Я всегда уважал безвоздушную бездну слепую, Иногда мне казалась она неподвижно-живой. Я, покинув корабль, к ней вышел. И голод почуял Бесконечного, вечного космоса. Я - не герой. Он ударил, и страх заковал моё сердце морозом. Мой скафандр надулся, я просто вернуться не мог. Нужно было решать, как спастись от смертельной угрозы. Я надеялся, что кислород уже вымыл азот. И стравив атмосферы в два раза, я втиснулся в шлюз. Головой. Я нарушил служебных инструкций так много. За двенадцать минут я на год постарел, но тот блюз, Что играла вселенная в спину мне скалясь бульдогом Не забуду, с ней выйти на бис танцевать не возьмусь.
Я всегда уважал безвоздушную бездну слепую,
Иногда мне казалась она неподвижно-живой.
Я, покинув корабль, к ней вышел. И голод почуял
Бесконечного, вечного космоса. Я - не герой.
Он ударил, и страх заковал моё сердце морозом.
Мой скафандр надулся, я просто вернуться не мог.
Нужно было решать, как спастись от смертельной угрозы.
Я надеялся, что кислород уже вымыл азот.
И стравив атмосферы в два раза, я втиснулся в шлюз.
Головой. Я нарушил служебных инструкций так много.
За двенадцать минут я на год постарел, но тот блюз,
Что играла вселенная в спину мне скалясь бульдогом
Не забуду, с ней выйти на бис танцевать не возьмусь.