Гулкий гром докатился издалека. Эхом пронесся по дому, даже стекла дрогнули. Кажется, что-то взорвалось, на дороге, наверное, подумала я. Внезапно открылась дверь: на пороге дома возник взъерошенный и растерянный Стас.
Утро субботы было на удивление бодрым и насыщенным. Егор уехал на занятия по скорочтению, я собиралась увести детей на рисование. А Стас поехал покупать бочки: для сжигания травы и под водостоки с крыши. Привез в багажнике три штуки, выгрузил на участке. К вечеру нашел болгарку, сменные диски к ней, взял в помощники Егора и отправился отпиливать крышку. Вот тут что-то и пошло не так, как было задумано.
Вж-ж-ж-ж, зашумела болгарка. Искры посыпались в разные стороны. Егор, опасаясь, что может воспламениться одежда, ретировался в дом и наблюдал за действиями папы в окно. Бочка сначала будто втянула в себя воздух, а потом начала надуваться и бахнула. Прогремел взрыв. Облако раскаленного воздуха и пламя обрушились на Стаса. В шоке муж побежал в дом.
— Бочка взорвалась! Твою мать! Что же я так затупил?!
Стас снял защитные очки (хорошо, что всё-таки надел их) и рассматривал себя в зеркале. Вместо куртки осталась одна металлическая молния, брови и ресницы опалились. Но сильнее всего обгорели руки. Сзади в дверях стоял испуганный Егор.
Я медленно вникала в ситуацию. Так вот что это был за грохот. Вопрос мужа вернул меня в реальность.
— Таня, что делать? Врача вызывать?
Вряд ли мы найдем его в субботу вечером. Так, ожоги, надо промыть прохладной водой. А еще у нас как раз есть пантенол. Неделю назад Саша взрывала хлопушку (еще один горе-пиротехник в нашей семье) и обожгла пальцы на руке. Тогда в аптеке мы купили для нее пенку. Аккуратно разрезали и сняли со Стаса толстовку. Промыли обожженные лицо и руки и обильно запенили пантенолом. Дальше надо где-то взять врача. В травмпункте, наверное.
— Алло! Папа? Вы уже вернулись из сада? Машину в гараж поставил? Срочно нужна твоя помощь. Стас обжегся. Можешь увезти нас в травмпункт?
Через 15 минут запененный, будто Санта-Клаус, Стас в заботливо накинутой ему на плечи куртке проследовал к воротам. Красная опасная бочка будто бы ухмылялась ему вслед зияющей пастью-дырой. В травмпункте мы были первыми в очереди.
— Как же так? Как ты додумался-то до такого? — недоумевал сотрудник приемного отделения, провожая нас в кабинет травматолога.
— Да сам не понимаю.
Прививка от столбняка в плечо, перебинтованные руки и лицо, краткая выписка о происшествии с диагнозом «ожоги 1-2-й степени 5% поверхности тела». И нас отпустили домой, подтвердив, что действовали мы адекватно: и водой промыли не зря, и пантенолом обильно запенили вовремя.
Сейчас, слава богу, всё зажило. Неделя ежедневных перевязок у хирурга в поликлинике и антибиотиков позади. Но теперь в нашей семье есть два умудренных собственным опытом персонажа: Александра знает, как взрываются хлопушки, а ее папа — как бабахают бочки, если их пилить болгаркой.
Не повторяйте наших ошибок и берегите себя!