5.1
Стоявшие во дворе полукругом рыцари отсалютовали мечами и, как по команде, упали на одно колено. Герн спрыгнул с темно-синего, словно звездная ночь, единорога. Игнорируя шепот толпы и двусмысленные усмешки дам, он помог Лоркан спуститься с ее белоснежно-жемчужного. А все его мысли в этот момент были заняты тем, как вынести жуткую вонь, как наваждение окутавшую город. В городах всегда чем только не воняет, но это было уже слишком: воняло нежитью, да так, что ни одни руины не могли отобрать у этого места пальму первенства.
Люди, толпящиеся во дворе замка, конечно, ничего не чувствовали. Именно эта знаменитая человеческая нечувствительность во многом и способствовала выживанию вида. «Как крысы или тараканы» - мрачно подумал Герн, с трудом сдерживаясь, чтоб не зажать нос. Вонь убивала в нем лояльность.
Лоркан гордо вскинула голову и стала подниматься по красной ковровой дорожке, сброшенной по ступеням замка. Герн шел за ней на расстоянии шага, рядом с ним маэстро Соловушка, за ними шагах в двадцати следовали рыцари и дамы, встречавшие их во дворе. Красивый замок, красивые одежды, если бы не эта липкая вонь. По напряженной спине учителя Герн понимал, что она тоже ее чувствует.
Единороги не стали дожидаться специального разрешения: перемахнули через стену, через крепостной ров – в общем, только их и видели. На прощанье синий показал Герну язык, затем подмигнул. Что на единорожьем языке жестов означало, что он, конечно, желает ему удачи, но в целом не завидует.
Всю дорогу до Келерна рогатые лошади болтали безумолку – в основном сплетничали между собой, хотя пока они молчали, этих двух статных горделивых животных нельзя было заподозрить в подобных легкомысленных интересах. От них путники узнали, что за кудлатой Тольвин ходит сразу десять парней, что они все злые на себя и друг на друга как черти, но умница Тольвин так крепко взяла их в оборот, что они уже третий год друг друга терпят и не передрались. Что Мальва ждет ребенка не иначе как от смертного, а рябая девка из замка Накс, наоборот от эльфа. А так же, что все по ту и эту сторону Горы знают, что Король влюблен в Леди, но гордость не даст ему в этом сознаться. В промежутках между откровениями синий единорог (звали его Лурц) учил Герна этикету, настаивая, что самое главное должным образом поклониться, что поклон должен быть заметным (не просто кивок!), но в то же время достаточно легким, чтобы дать возможность графу поклониться глубже (кто он такой этот граф в сравнении с учеником, удостоившимся личного учителя?!).
- Конечно, - добавлял единорог. – Ученик госпожи Лоркан Хозяйки Цветущей Земли вообще не должен кланяться перед… - на морде единорога изобразилось презрение. – Но не стоит быть слишком щепетильным в таких вещах – это возвышает.
Процессия вошла в тронную залу, где им на встречу вышли цветущий улыбающийся граф и бледная заплаканная графиня. Вонь усилилась, хотя еще во дворе Герн готов был поклясться, что это невозможно. Они встретились посреди залы, обменялись поклонами и книксенами. Граф действительно поклонился глубже, как и графиня присела более глубоко.
- Дорогая моя соседка! – сказал граф с лучезарной улыбкой, в то время как графиня утирала кружевным платком слезы. – Безумно рад Вас видеть! У нас тут, знаете ли, ужасное горе! - его улыбка стала еще шире. – Невыносимое горе: мои сыновья, наследники престола, погибают один за другим!
- В самом деле, - сказала Лоркан. Ее глаза сузились, превратившись в щелочки.
- Вы и представить себе не можете, как мы страдаем, - продолжал граф, не переставая улыбаться. – Конечно, мы бы не решились Вас отвлекать, но наш придворный колдун пропал без вести, а лекарь сбежал.
- Печально, - сказала Лоркан, пристально вглядываясь в глаза графа.
- И впрямь, - согласился граф, который, впрочем, совсем не выглядел расстроенным. – А кто ваш спутник? У него э… заметная внешность.
- Внешность ничего не значит, - голос Лоркан не выражал ровным счетом ничего. – Позвольте представить Вам, господин граф, Вам, госпожа графиня, и вам, благородные леди и рыцари, моего ученика Герна по прозвищу Охотник.
- Страшно подумать, на что он может охотиться с такой внешностью и с таким, … если мне будет позволено так выразиться, «прикусом».
- Не будет позволено, - ответила Лоркан столь же бесстрастно. – Как Вы сами изволили заметить, дорогой сосед, вы меня отвлекаете, так что давайте перейдем прямо к делу. Я бы хотела узнать подробности.
- Надо же! Я слышал, что магички очень щепетильно относятся к внешности при выборе учеников! Но Вы абсолютно правы, госпожа, - сказал граф. – Мы все очень занятые люди. И по этой причине у меня нет времени разъяснять Вам суть дела.
Лоркан слегка нахмурилась.
- Но если вы окажете честь и отобедаете в обществе моей супруги и господина епископа, который, к слову сказать, уже ждет вас обоих в своей «келье» хе-хе.
Выслушать молча все реплики графа Герн смог только потому, что не хотел открывать рот, чтоб не наглотаться еще больше смрадного воздуха.
Епископу принадлежало отдельное крыло замка, где он обосновался со всей возможной роскошью. Одевался он, впрочем, весьма скромно: в серую рясу из толстой шерсти. Шею отягощал крест из литого золота, но без каких-либо украшений. Выглядел он старым добряком, кем и являлся. Он был не слишком умен, не слишком горд, не слишком строптив и не слишком вникал в дела иереев и паствы. Вкупе с веселым и добрым нравом, эти качества помогали ему долгие годы сохранять за собой столь чреватую осложнениями должность и всеобщее уважение.
Он выглядел уставшим, встретил их с доброжелательной, но печальной улыбкой и сразу проводил в столовую, где уже был накрыт шикарный стол с множеством видов дичи, мяса и фруктов. Слуг не было. Лоркан щелкнула пальцами. Все окна и двери разом захлопнулись. Она вытащила из рукава граненый хрустальный флакон и сняла колпачок – из флакона вырвалось облако мерцающего зеленоватого тумана, в мгновение ока, клубясь, окутало комнату и ту же исчезло. Герн почувствовал, как запах нежити развеивается. Они с Лоркан хором выдохнули и закашлялись. Епископ, графиня и не отстававший от них Соловушка смотрели с удивлением. Лоркан вытащила из другого рукава еще один флакон, открыла, понюхала содержимое и протянула Герну.
- Возьми, отбивает запах. Все равно вонь просачивается – сильные чары.
- Действительно, - Герн с благодарностью принял флакон. – Думал, задохнусь.
- В чем дело, господа магики? – спросил епископ.
- Вот в этом, - Лоркан указала на стол. Яства, только что такие привлекательные, тухли на глазах: яблоки, абрикосы и прочие фрукты почернели, покрылись островками белой плесени и истекали слизью, в мясе копошились черви.
Графиня ахнула и лишилась чувств, метко упав на руки Соловушке. Священник побелел как полотно и всплеснул руками:
- Право же, госпожа, - пробормотал он заплетающимся языком. - Не понимаю, как это могло... Вы же не думаете...
- В этом не может быть вашей вины, - сказал Герн. - Весь город окутан так называемой "аурой смерти". Она возникает как побочный эффект от чар некроманта. Когда учитель отчистила воздух в комнате, чары осели на еде. Случай классический - многократно описанный в литературе.
- Все верно, - кивнула Лоркан.
- Кстати, что за зелье вы использовали? - спросил Герн.
- Действительно уникальный рецепт. Меня научил один друг. В силу обстоятельств он часто имеет дело с нежитью. Дядюшка госпожи Де'Келерн - Лоркан кивнула в сторону бесчувственной графини.
Та, словно услышав ее, открыла глаза и бросила на Лоркан умоляющий взгляд:
- Тетушка Лори, - тихо пролепетала графиня. - Сделайте с этим что-нибудь! Спасите нас! Я не вынесу - я сойду с ума!
Она бросилась к Лоркан, ткнулась ей лбом в грудь и разрыдалась. Та осторожно приобняла ее за плечи.
- Держи себя в руках, девочка. Я что-нибудь придумаю.
Было очень странно наблюдать эту сцену, так как "тетушка Лори" выглядела младше, много младше "девочки".
- Такой прекрасный обед пропал! - стонал епископ. - Он обошелся мне в целое состояние!
- И Вы возьмите себя в руки, господин Долгоносик. Мы с Герном прихватили с собой кое-что, - Лоркан хлопнула в ладоши.
Тухнущая пища мигом исчезла со стола, а на ее месте появилась та самая корзина для пикника, которую Герн принес на вырубку.
- Разложишь еду, Герн?
- Да, учитель.
Как и следовало ожидать, еды в корзине оказалось гораздо больше, чем можно было предположить по ее внешнему виду. И выглядела она не менее изыскано, чем та, от которой освободили стол, выглядела до того, как протухла.
- Вы меня помните?! – расплылся в улыбке епископ.
- Я слишком редко встречаюсь с людьми, чтобы так легко их забывать.
Они расселись.
- Но право же, - продолжал удивляться епископ. – Не думал, что во мне можно узнать того драного церковного служку, которым я был тридцать лет назад.
- И во мне тоже весьма в свое время оборванного школяра, - добавил Соловушка.
- Внешность ничего не значит, - пожала плечами Лоркан, накладывая себе салат из креветок.
Прислуги не было. Видимо из соображений секретности.
- Однако, слухи на счет того, что любого повстречавшего Лесную Леди ждет великая судьба, оказались правдой, - заметил епископ, наливая себе полный кубок эля из пузатого оплетенного лыком кувшина. – Во всяком случае, в отношении нас.
- Возможно трагическая, но, несомненно, великая, - поддакнул Соловушка.
- На ваше счастье, мы слишком мало знакомы, - сказала Лоркан. – Так что у вас тут происходит?
Графиня, Соловушка и епископ переглянулись.
- М… можно сначала один вопрос? – спросил епископ.
Лоркан кивнула, насаживая тигровую креветку на серебряную вилку с ручкой в виде безымянного морского чудовища.
- Вы сказали, что у нас тут завелся некромант…
- Не завелся, - Лоркан сделала глоток вина из хрустального бокала. – Некроманты, это не крысы, и не блохи (хоть некоторые и находят здесь определенное сходство) – это волшебники, специфически ориентированные. Они не заводятся: их либо приглашают по контракту (и услуги их, поверьте мне, не дешевы), либо их присылает университет для каких либо исследований, либо кто-то из них нашел что-то интересное на вашем кладбище, в чем лично я сильно сомневаюсь. Времена, когда некроманты прятались по щелям и появлялись в самых непредсказуемых местах, миновали еще до вашего рожденья.
- И что, никак нельзя от него избавиться? – огорчился священник.
- Не вижу особого смысла, - пожала плечами Лоркан. – Он сам уйдет, когда закончит дело. Точнее она – это женщина.
- Как Вы узнали? – заинтересовался Соловушка.
- Даже если оставить без внимания тот факт, что некромантия - это второе после целительства женской направление в магии, и то, что мужчине вряд ли удалось достичь такой степени квалификации, которая нужна для создания чар того уровня, что мы здесь имеем, ее выдает специфически женская нестабильная полярность ауры.
- Ну может все таки можно как-нибудь ее турнуть, а? – епископ с надеждой посмотрел в глаза друидке. – Намекнуть, чтоб она поторапливалась?
- А что она собственно Вам сделала? Лично Вам? – подняла брови Лоркан. – Обед испортила? Так это скорее моя вина, чем ее. Люди к «ауре смерти» не чувствительны – у вас не должно было возникнуть никаких неудобств. Если кто-то и может быть ею недоволен так это я: слишком близко к моему, так сказать, заповеднику.
- И все-таки такая погань под носом… - пробормотал епископ. Дьявольское отродье, прости господи.
- Давайте не будем о дьяволах, - Лоркан вздохнула. – Среди собравшихся есть их друзья и родственники.
- Госпожа Лоркан, - вступил в разговор Соловушка. – А могут ли некроманты лечить?
- Это становится похоже на университетскую лекцию. Герн, продемонстрируешь нам свою начитанность?
- Как скажете, учитель, - Герн весьма изысканным жестом протер губы салфеткой и отложил нож и вилку. – Некромантия, как дисциплина, происходит от целительства, так что, в принципе, может, но…
- Но…?
Все, кроме спокойно расправлявшейся с креветками Лоркан, смотрели на Герна.
- Но дело в том, - продолжал Герн, - что целитель, хоть и в меньшей степени, чем друид, но все-таки вступает в психический и магический контакт с пациентом, поэтому, если человек, скажем, находиться при смерти, или страдает слишком сильно, психика и здоровье целителя находятся под угрозой. Этот риск необходим, так как в противном случае целитель не сможет объективно оценивать, как состояние организма, так и свое на него воздействие, и ущерб, нанесенный им, скорее всего, будет больше, чем польза.
- А некромант? – спросил заинтересовавшийся епископ.
- Некромант суть тот же целитель, только лишенный психической и магической связи с объектом. Именно поэтому они могут поднимать трупы, но объекты от этого не становятся менее мертвыми. Но даже если объект был жив, эффект от их воздействия хорошо описан в поговорке «одно лечат, другое калечат».
- И что же, - уточнил Соловушка. – Они лечат даже безнадежные случаи?
Лоркан негромко рассмеялась:
- Господа, если случай действительно был безнадежный, то это уже не лечение – это и есть некромантия, то есть предмет их специализации, - Лоркан обвела проницательным взглядом побледневших слушателей. – Теперь излагайте ваши обстоятельства.
- Все началось с того, что заболел граф, - начал, было, Соловушка.
- Это тут совершенно не причем! – надула губки графиня.
- Ох, госпожа Де'Келерн, - вздохнул епископ. – Не будем обманывать себя: именно с этого все и началось. Итак, граф заболел…
- Чем? Или расторопный лекарь к тому времени уже успел сбежать?
- Нет. Еще нет. Но диагноз он поставил совершенно немыслимый!
- Вот как?
- Он сказал, что граф отравлен! Но кому нужно травить графа?!
Герн саркастически тявкнул. Лоркан бросила на него укоризненный взгляд.
- К тому же, - продолжал епископ. – Кто поверит в то, что графа пытался отравить его собственный сын и наследник?!
- Это вам целитель сказал? – по губам Лоркан скользнула тень кривой улыбки.
- Нет. Но он нашел в крови графа яд, который он так же обнаружил на шипах розы преподнесенной графу старшим принцем!
Лоркан нервно постучала по столу пальцами. Священник замолк.
- Я хорошо знаю вашего лекаря. Форл - университетский альв, а альвы не умеют лгать. Если он так сказал, значит, так и было, - на лице у Лоркан возникло такое выражение, будто она сжевала лимон. - Продолжайте, прошу Вас.
- Тетушка Лори! - воскликнула графиня. – Ты же знаешь, мой мальчик не мог этого сделать! Я ведь привозила его к тебе для благословения.
Лоркан насупилась:
- Только идиот может сам дать жертве яд, но я не собираюсь вмешиваться в жизнь вашего двора и проводить расследования – я не графский агент и не частный. Продолжайте.
- Лекарь вроде бы нашел противоядие, но вроде бы оказалось уже поздно – он признал случай безнадежным. И тут вдруг граф быстро пошел на поправку. Тогда лекарь, которого собирались наградить, сказал, что не хочет иметь к этому никакого отношения, что в его помощи здесь явно больше не заинтересованы и уехал, даже не забрав плату за последние полгода.
- Разумный лекарь, - сказал Герн.
Лоркан молчала.
- Когда после этого умер старший принц, никто не удивился, так как его все же подозревали в измене. Кто говорил, что он боялся расплаты и отравился, кто говорил, что его прикончили графские агенты. Но когда умер второй принц, чья болезнь протекала удивительно быстро, люди стали поговаривать о проклятии.
- Только не говорите мне, что он ночами ходит по замку.
- Нет, но если бы Вы видели, как они умирали и как при этом выглядели! – выдохнул Соловушка.
Графиня всхлипнула.
- А теперь заболел и младший принц, - докончил епископ.
- И вы обратились ко мне, - Лоркан печально ковыряла оливку.
- Да.
- Не поздно ли?
- Тетушка Лори, - всхлипнула графиня, – поговорите с Теди, скажите ему, что мальчик ни в чем не виноват! Я уверена: он Вас послушает.
- Леда… - умоляюще прошептал Соловушка.
- Нет, - сурово сказала Лоркан.
- Но вы ведь покровительница его рода! – простонала графиня, жуя платок.
- Я сказала: «Нет». И прекрати истерику, Леда. Мы с графом Троу – твоим дядей, говорили тебе, что при всей сомнительности для тебя идеи брака как таковой, ты делаешь худший выбор. И что ты ответила нам тогда? Что чудеса, которые творит любовь, сильнее магии. Вот и продемонстрируй нам это! И не надо верить всем глупым слухам. Да, я была знакома с прадедом твоего мужа и оказывала ему некоторые услуги, как и он мне. Но не надо думать, что у меня есть какие-то обязательства перед его потомками!
Графиня всхлипнула. Лоркан продолжала:
- Я прибыла сюда, как официальное лицо, и действовать буду, как официальное лицо – у меня просто нет другого выхода. Если ты хочешь решить проблему по-семейному, почему бы тебе не попросить о помощи господина Троу? Это ведь он твой родственник, а не я.
- Дядя убьет Теди, - сказала графиня.
- Скорее всего, - мрачно согласилась Лоркан. – А потом за косу отволочет тебя в университет. И давно пора – я бы сделала то же, если бы у меня было право вмешиваться. Давайте лучше поговорим о сути контракта. Что вы хотите, чтоб я сделала, как друид?
- Мы хотим, - серьезно сказал епископ, - что бы Вы спасли жизнь и душу младшего принца.
- Что ж, - Лоркан поднялась из-за стола. – Идемте, я взгляну на него.
- Вы возьметесь за это? – с надеждой спросил Соловушка.
- Не могу пока сказать.