Готовясь к последнему конкурсу читала большое количество интервью с ветеранами. Больше всего меня, мало знакомую с историей, удивило то, что люди проходили через целый ряд неприятных событий. Репрессии, раскулачивание, ВОВ... И когда казалось, что всё уже позади, случалась новая беда. Меня слишком сильно тронула история о медсестре, которой пациент каждый вечер клал кусочек хлеба в сумку., так как в начале войны пациентов кормили лучше, чем персонал.
Когда нас выгнали из дома, не рыдали.
Нас обозвали кулаками, отобрали дом.
Втолкнули в скотский продуваемый вагон,
Мы тронулись. Куда? В такие дали...
И Астрахань отныне стала домом ,
Я поступила в медицинский институт.
Казалось, беды завершатся тут.
Мы учим лекции, уже крадется дрема...
А это был проклятый сорок первый.
Июнь. Жара. И солнце над двором.
И Молотов тогда , как топором
Отрезал жизнь по эту точку. Нервы
Натянуты, как струны на гитаре,
Мы ждали боя, ждали перемен.
Когда в слезах, я поднялась с колен,
Не знала по какой щеке ударят.
На фронт ушли отец и брат. А я же,
Опять сестра, уже с приставкой мед.
Под противовоздушных взрыв ракет
Не сплю. Палят не часто, но не мажут.
А из еды под ночь краюха хлеба,
Её из сумки достаю не глядя.
Среди железных, и обшарпанных кроватей,
Спешит не пойманный солдат. То лето
Я никогда забыть уже не в силах.
А слаще хлеба в сумке по ночам
Не стать мясным наваристым харчам.
Я хлеб теперь на братских ем могилах.