Писатели — народ наблюдательный. Они ходят по улицам, смотрят по сторонам, слушают разговоры, запоминают. Их интересуют статьи, которые публикуются в газетах. Вдруг найдется что-то любопытное о каком-нибудь незнакомце? Он-то и станет тогда прототипом нового образа в книге. Они внимают словам знакомых, читают чужие произведения, изучают историю. Что если оттуда удастся почерпнуть свежую идею? Нет границ у писательской любознательности. И уж точно их нет у авторского воображения, создающего порой весьма неординарные ассоциативные ряды.
Виктор Гюго доказал своим творчеством, что является очень внимательным к деталям. Достаточно вспомнить описательные части в его романах. Архитектура Парижа оживает перед глазами. А ведь писатель рисовал не кистью, а словами. Но самым главным свидетельством его таланта является способность глубоко проникать во внутренние миры людей и создавать живые характеры с их неповторимыми драмами.
Одним из главных образов творчества Гюго является герой романа "Отверженные" Жан Вальжан. Однажды ему станет суждено превратиться в прототип для множества героев книг и фильмов. Жан — бывший каторжник. Он провел в неволе девятнадцать лет. А единственным его проступком была кража хлеба для сестры. Выйдя на волю, Вальжан не знал, как жить дальше. Проведя столько времени в заточении, в компании каторжников, совершавших чудовищные поступки, он и сам изменился. Стал куда более жестким, жестоким и беспринципным. Эти качества проявились особенно отчетливо, когда выяснилось — бывшему преступнику никто не рад, а соответствующая пометка в паспорте не дает ему возможности устроиться на приличную работу. Осознав это, он решается ограбить единственного человека, проявившего заботу о его судьбе. Им был епископ диньский Мириэль. Но тот не выдал Жана. Напротив, сообщил властям, что лично подарил серебро своему товарищу. Это благородство изменило Жана, превратив в человека порядочного, который, к тому же, взял на воспитание сироту.
Это короткий пересказ сюжета, который перекликается с реальными событиями. Исследователи литературы нашли два основных сходства истории Жана Вальжана с реальными прообразами.
Одним из прототипов стал Пьер Морен. В 1801 году он украл немного хлеба, чтобы прокормить себя. За этого его отправили на каторгу, где он провел пять лет. Оказавшись вновь на свободе, Морен увидел, насколько беззащитен перед лицом реальности. Никому не было дела до бывшего преступника. Никто не желал связываться с ним, дать приют или взять на работу. Исключением стал некий монсеньер де Миоллис, занимавший должность епископа Диня. Он предложил Морену кров, а потом помог с работой. Бывший каторжник сумел исправиться. Свои дни он закончил, сражаясь при Ватерлоо.
Вторым прообразом Вальжана является еще один испрявшийся преступник Франсуа Видок. После каторги ему удалось стать шефом парижской уголовной полиции. Один из эпизодов романа дает конкретную отсылку к личности этого человека. Речь идет об эпизоде, когда Жан спас из-под перевернутой телеги Фошлевана.
Развитие литературы — процесс самостоятельный. Одни люди становятся прототипами героя, который в свою очередь порождает новых персонажей. Интересно, не правда ли?
Интересно, разве писатель не может придумать персонажа полностью с нуля, не опираясь на какой-либо прототип? Фантазии не хватит? Пишите комментарии!
Спасибо, что читаете блог, подписываетесь и ставите лайки.
Желаю всем счастья и благополучия!
8888
Читайте также:
"Горбун отверженный с проклятьем на челе" во Франции 19 века
Семейка из Брайдсхеда, или кто вдохновил Ивлина Во