Часть 2.
Как братишка в рубашке родился. Редкий случай.
Прямо дома на глазах у нас, двух сестрёнок.
Вспоминает опять Степановна.
Это было в 1958 году, прямо в День Конституции, пятого декабря. Хотя родился-то братик уже шестого. У матери был огромный живот. И это еще при том, что она как потом вспоминала, делала аборт. Аборт сделала, а её продолжает тошнить. Что такое? Снова пошла к гинекологу на приём. А у неё редкий случай. Двурогая матка. Одного ребёнка убрали, а второй, якобы остался. Это как сама мама вспоминала и запомнила.
Когда мать поняла, что рожает, то вызвали скорую. Но была пурга. А жили мы в пригороде маленького городка в Зауралье. Маевка называется. Сейчас эта Маевка слилась с городком и стала просто её районом.
Ну так вот, "скорая" и не пробралась. В Маевке тогда было всё по-людски. Был свой фельдшер. Выпить любил. Отец сходил за ним. А тут, ясно дело, праздник такой.
Помним, вваливается этот фельдшер, весь в снегу. А мы, сестрички, на печи за занавеской. И подглядывать нельзя. Но как без этого. Мы подглядывали во все глаза.
Мать кричит, и нам страшно. Отец уже и воду вскипятил, хотя и сам за праздник наотмечался. Мама мучается, а родить не может. А фельдшер всё порывается бежать. То одно забыл, то другое. А отец не пускает. Я тогда и не знала ещё, что отец мне не отец, а отчим. Всегда всё равно папкой звала, хоть и обижал он иногда меня.
Да сейчас не это главное. Мама кричит, и мы с сестричкой Катенькой, что на три годка младше меня, тоже кричим от страха. А мне самой-то тоже всего шесть лет было.
А мать уж сильно стонала.
И вот, только фельдшер Василий опять на порог за чем-то потянулся, слышим :
- Уа, уа!
А мы на печке всё поняли и кричим с сестрой:
- Ура! Ура!
А я смотрю и весело так говорю:
- А девка-то и не девка, а мальчишка. У неё писька не такая.
Мать с отцом и фельдшером, - все засмеялись!
А отец радостный такой, сын родился. А думали, девка будет по всем якобы приметам. Ведь УЗИ тогда и не было. Всяко пытались угадать, кто родится.
- Ночь уже вовсю, шестое декабря, а мы с Катюшей на печке и отец внизу, имя выбираем. Как ни назовём, отцу всё не нравится. А фельдшер ругается, мол мешаем. Он там своё дело ещё делает. Подаёт отцу что-то, как плёнку, а отец раз, и в печку, что жарко топилась. Фельдшер аж ахнул.
- Это ж рубашка, сын-то у вас в рубашке родился! Беречь надо было. Уж, больно ты крутой,- сердито отцу сказал. А что уж и говорить, оба навеселе, так и получилось.
Доделал Василий все дела, матери постель сменили прямо под ней. А братишка такой здоровенький, потом вес записали пять килограммов, и 58 см длиной.
Но нам-то с Катюшкой он казался небольшим, конечно.
А мы продолжаем имя выбирать. И вот наконец-то отец остановился на имени Валерий. Мол, брат у него на фронте Валерий погиб.
Так мы сразу имя братишке и выбрали.
Надо сказать, что рос он очень здоровеньким. И в детстве не болел ничем. Недаром в рубашке родился. Ведь здоровье, это главное, как сейчас понимаем. Раньше-то и не задумывались. Хватало его. А вот когда брат поехал в Москву по туристической путёвке со школьниками , лет 14-15 ему было, вот тогда он там чирьев нахватался.
Но это уже было потом. А после родов отец с фельдшером отмечать такое дело, конечно, стали. Отец выпить тоже любил. А тут он намучился. Ведь перед родами жена его, Елена и наша мамочка, захотела сухофруктов. А в местном магазинчике их не оказалось. Так отец за три километра, уже пурга началась, с бидончиком алюминиевым ходил за этими сухофруктами в город. Мать наелась и рожать сразу захотела.
А роды вот такие получились, не простые, а с рубашкой и без скорой. Хотя и не запланированные были из-за опять же редкого случая двурогой матки. На дому при нашем обозрении, наших с сестрой подглядках, которые мы запомнили на всю жизнь.
P.S. Читайте часть первую,-
"Потерять четыре креста".
- Здоровья вам и радости побольше.
Жду с нетерпением вашей поддержки и вашей подписки.
08.06.21г. Ваша Надежда Яковец.