Пётр был очень зол на Любу. Он даже думать о ней не хотел. Но иногда наступали такие моменты, когда сердце ныло от тоски. Было это редко, как будто какое-то озарение случалось.
Ваську забрали в армию. Пётр ходил на работу. Подросшие девочки Лена и Ирина дни напролёт плели корзины и присматривали за братом. После ухода Любы в доме стало скучно. Она-то сама веселье в дом не приносила.
Но Пётр был при ней совершенно другим.
На работе узнали о том, что он приютил сирот. И в скором времени о нём написали заметку в газете. И то, что происходило потом, Пётр вспоминал с ужасом.
Примерно раз в полгода на крыльце своего дома он находил младенцев. Первых двух мальчиков оставил себе на воспитание, а когда это стало случаться регулярно, вызывал участкового, и тот уже открывал дело и забирал ребёнка в приют.
Мальчишек, которых в первый год после заметки нашёл на крыльце, помогали воспитывать Лена и Ира. Хотя девочки были и незрячими, справлялись они замечательно.
Когда второй раз журналисты пожаловали к Петру, отсняв новый сенсационный материал, Пётр взмолился. Не хотел больше никакой славы.
Да он и первый раз не хотел. Но редактор газеты пригрозил ему, сказав, что пример Петра должен быть взят советским человеком на вооружение, и отказ не принимается.
После второй заметки к Петру приехала молодая женщина. Когда он взглянул на неё, чуть сознание не потерял. Она была почти копией Рябины. И звали её Рая.
Женщина попросила приютить её взамен на то, что она будет ухаживать за его приёмными детьми. Петру на тот момент казалось, что его разрешение мало что значит. Постоянное помутнение в голове не давало размышлять, казалось, что кто-то ведёт его насильно туда, куда ему совсем не хочется.
Но избавиться от этого состояния было невозможно. Петр даже ничего не ответил этой женщине, просто кивнул и она осталась.
Без сомнения, с ней жизнь изменилась. Она справлялась с двумя маленькими детьми так ловко, словно воспитала десятерых. В доме стало тесно.
И тогда Пётр выписал стройматериалы и начал пристраивать к дому ещё комнаты. Жизнь Петра стали регулярно освещать в газетах. К поступали сотни писем, посылок.
Что только не присылали ему: и самовары, и одежду, и посуду, и детские игрушки. Многие присланные подарки Пётр раздавал людям.
Уже давно его перестали бояться односельчане. Относились к нему с уважением. Пристраивать комнаты помогали соседи. Вшестером быстро справились. И вскоре всем хватало места в большом доме.
С утра до вечера Пётр трудился. Приходил домой, а там был шум, гам, плач. Но не было радости в его душе. Он душу свою вообще не чувствовал. Ему казалось, что нет у него внутри ничего. Пётр даже сердце своё не всегда слышал. Словно и не стучало оно вовсе.
На могилку к Рябине ходил раз в неделю. В течение недели сочинял стихотворение, в выходной выжигал на дощечке, а потом относил.
Приходил на кладбище. Чаще молчал. Раньше перед тем, как перевесить табличку, читал Рябине строки. А потом и вовсе перестал. Придёт, повесит, старую закопает, помолчит и домой.
Молодая женщина Рая, что жила теперь с Петром, просилась с ним на кладбище, почти умоляла его, но Пётр не брал её с собой. Ему хотелось идти туда только одному. В этот раз решил прочитать:
— Как ты тут Рябинушка,
Заскучала, милая?
У меня судьбинушка
До чего унылая.
Без тебя Рябинушка,
Жизни нет совсем,
Ты меня, кровинушка,
Бросила зачем?
Одному тоскливо мне,
Забирай с собой.
Находился я вполне,
По земле сырой.
Слушаешь, слушаешь, а молчишь… Что же ты такая безмолвная у меня, Рябинушка? Ну вот, сколько лет уже хожу к тебе, а не снишься, слов ласковых не шепчешь. А говорила, что любишь, что никогда меня одного не оставишь.
А оно вот как вышло. Пережил я тебя, молоденькую, красивую. Загубил тебя своими руками. А всё ведь могло быть по-другому. Забрал бы я тебя тогда с берега, ухаживал бы за тобой, да и обошлось всё, может быть.
Хотя в моей жизни может быть всё, что угодно. Она же из нескольких жизней состоит.
Вот я и проживаю за каждого того загубленного солдатика. Будь неладна твоя бабка и ты вместе с ней. И Люба будь неладна… Накрутили тут, сказок нарассказывали, чертяки проклятые…
Пётр кричал на всё кладбище. Ругал и Велену, и Рябину, и Любу… Руки протягивал к небу, просил Бога забрать его прямо сейчас. Но только стайка беспокойных воробьёв то и дело перелетала с места на место. Остальной мир молчал. И Рябина молчала…
Пётр встретил Любу неожиданно через десять лет после расставания.
Она была всё такая же, ему казалось, что даже морщинки исчезли с её лица. До чего счастливыми были её глаза. Такими Пётр их и запомнил.
Продолжение тут
Другие мои рассказы по главам здесь