Доля государства...

Сегодня развитие полностью превосходит то, что было 30 лет назад. Вы не заметили, что в том, что сегодня есть, есть четкая доля государства? Государство контролирует не только жизнь в городах и селах, но и, например, космическую отрасль".
 Какие страны сегодня можно назвать странами первого и второго эшелона?
 Андрей Колесников: "Я думаю, что первыми будут Соединенные Штаты, а вторыми – Япония, Китай, Индия. Сегодня в мире еще есть весьма мощная военная машина, которая в значительной степени ориентирована на собственные национальные интересы. Мне кажется, что мир в течение ближайших 20 лет уйдет от жесткой конфронтации к выстраиванию долговременного сотрудничества. Стоит очень внимательно к этому относиться. Я не уверен, что Китай, например в силу своего технического развития, способен повторить сегодня ситуацию после окончания Второй мировой войны, когда были серьезные проблемы в отношениях с США. Кстати, я бы не стал говорить про ресурсы, поскольку они, безусловно, важны, но они еще и очень чувствительны к любой инновации, а, скажем, Китай – он, скорее всего, в большей степени будет торговать ресурсами. Поэтому я не думаю, и в России многие говорят, что, например Украина или Белоруссия в ближайшие десятилетия вряд ли будут сотрудничать с Россией, это абсолютно не так. Здесь, как мы сейчас видим, все более плотно перетекает к Китаю, к Индии, к Японии и так далее. Поэтому мне кажется, мир в ближайшие 20 лет будет больше восточноевропейским, чем западным".
 Во-вторых, как и в результате какой революции формируется современная власть?
 Алексей Малашенко: "Один из факторов – это революция в информационном пространстве. Самая революционная, конечно, – это интернет, социальная сеть. Она возникла, она развивается, она – такое суперкомьюнити, которое объединяется вокруг каких-то принципов, которые сегодня, в общем-то, противоречат друг другу, но в то же время они стали полными единомышленниками, поскольку их объединяет понимание того, что их объединяет. Это, конечно же, происходит по большей части вследствие того, я уже говорил, что страна находится в новом информационном и медийном пространстве. Я думаю, будет много разных революционных социальных, политических, экономических, технологических и так дальше событий. Все это зависит от того, сумеют ли политически активные люди этих стран обуздать революционную энергию, которая сегодня просто кипит во всем мире. Если лидеры не смогут это сделать, то все может повториться, может быть, не так ярко, но очень драматично.