«Цимес» рассказывает историю девушки, которая пытается разобраться в запутанном семейном детективе, чтобы получить гражданство в Израиле. А комментирует рассказ героини историк-генеалог Виталий Семёнов — человек, профессионально занимающийся поиском семейных документов.
— Меня зовут Сабина, я ивент-менеджер (имя и профессия изменены по просьбе героини. — Прим. «Цимеса»), мне 28 лет, живу в Москве.
Я всегда считала себя девушкой с еврейскими корнями. Мне с детства говорили про это, а в школе один мальчик обзывал меня жuдовкой. Я всегда знала, что моя бабушка по папе еврейка — мне об этом говорила моя мама. У нас в семье ходила шутка, что бабуля вышла замуж за дедулю, потому что у него русская фамилия — в противовес её очень еврейской. Она даже рассказывала, как сложно ей было поступить в Бауманку именно из-за фамилии.
Моя бабушка родилась в Ленинграде в 1935 году и переехала в Москву, когда ей было всего два года, — не сама, разумеется. Её отцу, моему прадедушке, большому учёному-физику, пришлось срочно уехать из города, когда его предупредили, что за ним со дня на день придут. Со временем он как-то договорился и заменил национальность в документах своих детей — моей бабушки и её родного брата — на «русская» и «русский» соответственно. Но об этом я узнала неожиданно и довольно поздно.
Попытка номер раз
Я периодически задумывалась над тем, чтобы получить израильский паспорт — по примеру многих моих друзей. Мне казалась интересной перспектива пожить в другой стране, фактически на моей второй родине. Никаких конкретных действий тем не менее я не предпринимала — не думала, что гражданство мне могут не дать. Сказывался микс из самоопределения, говорящих фамилии и внешности.
Параллельно у меня активно развивалось какое-то врождённое заболевание сосудов, и российские врачи не могли понять, что со мной, пока кто-то из них не догадался дистанционно проконсультироваться со специалистом из Израиля. Оказалось, что это типично еврейское заболевание со сложным названием — телеангиэктазия.
Во многом, чтобы получить необходимое лечение в Израиле, я вернулась к идее репатриации, когда мне было уже около 26 лет. Усилила моё желание разразившаяся пандемия ковида и ощущение неблагоприятных изменений в российской политической ситуации.
Для начала я просто подала заявку на участие в «Таглите» (бесплатной 10-дневной поездке в Израиль для молодых людей с еврейскими корнями. — Прим. «Цимеса»): заполнила специальную форму, указав, кто, по моему мнению, в семье евреи. Мне сразу же перезвонили, были мне ужасно рады и попросили прислать фото бабушкиного свидетельства о рождении. Тогда-то и начались проблемы.
Во-первых, свидетельства о рождении у бабушки на руках не было. Мне пришлось ехать в питерский МФЦ и по доверенности получать его официальную копию. Во-вторых, копия уверяла, что моя бабушка — русская.
Я спросила бабулю, как же так вышло, и она мне рассказала ту самую историю о прадедушке-учёном с еврейской фамилией, которого чудом не увезли на чёрном воронке в 1937 году. Конечно, никакой «Таглит» мне с того момента не светил. И я снова отложила идею официального оформления моей связи с Израилем.
Попытка номер два
Второй заход был совсем недавно. У меня были документы прадедушки, где точно отмечена правильная национальность. Прабабушка, по семейной версии, тоже еврейка, но бумаг, подтверждающих это, у нас не сохранилось. Неизвестна и её девичья фамилия — чтобы найти хоть что-то.
Я начала гуглить, есть ли какие-то организации, которые могут мне помочь или хотя бы просто проконсультируют. Так я узнала о Российско-израильском консультационном центре — его упоминал кто-то в заметке, написанной от первого лица, и мне это понравилось, описанный личный опыт вызвал доверие. Я сразу же перешла на сайт, увидела всплывшее окно для чата с оператором — написала, оператор узнал у меня детали.
Спустя какое-то время мы с ним созвонились, и специалист объяснил мне, что, если я могу предоставить только документы прадедушки, никаких шансов получить гражданство у меня нет. Я четвёртое поколение, и мне уже есть 18 лет, а право на репатриацию имеют только евреи по материнской линии, их дети и внуки с семьями, включая несовершеннолетних детей. То есть по имеющимся документам на израильский паспорт может претендовать мой отец — как внук еврея. А я уже не могу. Сказать, что я расстроилась, — ничего не сказать.
Тогда я решила провести расследование и проверить консультанта. Написала с другого номера, рассказывая ситуацию, похожую на мою, но с позиции условного моего отца. С позиции родителя интересовалась, могут ли мои дети получить гражданство вслед за мной. Но консультант ответил мне то же самое.
Моя грусть продолжалась, пока я не вспомнила об интересной детали: помните, когда мой прадедушка поменял документы своим детям — бабушке и её брату?
Так вот, оказывается, брат бабули взбунтовался, когда ему было 14 лет, и, получая паспорт, потребовал вернуть ему его идентичность и вписать настоящую национальность — еврей! У бабули и её брата полностью одни родители, и если у него указано еврейство, то кажется логичным признать еврейкой и её.
Теперь я хочу раскопать тот первый паспорт моего двоюродного дедушки. К сожалению, и здесь есть некие загвоздки — этической природы. Дело в том, что он умер относительно недавно: однажды вечером он, будучи уже 80-летним, заступился за девушку на остановке — и его ударили по голове. Мне кажется неудобным, неправильным тревожить его семью ради какого-то там паспорта. Пока я попросила своего дедулю попробовать аккуратно про это поспрашивать, но стараюсь не форсировать.
И что теперь?
Я уже так легко не откажусь от затеи получить израильское гражданство. Пока надеюсь на свои силы и обращаться в какие-то организации не планирую, по крайней мере, я не знаю, кто именно мне сможет помочь. Мне рассказывали про некого человека, про него между собой говорят «кент по гражданству» — он помог кому-то из моих друзей, но пока мне это кажется пустой тратой денег. Я видела, что он помогал только очевидно подходящим людям, но не в тех случаях, где нужно покопаться в архивах. Мне кажется, что в моей запутанной истории от него не будет пользы.
Если я получу израильский паспорт, то сразу же перееду на какое-то время в Тель-Авив. Я там никогда не была, но, если судить по рассказам знакомых, этот город мне подойдёт. Конечно, я воспользуюсь всеми плюсами местной медицины и уделю наконец своим сосудам должное внимание. Не забываю и о том, что в перспективе можно будет беспрепятственно ездить в Украину — там живёт мой молодой человек.
Мне было бы интересно с головой погрузиться в еврейскую тусовку, но у меня есть большие вопросы к иудаизму по поводу роли женщины в нём. Так что об этом я ещё подумаю.
От переезда меня может удержать только то, что в Москве я считаюсь девушкой с необычной внешностью и ярким интеллектом, а в Израиле я буду такой же, как все.
Ситуацию героини комментирует для «Цимеса» историк-генеалог Виталий Семёнов, который профессионально занимается поиском семейных документов.
— В первую очередь девушка могла бы ухватиться за громкую фамилию своего прадедушки. Если известный учёный-физик участвовал в какой-то научной работе, то его имя можно просто ввести в поисковике удобной системы электронного архива Санкт-Петербурга и, возможно, получить целую карточку на него. Там может оказаться множество ценных данных.
Наверное, прадед работал не у себя в палисаднике, а в каком-то учреждении, и в отделе кадров на него было заведено личное дело. Там должен быть указан состав семьи и полное имя жены. Если её девичьей фамилии нет в этом деле, можно запросить копию свидетельства о браке в загсе — там эта фамилия точно указана. Важно попробовать это сделать: если прабабушка тоже еврейка, это значительно увеличивает шансы на репатриацию.
Если героиня найдёт свидетельство о рождении брата своей бабушки и его паспорт с отметкой о еврействе, приложит к этому свидетельство о рождении своей бабушки, из которого будет понятно, что у неё с братом полностью совпадают родители, и принесёт это в израильское консульство, то, возможно (конечно, не факт, но всё же есть шанс), консул посчитает это основанием для предоставления права на репатриацию.
Гипотетически возможно, что ей пойдут навстречу: в консульстве знают много примеров, когда евреи в России записывали своих детей русскими.
Однако девушке необходимо всё же установить связь с семьёй брата своей бабушки: копию паспорта без них она не найдёт, кроме того, просто паспорт (без свидетельства о рождении) ей ничем не поможет — важно доказать, что у бабушки и её брата одни и те же родители. Если свидетельство о рождении брата бабушки также утеряно, копию можно будет получить только с помощью его семьи.
Следует добавить, что я принципиально не занимаюсь восстановлением документов на израильские паспорта (а только восстановлением именно генеалогии), поскольку с таким запросом часто приходят люди, очень гипотетически представляющие себе, что такое еврейство и кто такие евреи. И подобных историй — 90%.
Подготовила Арина Крючкова