Найти в Дзене

Реальный детектив с Метью Макконахи и борьба за будущее

Реальный детектив с Метью Макконахи. Его другом написан на основе реальной истории разоблачения преступника. Лживой только второй сезон. Не успели дописать все грамотно, продюссеры подгоняли, да увидели, что лажа вышли, дали надышаться на 3-й сезон. Первый сезон на основе Достоевского написан. Русская культура разоблачения греха в себе сказывается на них. Новая драка не избкжна между двумя государствами. Мэтью Макконахи - герой Достоевского со своей культурой, горем и страданиями. Он - главный герой нового типа и жанра - разоблачительного детектива в американской культуре. Много нового увидели люди в себе в этом фильме. А фильм про билборды с красным цветом. Тоже про страдания Достоевского. Все на Западе зачитываются Русской культурой времен Достоевского и Толстого. Будут зачитываться и меня, Андрюши Ананченко, вот слово моё. Честное слово. Надо писать про одноклассниц. Про разврат на ютубе, в порно, про Сашу Грей. Вот кто истинная порно-звезда. Смотреть всю эту порнуху грязными глаза

Реальный детектив с Метью Макконахи. Его другом написан на основе реальной истории разоблачения преступника. Лживой только второй сезон. Не успели дописать все грамотно, продюссеры подгоняли, да увидели, что лажа вышли, дали надышаться на 3-й сезон. Первый сезон на основе Достоевского написан. Русская культура разоблачения греха в себе сказывается на них. Новая драка не избкжна между двумя государствами. Мэтью Макконахи - герой Достоевского со своей культурой, горем и страданиями. Он - главный герой нового типа и жанра - разоблачительного детектива в американской культуре. Много нового увидели люди в себе в этом фильме. А фильм про билборды с красным цветом. Тоже про страдания Достоевского. Все на Западе зачитываются Русской культурой времен Достоевского и Толстого. Будут зачитываться и меня, Андрюши Ананченко, вот слово моё. Честное слово. Надо писать про одноклассниц. Про разврат на ютубе, в порно, про Сашу Грей. Вот кто истинная порно-звезда. Смотреть всю эту порнуху грязными глазами разврата и пошлости не надо, а грязных систек и падших людей по кругу, разочаровавшихся в своей жизни и пишущих новые оредна своих страстей. Вот кто они такие. Люди, упавшие со своих страстей и прикинувшиеся, что страсти - это и есть быль, лозунг и жизнь. Жизнь в мелочах без всего этого павшего лицемерия и страстишек. Я люблю только Булгакова читать. И Достоевского, надо творчество Булгакова изучить. Это последний по-настоящему советсткий писатель, русскую.классику писал. Вот кто он такой. Надо задумать роман о Достоевском нового времени. О Людах всх этих, совращенных в классных досках. Сначала учительница ставила на колени при всем классе, а потом смешками доделывали окончательно свое грязное дело. Девочки, которые плохо учились и которых ставили на кол при всем классе. Шлюхами становились потом, заметили? Вск девочки, что плохо учились, стали шлюхами и развратными самками? Кого позорили при доске учительницы позорили при всем классе. Я помню как меня позорили при девчонках, ставили на колени образно перед всем классом за то, что я не так, не стандартно мыслил. Формула во мне рождалась постепенно, плавно, медленно с математикой, сосредоточием, поэтому . Надо осмысление Великлй отечественной войны писать. Весь хх века заново переписсывать, это черновик, его наверняка не опубликуют нихрена много всякой хрени напорото про хх век, никто не поймет ничерта, если не будет образов и главных героев. Я попообую его издать, попробую стоя, на коленях плясать не буду. Увидем, что выйдет. Переписать 2 тома наровл и 3-й том в виде романа тоже писать буду. Литературной деятельностью заняться. Надо спасать таких как Люда и весь мир тебе придет на поклонение как пророку и жрецу нового православия. Мне кажется, что книгу мою не опубликуют, слишком революционной она была. А роман - возьмут в печать и будут снова бороться за издание Карла Маркса нового. Вот урод же был, прероготивы коммунизма писал. Слабости, войну ткацких станков с человечеством показывал. Вот,.блин, урод. Ничего этого не будет в прошлом. И будущего у нас не было со всеми этими ткацкими станками.