"Я люблю тех, кто не любит книг".

У Бориса Борисовича есть замечательные слова, и, может быть, они кому-то покажутся неожиданными, но тем не менее: "Я люблю тех, кто не любит книг".

Меня, конечно, оскорбляет высказывание Бориса Борисовиче и не мои слова это, а слова Лескова о том, что читать люди начали, когда книг не стало. Я тут же вспомнил "Легенду о Тиле Уленшпигеле", где он устами одного из героев выразил то же самое, сказав: "Люди, милые, читайте! читайте!"

Я знаю, что есть вопрос: не мешает ли это мне писать, не отвлекает ли. Нет, не мешает. Я спокойно ухожу в работу, когда есть свободное время, иногда быстро пишу, когда очень тороплюсь. Получается не лучше и не хуже, чем получалось, когда я работал на телевизионном заводе или в музее. Я не произвожу впечатление плохо пишущего человека. Такое впечатление создается, когда бываешь на одних и тех же удачных мероприятиях, на которые приглашаются много талантливых людей и которых, возможно кто-то прямо и не скажет, но подумает: "Вот же умеет этот человек!"

И вот мне хочется высказаться еще и поэтому. Я дал согласие провести пресс-конференцию, позвонил моим коллегам, товарищам по работе и сообщил, что хочу выступить со статьей. У нас был очень хороший поэт Геннадий Калашников, он согласился. Потом очень представительный человек взял мой телефон и сказал, что мне звонили из Государственной Думы. Я говорю: "Меня только что пригласили в Госдуму". Потом, правда, мне звонило телевидение, волновалось, и я ответил, что, увы, сейчас не могу. Потом пошли звонки из районов и т.д. И вдруг (я, может, малость перегибаю) звонки от замечательных, выдающихся, по-своему замечательных людей, с которыми меня связывает много очень хороших воспоминаний.

И через месяц, в апреле, состоялась моя пресс-конференции и встреча с читателями, и затем вышла моя книга. Правда, там были и другие умные и достойные люди, которые, я уверен, в душе испытывают ко мне огромную благодарность и не меньше меня разделяют те принципы, которые я изложил.

Не могли бы вы поделиться хотя бы одним примером того, как приняли люди, читали ваши произведения