То, что он говорил, было жестоко, но хорошо, это было необходимо сделать

Я всегда знала, чем буду заниматься, если вдруг потеряю работу, у меня всегда был план стремление, наконец-то выполнить его. Я же не дура, чтобы думать, что другие могут что-то видеть лучше меня.

Я улыбнулась, только сейчас почувствовав, что улыбаюсь.

В моей голове еще не было планов на ближайшее будущее, не было чувства завершенности, но я была полна решимости осуществить их.

Как только я принесла свой кофе, папа вышел из гостиной, держа в руках пакет с чашками, и открыл его. Он положил его на стол и вскрыл, затем продемонстрировал мне небольшой кусочек желтоватого торта, который был приклеен к нему сверху.

-Это Пирожное Слива, которое испекла наша дочь, - объяснил он, откладывая свою чашку, чтобы взять мою. - Она имеет огромное представление о еде, - ухмыльнулся он. - И это отличный способ выйти из нашего дома без скандала. Просто попроси ее сказать, что она не хочет есть. Я держала руки на столе, не понимая, что делать. На самом деле я так и не поняла, хотел ли он, чтобы я попросила меня, чтобы он сам все сделал. Я просто хотела, чтобы он прилепил этот кусочек к моему торту. Отец внимательно наблюдал за мной. -"Да? А что еще ты хочешь, чтобы мы сделали, чтобы ты чувствовала себя счастливой? - удивился он. Если бы это было в моих силах, то я бы прыгала от восторга. Я была очень искренней. Я хотела этого, и я хотела его к себе. "-Помнишь, я говорил тебе, что мы должны иногда отставить свои советы? И это не из-за того, что я не доверяю тебе. Это для того, чтобы удалить тех, кто нам мешает. - сказал он, улыбаясь мне. Это было неожиданно. Я неожиданно смутилась. Моя челюсть начала дергаться. Папа смотрел на меня, ожидая продолжения. Его глаза походили на два сапфира, в глубине которых, были видны все мои мысли, все те странные желания, которые я никогда раньше не пыталась высказывать вслух. Когда мои глаза вновь встретились с его, я почти не почувствовала страха. То, что он говорил, было жестоко, но хорошо, это было необходимо сделать.