В Грузию я попала по работе, всего на три дня. И почти все время мы просидели в душной гостинице, слушая скучные презентации на тему внедрения новой платежной системы. А за окнами – Тбилиси, о котором поэты слагали свои поэмы, а Лермонтов написал "Демона" про красавицу Тамару, в которую влюбился дух гор. А еще там за окнами хинкали, чахохбили, хачапури по аджарски и известное на весь мир вино Киндзмараули.
А мы сидим с утра до вечера в гостинице в душном конференц-зале, и жизнь практически проходит мимо.
Ну уж нет, решили мы. И прямо в последний день (самолет наш вылетал поздно вечером) отправились через горы в самое сердце Кахетии. Водителя нам предоставила турфирма. Молодой голубоглазый мегрел по имени Ираклий. Парень попался очень разговорчивый, и скучать в дороге нам не пришлось. И вот мои небольшие зарисовки.
Зарисовка Первая, Семейная. "Жигули" и старый грузин.
На высокой горе стоит старенький Жигуленок, вокруг ни души, даже жутковато. Капот открыт, выставлены банки с домашним вином, чурчхела, орехи, виноград, инжир. В машине на переднем сиденье - пожилой грузин, сидит с закрытыми глазами и почти не дышит. Испугавшись, что с ним что-то не так, мы остановили машину. Оказалось, что это житель соседней деревушки горной, торгует вкусняшками из своего сада. Просто заснул в машине, разморило.
– А вам не страшно тут одному стоять? – спрашиваем мы, надкусывая предложенную им любезно чурчхелу и испуганно озираясь по сторонам.
– Да нет, доченька, тут не страшно, вот дОма – там страшнее!
– ???
Оказалось, что вчера он перебрал. Ну как перебрал? Он даже ухмыльнулся. Выпил-то всего литра три. Вина домашнего. Вот отец его, как он рассказал, тот литров по десять запросто мог выкушать за вечер. Это и то, когда ему за руль надо было садиться. А вот сын его вообще не пьет! Ну как не пьет, пиво немного.
Пиво – разве это ж выпивка? Лимонад, детская забава.
А вчера он выпил не больше трех литров, и жена его с утра запилила. Старый, мол, козел, а туда же, с молодыми соревноваться. А разве ж он с молодыми тягался? Это ж не соревнование, это же ВИНО. Он так и сказал – ВИИИНООО, а в глазах любовь.
Вот он и сбежал от жены на гору, тут туристы проезжают, вот он и приторговывает, чем бог послал.
– Уж лучше тут пережду, пока она сердится. К вечеру как раз отойдет!
Потом он напоил нас своим домашним вином из банок, да еще в дорогу нам банки три подложил в машину. И денег не взял.
– На бензин оставьте, а больше не надо! Все равно все жена отберет! – пошутил он и помахал нам на прощанье рукой.
Зарисовка Вторая, Гастрономическая. Чача из-под крана.
И вот мы уже в Кахетии, все посмотрели – и винные погреба, и Парк Цинандали, и замок Греми, и даже побывали в Сигнахи, городе любви!
До вылета оставалось часа четыре. Мы спрашиваем Ираклия, как долго нам спускаться теперь с горы, чтобы в аэропорт попасть. "Часик, от силы полтора," – меланхолично ответил нам он, немного подумав. Ну, времени у нас навалом, значится.
А где тут можно поесть? Ираклий оживился и предложил заглянуть в кафе к его давнему знакомому. Мы думали, что это будет придорожная забегаловка какая-нибудь, но оказалось, что это был настоящий дом грузинский, во дворе которого были уже накрыты столы для гостей.
Хозяин дома – статный грузин средних лет, немного подшофе, показал нам весь дом, а самое главное – чулан, в котором он варил настоящую грузинскую чачу.
Чем-то было похоже на наш общаговский самогонный аппарат. С нами учился грузин по имени Симон. Так вот, как-то к Симону приехал брат из Тбилиси, и решили они на Новый год наварить нам чачи. Собрали по общаге кастрюль самых разных размеров и соорудили самодельный самогонный комплекс. Благо, все мы химики, поэтому малость кумекали, как там все пары конденсируются и в спирт превращаются. Чача тогда получилась очень крепкая, и студенты немцы предложили смешать ее с токайским вином, ну очень похожим на советский портвейн. Получилась точь-в-точь история как из «Осеннего марафона», когда Леонов с датским профессором в вытрезвитель попали.
Вернемся в дом нашего хозяина. Тут "чачегонный" аппарат выглядел посолиднее, чем наша студенческая груда разнокалиберных кастрюлей. Все было по-взрослому, чугунные чаны, все кипит, а чача капает прямо из краника. Хозяин подставил керамическую кружку под кран, налил нам всем по чашке чачи, и мы все быстро и дружно захмелели. И часы перестали тикать.
А во дворе хозяйка уже накрыла щедрый грузинский стол. Котлетки холодные, фаршированные перчики с подливой из алычи, засахаренные орешки, сыр, похожий на сулугуни, куриные ножки и хачапури прямо из печки. Мы, уже хорошо наклюканные чачей, кинулись за стол и давай точить все, что под руки попадалось. А хозяин всем подливает настойку из тархуна. Как я поняла, та же чача, только со вкусом травы.
Ираклий наш тоже немного захмелел, хотя пил только вино. Ему же нас еще с горы везти, поэтому от чачи он геройски отказался. Попросил только в дорогу ему бутылочку положить.
Тут хозяйка выносит блюдо с горячим чашушули. Это такие куриные окорочка, тушеные с овощами.
Мы совсем уже забыли, что нам скоро лететь, а самолет вылетает вообще-то не из Кахетии, а из Тбилиси, который, по словам Ираклия, всего лишь в часе езды.
Спрашиваем у Ираклия, как там у нас со временем? Он, не сводя глаз с дымящегося блюда, машет беспечно рукой, "не парьтесь, мол, успеем!". Ну, он же местный, ему, конечно же, виднее! И мы, не скрывая гастрономического возбуждения, налетаем на чашушули, от которого вскоре остались только рожки да ножки.
Тут Ираклий, посмотрев на часы, говорит, что вот теперь точно можно ехать. Только бегом! Впритык мол. Хозяйка на ходу сует нам пакетик, и мы, пропитанные насквозь чачей, грузимся в машину. Темнеет. Вот уже час прошел, а все еще темно, и горная дорога не перестает быть горной.
– А ты какой дорогой едешь? Вроде как-то незнакомо все, - выражаем мы первые признаки человеческого волнения.
– Я по другой дороге спускаюсь, так быстрее, –меланхолично отвечает Ираклий, закуривая очередную сигарету.
Самолет вылетает через полтора часа, регистрация и посадка – минут сорок, остается нам всего ничего, а мы даже вещи в гостинице не собрали. Мозги вперемежку с чачей туго, но все же изображают отдаленную мысль, что мы скорее всего вот такими темпами точно не успеем.
– Да вы не волнуйтесь, – говорит Ираклий, и столько в его голосе грузинской мелодичности и философии, что мы все дружно подумали, "ну и вправду, куда торопиться. Самолет ведь без нас не улетит?"
Я толком и не помню, как мы влетели в номер, на ходу побросали вещи в чемоданы и понеслись в аэропорт. Посадка уже заканчивалась, мы влетели в салон как банда алкоголиков, которых временно выпустили из лечебницы.
Уже плюхнувшись в кресла и пристегнув ремни, мы понемногу пришли в себя. Такой спуск с горы нам Ираклий устроил, что вся кахетинская чача вмиг улетучилась. И вот сидим мы, протрезвевшие, а головы трещат. И есть хочется. Я лезу в сумку в поисках аспирина, а там тот самый пакет, который кахетинская хозяйка нам вручила перед отъездом. Открываем – а там! Термос с чачей, бутерброды с котлетками, виноград, орехи и сыр! Как будто бы и не уезжали.
И вот уже в салоне свет потушен, а мы как герои «Иронии судьбы», схватившись за руки, запели шепотом «Под крылом самолета…».
Потому как грузинская чача – это не просто водка, это волшебная водка, которая открывает в тебе доселе не известные таланты певца и философа.
Зарисовка Третья, Романтическая. Грузины и женщины.
– Ираклий, а ты вот скажи, а у вас мужчины гуляют?
Это мы, исчерпав уже все темы разговора, решили пуститься во все тяжкие и поговорить, так сказать, о сокровенном.
– ??
– Ну, женам изменяют?
– За всех я не отвечаю, но я не изменяю! - уверенно отвечает Ираклий.
– ??? – теперь уже мы вопросительно вскидываем брови.
– А зачем мне жене изменять? Ведь если я ей изменю, она сразу станет несчастной, правда же?
– Ну да, - соглашаемся мы, вроде как логично.
– А зачем мне жить с несчастной женщиной???
Мы даже не нашлись, что ответить. И вправду, зачем ему жить с несчастной женщиной? Вот бы с этой философией всех мужчин ознакомить! В качестве инструкции.
В завершение, как обещала, тот самый:
Рецепт чашушули от хозяйки кахетинского дома
Куриные окорочка, или просто филе, обжариваются в сливочном масле. Отдельно также обжариваются лук, чеснок, болгарские перчики. перчик чили, добавляются к курице, Все это вместе заливается красным вином, плюс специи специфические (аджика, хмели-сунели). Тушить до готовности. В конце добавляются томаты или томатная паста, зелень всякая, кинза обязательно.
Получается очень вкусно! Если, конечно, я все правильно записала, а то рецепт под чачу протоколировался, поэтому, может что и выпало. Но если получится, то это прямо пальчики оближешь! Проверено, как всегда, на себе!