как и трезвость) были на высоте.
Далее Михалон говорит самое интересное, поскольку переходит не к кому-нибудь, а к самому Иоанну IV Васильевичу Грозному.
Этого самодержца клеймили с особым рвением. При нем на Руси якобы был сплошной террор и пьянство. Однако Михалон отмечает, что он заботится о том, чтобы народ пребывал в трезвости, и теперь русские в этом плане не уступают татарам.
Что же до террора Ивана Грозного, то Михалон отмечает, что пьянство и разбой в Литве привели к тому, что там в отдельных областях за месяц приговаривают к смерти больше людей, чем в Татарии и Московии за сотню лет.
И причину этого он видит в том, что татары и московиты отличаются трезвостью и умеренностью, а за употребление спиртного наказывают.
Здесь Иван Грозный предстаёт самодержцем, изрядно напоминающим Нерона (на которого вылили все помои, хотя правитель он был очень достойный, о чем вы можете прочесть здесь).
Отмечал Михалон и то, что что и у русских, и у татар лишать жизни кого бы то ни было позволяется только представителям власти и на законных основаниях. Произвол же жестоко карается.
Вот такие странные и непопулярные ни на Западе, ни среди наших либералов заметки литовского дипломата. Хотя стоит отметить, что это не единственное подобное наблюдение.
Помнится один итальянец писал, что в Московии люди не пьют и не предаются азартным играм, предпочитая им состязания с военным уклоном, типа бега, кулачного боя, скачек и особенно стрельбы из лука, что лучшим образом отражалось на состоянии народа.
Итак из приведенного выше можно сделать выводы, что русско-татарские отношения, которые традиционно позиционируют как источник всевозможных зол для Руси, вряд ли может быть назван таковым, если уж литовский посол ставит тех самых татар в пример.
Так что, если кто-то вам снова скажет, что, пройдясь по русскому скребком, увидишь татарина, знайте, что это, во-первых, чушь, а во-вторых, махровый европейский нацизм, с позиции которого все, что из Азии – якобы зло.
В общем, как говаривал Блок:
Да, скифы - мы! Да, азиаты - мы,
И пофиг, что там думают преклоняющиеся перед Западом. Пусть скребут сколько влезет, если ни что путное не годны!