Трёх часовой рукопашный бой...
В конце августа 2020 года около пятисот китайских военных попытались пройти на территорию Индии в окрестностях провинции Ладакх. Последовал трёх часовой рукопашный бой.
Вторжение не просто не удалось, но Индия нанесла ответный удар. Её войска специального назначения захватили китайский опорный пункт на близлежащих холмах.
До этого события китайские военные уже скрыто заходили на северные территории Непала, по всей вероятности, с одобрения непальского правительства.
Этим двум инцидентам предшествовала крупное столкновение, случившееся тремя месяцами ранее, когда китайская армия захватила индийскую территорию площадью в 60 квадратных километров.
В чем суть всего этого? Зачем сражаться за необитаемые территории?
Границы приносят пользу, но это работает не всегда. Водоёмы, окружённые сушей не всегда можно разделить по принципу равно удалённости. Некоторые реки сменяют направление течения, джунгли зачастую не изведаны, а высокогорные территории лишены дорожных систем и надзора.
Гималаи - одно из подобных мест, которое всегда являлось предметом споров между Китаем и Индией, именно по той причине, что оно не контролируется никем. Но этот факт не удержал ни одну из сторон от попыток получить такой контроль, или не допустить преобладания противоположной стороны.
Гималаи обладают стратегической ценностью, но по не самой очевидной причине.
Географически, Китай и Индия являются соседями, но в некотором смысле, они не имеют общей границы. Простирающаяся с Запада на Восток на 2400 км горы, вершины более пятидесяти из которых превышают 7000 м в высоту, отделяют азиатских гигантов друг от друга не хуже океанов.
Переход через горы - это не простая задача из-за редких и плохих дорог.
Именно по этой причине Индия и Китай предпочитают торговать друг с другом по морю. При этом трагедия политики крупных держав заключается в неопределённости намерений. Когда неизвестно, что сделает противоположная сторона, приходиться исходить из предположения, что оппонент поступит худшим образом. Как результат, крупные державы вынуждены готовиться к худшему.
Это - замкнутый круг, который провоцирует подозрение и враждебность, как в шахматной партии.
На протяжение более чем семидесятилетий Индия и Китай играют в Гималаях как раз в эту игру.
Политики из Пекина и Нью-Дели, при выдвижении взаимных претензий, обвиняют в посягательстве на свои законные территории.
Большая часть споров проистекает из колониальной эпохи. Тогда британские картографы попытались определить границы региона, чтобы разграничить Британскую Империю и Империю Цин. Но исследовать Гималаи оказалось сложно и карты вышли неточными.
Ирония заключается в том, что ни британцы, ни китайцы, ни народы индийского субконтинента физически не присутствовали на территории высокогорных регионов на которую претендовали. Поэтому разграничение территорий, по большей части, было теоретическим. Оно не повлекло реальных последствий, поскольку не существовало возможности преодолеть географические барьеры, в то время нужных технологий ещё не было.
По этой причине, картографические результаты и их "изъяны" не получали большого внимания.
Лишь в середине ХХ века, когда Китай, Индия и Пакистан выдвинули претензии, унаследовав права на это от своих предшественников, разграничение высокогорья стало вопросом национальной безопасности.
Следующие несколько десятилетий Пекин и Нью-Дели пытались защитить свои интересы, иногда с помощью насилия, а иногда науки.
Однако, даже при современных технологиях, демаркация остаётся сложной задачей.
Границы, начертанные по льдам или рекам искажаются со сменой сезонов и поэтому начертание постоянных границ представляет из себя практически невыполнимую задачу. Единственное, что могут сделать индийские и китайские политики - это организовать военное присутствие на территории с целью недопущения получения противником физического преимущества.
Именно этим Китай и Индия занимаются уже более семидесяти лет.
За это время погибли тысячи солдат, а более интенсивное воздействие человека на окружающую среду нанесло ей существенный ущерб.
В середине июня 2020 года напряжённость преодолела критическую точку и сражения между индийскими и китайскими военными привело к гибели более десяти индийских солдат, а ещё столько же получили серьёзные ранения. Количество жертв со стороны Китая неизвестно.
Это сражение повлекло первые жертвы у высокогорных границ с 1975 года.
События происходили тревожным образом.
Не было выстрелов или взрывов. Это была массовая стычка на кулаках и дубинках, и большая часть погибших потеряла жизнь сорвавшись со скал или упав в реку. Кроме этого, труднопроходимая местность препятствовала усилиям по спасению, что привело оставление раненых в условиях отрицательной температуры и повлекло большее количество жертв.
Высокогорье неумолимо.
Погода непредсказуема, низкая температура подрывает боевой дух и немногие имеющиеся дороги ненадёжны.
Дислоцирование крупных военных подразделений в этой местности или пересечение Гималаев практически невозможны, хотя существует возможность построения дорогих шоссе и тоннелей, природные проходы недостаточно широки, чтобы обеспечить должное снабжение для поддержания существенного военного присутствия.
Даже воздушные операции сталкиваются с препятствиями. Крутые Гималайские горы неизбежно приводят к потери связи, делая вертолёты снабжения бесполезными.
По этой причине мобилизация крупных войск представляет из себя огромную логистическую проблему.
В 1962 году между Китаем и Индией происходили кратковременные сражения в Тибете. Но поддерживать конфликт дольше чем месяц было невозможно из-за нехватки снабжения. Отсутствие основной инфраструктуры в конечном счёте уравнивает возможности Индии и Китая.
Ни одна из сторон не может доставить к линии фронта значительную огневую силу, а отсутствие дорог, мостов и тоннелей приводит к де-эскалации.
Это являет собой ключ к пониманию Гималаев.
Большая часть конфликтов возникает когда одна из сторон пытается построить новые дороги или тоннели. Например, в июне 2020 года конфликт начался после того как Индия попыталась построить дорогу в долине реки Галван. Китай мог либо оставаться в стороне и наблюдать за сменой статуса-кво, либо отреагировать агрессивно, выразив своё противодействие.
Но для чего солдаты вынуждены отдавать свои жизни на этой неблагоприятной земле?
В Гималайских горах нет поселений, через них не проходят торговые пути и даже низкогорья здесь непригодны для ведения сельского хозяйства.
Однако, эта неприветливо выглядящая обладает стратегической ценностью. К северу от Гималаев расположен Тибет. Это обширное плато богатое пресной водой, в котором берут начало многие международные реки. Численно, около половины населения мира зависит от тибетских рек. Но коренное население здесь не китайцы.
Когда в 1950-х годах Китай вновь завладел этой территорией, тибетский лидер Далай-лама укрылся в Индии, где был встречен приветливо. До сегодняшнего дня Далай-лама продолжает символизировать независимость Тибета, являя собой источник беспокойства для китайских политиков.
Хотя Тибет находиться на противоположенной от Индии стороне Гималайских гор, для получения независимости он вынужден был объединиться с Индией. В таком случае Индия могла бы разместить здесь свои войска и со временем создала бы систему снабжения, которая позволила бы ей воздействовать на основную территорию Китая.
Сегодня этот сценарий кажется невозможным, но история знает и более безумные случаи.
Так или иначе, Китай предпочитает не рисковать и рассматривает как угрозу для себя покровительство Тибету со стороны недружелюбного государства. Это объясняет одержимость Пекина сохранения Тибета в качестве буферной зоны против Индии.
Несколько южнее Гималаев находятся две другие страны: Непал и Бутан. Обе они расположены на высокогорьях. Если Китай получит контроль или расширит своё военное присутствие в одной из них, то он сможет сконцентрировать крупную военную мощь, организовать систему снабжения и создать угрозу для Индии.
К Непалу у Китая особый интерес, поскольку он политически нестабилен и в нем имеется движение Маоистов, симпатизирующие пекинскому правительству.
Индия пытается подчинить своей воле Непал, но эта политика принесла обратный результат, так как руководство Непала с возмущение относиться к вмешательству Нью-Дели в его дела.
Как итог: политический переворот в Тибете, Непале или Бутане мог бы сместить точку равновесия между Индией и Китаем.
Тибет может быть милитаризован против Китая, а Непал или Бутан могут быть сориентированы против Индии.
И как индийцы, так и китайцы десятилетиями пытаются обрести влияния в этих регионах.
К востоку от местности известной как Доклам находиться ещё одна точка противостояния.
Докламское плато граничит со стратегически ценной долиной, где находиться коридор Силигури - вытянутый участок земли ширеной около 22-х км, соединяющий северо-восточные провинции Индии с остальной частью страны.
Если бы Китай основал на гималайских высотах военные базы, то каждый индийский шаг был бы известен заранее.
Действия Индии утратили бы элемент неожиданности и её силы быстрого реагирования были бы лишены боеспособности.
Таким образом, тот, кто контролирует Доклам, получает возможность как оборонять, так и атаковать коридор Силигури, что в свою очередь обеспечивает, либо же нарушает территориальное единство Индии и её северо-восточных провинций.
Очевидно, что политики Нью-Дели нетерпимы к любому действию, способное ослабить их положение.
Помимо гор и коридоров Гималаи имеют ещё одну политическую значимость - как средство отвлечения.
Всякий раз, когда Китай провоцирует в Гималаях новый инцидент, Индия перенаправляет свои ресурсы от океанов к горам.
В теории, Индия должна была стать главной морской державой Индийского океана. Она находиться у наиболее значимого в мире морского маршрута, имеет десятки глубоководных портов, осуществляет большую часть своей торговли по морю и обладает опытом унаследованным от британцев.
Индийский ВМФ мог бы существенно навредить интересам Китая, в особенности потому, что большая часть его торговых судов проходит в непосредственной близости к побережью Индии. Например, индийский порт Андаманских и Никобарских островов мог бы заблокировать Малаккский пролив и "задушить" китайскую экономику.
Однако, как не странно, ничего из этого не произошло. Как раз таки наоборот, Китай расширяет свой океанский флот и развивает сеть портов на Тихом океане.
Проблема Индии в том, что всякий раз, когда происходит инцидент на пакистанской или китайской границе, ей приходиться перераспределять ресурсы между армией, ВВС и флотом.
Как результат: в Индийском океане её флот не получает должных средств.
Его доля от общего военного бюджета снизилась с 18% в 2012 году до 15% на текущий момент.
Поэтому каждый раз, когда Китай предоставляет экономическую или военную помощь Пакистану, или провоцирует конфликт в Гималаях, он пытается заставить Индию уделять все внимание своим сухопутным возможностям.
В свою очередь, это помогает китайцем свободно развивать в Индийском океане свою стратегию "Жемчужной нити".
В такой ситуации, Гималаи представляют из себя место, где Индия и Китай выражают друг другу своё несогласие. Это то место, где можно заработать "политические очки" использую националистические чувства. Место, где влиятельные военные лидеры могут быть заняты другими вещями, а не только политикой.
Положительный аспект заключается в том, что Гималаи настолько удалены и изолированы, что схватка между двумя ядерными странами не может продолжаться долго. Снабжение неосуществимо, и ни одна из стран не позволит возвести необходимую для него инфраструктуру. Поэтому эскалации здесь нет места, не считая обоюдные набеги.