После войны Сталин боролся с двумя врагами: со своим нездоровьем и с новой волной русофобии, организованной Черчиллем и Труменом. Видимо, именно этим объясняются допущенные им ошибки во внешней политике, которые нам аукаются до сих пор.
Разберем их по значимости. Первая – это вопрос о нашей южной морской границе. Борьба за проливы, за свободу выхода нашего флота в Средиземное море, имеет длительную историю.
Начнем с Екатерины Великой и с Павла. Оба эти монарха, при внешнем их несходстве в нравах и в интересах, сходились в одном: в понимании необходимости для России иметь постоянное присутствие на Средиземном море.
Екатерина, трудами Ушакова и Суворова, была близка к тому, чтобы завладеть крупными греческими островами (Корфу, и др.). При этом сами гренки не только не противились такому развитию событий, но, наоборот, приветствовали его – поскольку видели в России свою защитницу от турецкой экспансии.
Павел, хотя и не сумел продолжить политику Екатерины в греческих делах, но уже и реально стал хозяином и правителем Мальты. Но английская партия, которая боролась против Павла, покончила не только с Павлом, но и с его политикой. А новый «слабый и лукавый властитель», следуя указаниям своих благодетелей, решил помочь Англии в ее борьбе против ненавистного всей монархической Европе амбициозного корсиканца.
Соответственно, ему пришлось и забыть о средиземноморском наследстве своей бабки и своего отца: Англии сильный конкурент на морях был не нужен, поэтому она попыталась стравить Александра с Наполеоном.
И ей это блестяще удалось! Наполеон пошел на Россию, что и стало началом его конца. А что от этого получила Россия?
Ожидаемый ответ. Раз Россия не смогла закрепиться в Средиземном море, то «благодарные» англичане, объединившись с французами и сардинцами, в очередной раз продали греков туркам и заодно попробовали лишить Россию и Черного моря.
Вот один вечный урок истории: добровольно уступив позиции на своем дальнем рубеже, неизбежно получаешь врага на своей территории. Александр думал, что сдает греков – а сдал брата и Россию!
По результатам первой мировой войны Россия, даже с клеймом позорного Брестского мира, могла забрать проливы, но Ленин, руководимый химерой мировой революции, поддержал националиста Ататюрка и сдал армян. Итог мы сейчас видим. По «доброй» традиции турки застрелили нашего посла и сбили наш самолет. Плюс к этому мы получили вечное недоверие со стороны армян (которые, единственные среди всех других наций, кроме русских, дали СССР трех маршалов).
Сталин, сам того не желая, стал продолжателем этой традиции. Можно понять, что он не стал брать проливы у турок – опасаясь еще более испортить и без того накалившиеся отношения с бывшими союзниками, но у него был другой вариант, которым он почему-то не воспользовался.
Этот вариант – присоединить к СССР часть перешейка к западу от проливов. Болгары были бы только благодарны ему – получив защитный барьер от Турции и расплатившись за это территорией, отторгнутой у них турками. Греки были бы только рады получить общую границу с СССР, особенно – имея в виду возможность получить поддержку в кипрском вопросе (ради этого они могли бы и уступить нам часть своего побережья).
А Турции было крайне сложно защищать свою позицию в этом вопросе. Ведь это фактически означало бы, что СССР не будет поднимать вопрос о проливах – закрыв глаза на явно недружественный к нам «нейтралитет» Турции во время войны. И что СССР не будет поднимать вопрос о возврате Армении земель до озера Ван – чего турки страшно боялись. Особенно после того, как СССР столь решительно нарушил нейтралитет Японии!
И турки уже знали, что болгарские коммунисты поднимают вопрос о вхождении всей Болгарии в состав СССР. А это бы означало, что все прежние территориальные права болгар переходят в ведение СССР – вместе со всем христианско-византийским наследством!
И как раз в ответ на эту инициативу можно было бы занять часть болгарской территории, с Бургасом, плюс участки средиземноморского побережья от греков (например, в порядке обмена на некоторые внутренние земли – как это предлагалось Финляндии) и от турок (Ах, не хотите? Тогда давайте поговорим о Константинополе!).
Такая мера была бы и знаковым событием для болгар – как некоторый залог для их обещаний «вечной дружбы с Россией». Во всяком случае – болгарам было бы ясно указано, что их двукратное участие в мировых войнах на стороне врагов России вовсе не является адекватной платой за избавление их русскими от турецкого ига.
И, что самое главное, в этом случае у Англии не было бы повода для протестов – ведь Сталин обещал Черчиллю не вмешиваться в чисто греческие дела, а болгаро-турецкие отношения должны были и далее оставаться в советской сфере влияния.
Кроме того, для Англии было очень важно, чтобы СССР ушли из Ирана, и они ждали, что Сталин выполнит это свое обещание. Но ведь с этим можно было и немного потянуть. Кстати – излюбленная практика самих англичан, они никогда своих обещаний без настойчивых понуканий не исполняли!
И вот плюсы от такого шага. Россия становилась бы законной средиземноморской державой. Россия подставляла бы свое дополнительное плечо грекам на море и на Кипре – ведь греки на англичан против турок и так не очень надеялись. Даже, несмотря на то, что им удалось женить своего принца на наследнице британского трона.
Далее – Турцию бы никогда не приняли в НАТО и сразу по двум причинам. Во-первых, она бы тогда не имела общей границы с какой-либо страной НАТО. И во-вторых, Греция, которая и так была против приема Турции в члены этой организации, добавила бы еще и аргумент (при малейшем возбуждении в парламенте Турции – которое в этом случае было бы неизбежно) «неурегулированности» границ этой страны (вдобавок к проблеме Кипра).
А если смотреть на ситуацию с позиций нынешнего времени, то греки были бы рады даже и приплатить – любой дружественной к ним стране, которая отгородила бы их от беженцев с турецкой территории.
А Россия тогда навсегда бы избавилась от зависимости от турецких проливов – при малейшей заминке в пользовании ими можно было бы соорудить свой собственный канал, на своей территории, между Черным и Средиземным морями.
Теперь, продолжая тему морей, пойдем на север. Здесь ошибка Сталина выглядит еще более очевидной. Ее название – тройственное. Это Аландские острова, Варангер и мыс Ханко.
В отношении Аландских островов даже и аргументировать ничего не надо. Эти острова никогда к Финляндии не "прилагались" и финнам не принадлежали, там финны никогда не жили и финского языка там никто не знает. Эти острова – вопрос только российско-шведских отношений, и в этих отношениях их статус совершенно ясен: Швеция уступила их России навечно.
Фактически эти острова для российской императорской семьи были, как северный Крым: они там отдыхали, плавали, рыбачили, принимали гостей. И даже главный город этих островов называется (и сейчас) Марианхамн – в честь матери Николая Второго.
Как они попали к Финляндии – этому дивился даже маршал Маннергейм. Поэтому по итогам второй мировой войны, в которой финны воевали против нас, на стороне Гитлера, надо было просто забрать их себе. Никто бы и не пикнул. Шведы? Они и так были «замазаны» интенсивным «коммерческим» сотрудничеством с немцами во время войны, без шведских подшипников у немцев и танки бы не ходили, и самолеты бы не летали.
А потом у них и правовых оснований как-то «возникать» по этому вопросу просто не было.
Дальше – мыс Ханко. Здесь Сталин проявил свою волю: напомнил всем, чего нам стоил этот полуостров в войну, и вынудил финнов передать его СССР в аренду. Которая потом должна была стать вечной! Финны, конечно, хотели бы поспорить, но – не решились.
Ведь они тогда могли получить и оккупационные советские войска на их территории, и счет за погубленные души в Ленинграде, и требование – вполне законное – военных репараций.
Но "убежденный" анти-сталинист Хрущев все это сдал!
И есть один момент, которые все как-то упускают. Ведь Россия получила Финляндию от шведов без морского побережья, все эти города на побережье – Ваза (Вааса), Або (Турку), Гельсингфорс (Хельсинки) и т.д., были шведские города, финны в них и не жили. Поэтому и все это побережье – опять-таки дело чисто российско-шведских отношений!
И, наконец, еще один момент – который просто намеренно замалчивается: земли на остальном побережье Балтики Россия у Швеции просто купила – за деньги, в порядке простой коммерческой сделки. И сейчас, когда эти территории от России ушли, нам должны эти деньги возместить.
Кто? Наверное, те, кто сейчас держит эти земли. Если, конечно, шведы сами не решат вернуть нам полученные от нас суммы (со всеми накопленными процентами, разумеется).
Поэтому по обеим этим вопросам самых разумным для финнов было - просто помалкивать. Что они и сделали. И возврат им мыса Ханко (после Сталина), конечно, их сильно удивил. Но возражать они не стали.
И теперь просто бросьте взгляд на карту: ведь с островами и с мысом Ханко позиции России в этой части Балтийского моря выглядели бы совсем по иному, не правда ли?
Правда, есть одно чисто коммерческое соображение, которое может беспокоить как шведов, так и финнов (пьющих – в первую очередь). Дело в том, что обе эти страны заключили соглашение с властями ЕС о том, что Аландские острова не входят в фискальную территорию Евросоюза (еще один аргумент в нашу копилку!).
И для чего это было сделано? А чтобы исключить эти острова из зоны применения НДС и акцизов. И в результате алкоголь (а также табак, пиво, шоколад и некоторые другие товары) продаются на этих островах без налогов. И это – всем выгодно: паромные и круизные суда делают там лишнюю остановку, народ на этих судах «квасит» и вообще развлекается в условиях низких цен (и можно еще закупиться впрок, при соблюдении некоторых ограничений), а компании-владельцы этих судов получают дополнительные доходы от такой беспошлинной торговли.
И отменить этот режим можно только с риском широких народных волнений, с риском их перехода в великую социалистическую революцию.
Но ведь этого не надо делать! Надо просто сохранить этот статус-кво для широких народных масс всех заинтересованных стран. Мы же, граждане РФ, и сами благоденствуем от этого режима.
А теперь – крайний север. Варангер. Варангер-фьорд. Крошечный кусочек побережья этого фьорда и сейчас принадлежит России. А была возможность – забрать сразу и полуостров Варангер и весь фьорд.
Опять – вспомним войну. Норвегия всю войну добросовестно воевала против союзников, на стороне Гитлера. Именно с аэродромов в Норвегии взлетали немецкие самолеты бомбить союзные конвои, доставлявшие нам помощь из США и Великобритании. Из норвежских портов выходили на охоту за безоружными транспортниками немецкие подводные лодки. Норвежские рыбаки снабжали немцев сведениями о встреченных ими союзных судах, военных и гражданских.
А британские военные корабли бросали конвои, как только они приближались к берегам Норвегии: британские адмиралы не хотели рисковать жизнями своих моряков. Поэтому суда с ценными грузами десятками и сотнями уходили на дно, вместе с их экипажами.
Но вот Германия капитулировала. Норвегия тоже ждала вердикта союзников. И что? А ничего. Повесили Квислинга (его фанаты могут сами уточнить конкретные детали этой процедуры) и – всё. Но почему мы не ввели оккупационные войска к этим норвегам, не требовали от них репараций?
Ладно, всё – простили, но давайте заберем у них главное логово немецких бандитов – Варангер, полуостров и фьорд! Почему Сталин этого не сделал? У финнов взяли Ханко, у норвегов надо было брать Варангер.
Побоялся Сталин? Это мы уже слыхали. Кого побоялся? Англичан? Они едва не прозевали запасы тяжелой воды, которые немцы могли использовать для создания атомной бомбы. Как оказалось, это – не такое уж сложное дело. Я имею в виду – для немцев, с их мировыми приоритетами в физике и в химии.
Американцев, вместе с англичанами? Но общественное мнение в этих странах, и все моряки этих стран, были явно за то, чтобы примерно наказать норвежцев.
Сопротивления самих норвежцев? Но у них этих фьордов и так с избытком. Чуть ли не по фьорду на брата! Хватает им и моря, и рыбы. И, потом – разве можно снять с них вину за поспешный переход на сторону Гитлера?
А ведь Норвегия по своему рельефу – почище Швейцарии! В ней на перевалах и на перешейках одной ротой можно удерживать вражескую дивизию. Нет, не стали норвеги отвлекаться от своих мирных занятий – воевать в Россию нас не гонят, и то - ладно.
А выгоды от Варангера для России – невероятные! Незамерзающее море. Порты, гавани, укрытия для кораблей и подводных лодок любых размеров и классов. Короткий путь в открытый океан. В общем – никакого сравнения с Мурманском или Североморском. Кстати, не было бы тогда для нас проблемы и со Шпицбергеном – откуда нас сейчас всячески выживают. И, возможно, без Варангера Норвегию и не приняли бы в НАТО. А тогда бы вне НАТО осталась бы вся Северная Европа!
Но вот Сталин этого ожидаемого от него шага не сделал. Почему? Для меня – загадка.
Четвертая ошибка Сталина – Синцзян-Уйгурский район. В конце войны мы его практически полностью контролировали. Уйгуры, которые там живут – мусульмане, и они очень китайцев не любят. Но там же обитают и наши калмыки – бывшие царские казаки! А также – и старообрядцы.
И здесь бояться Сталину было просто некого. Американцы – далеко, у англичан – полно проблем с Индией, китайские коммунисты еще не успели и почувствовать вкус власти. И, потом, китайцы же выступали за объединение в едином государстве только китайцев – которых здесь не было, и их больше беспокоили проблемы Тайваня, а также Гонконга и Макао.
Прецеденты – два, как минимум. Монголия при Цеденбале крепко с нами дружила и даже была идея войти монголам в состав СССР. А Тыва, родина нашего Шойгу, так и прямо вошла в состав СССР – при полном равнодушии всего окружающего мира.
И теперь – какие нам от этого выгоды? Первая – фактически ключ от всего Шелкового пути упал бы нам прямо в руки. Вторая – мы крепко подкрепили бы Монголию, которая всегда очень опасалась Китая. И третий плюс – мы вышли бы напрямую к Тибету и заняли бы очень важную позицию между Индией и Китаем – как дружественного обеим странам посредника и модератора.
Но – нет. Сталин решил этот район оставить китайцам. Которые – на тот момент, были вовсе не рады такому подарку.
И, наконец, пятая ошибка Сталина – которую совершил, вообще-то, не он. Но он ее подготовил. Это – КВЖД, морские порты Дальний и Порт-Артур, а также – Харбин, практически полностью российский город.
Ключевое звено здесь - КВЖД. Мы легко могли сохранить себе всю эту дорогу и, своевременно ее модернизировав – пустить все связи и контакты будущего развивающего Китая с Европой через нашу территорию. А китайцам тогда даже и не пришлось бы осваивать длинный и долгий морской путь по южным морям.
А для себя мы могли получить более удобный путь к Тихому океану, гавани в теплых южных водах и прямой выход к региону ЮВА. И – мое личное предположение – в этом случае мы бы сильно затруднили американцам вмешательство в корейские дела и, возможно, мир вообще бы не видел несчастливой для всех вьетнамской войны.
Правда, все откаты на этом «фронте» имели место уже после Сталина, но ему в вину можно поставить то, что он мало что сделал, чтобы закрепить, фактически и юридически, права СССР на порты и коммуникации в этом регионе. Конкретно, что он мог сделать – сейчас обсуждать нет смысла, можно лишь указать на примеры таких стран, как Великобритания (Гибралтар, Фолькленды, Северная Ирландия), Франция, Испания, и, конечно, США, которые сами никогда добровольно от своих прежних завоеваний и приобретений не отказывались и не отказываются.
И, все же, если бы СССР удалось все это сохранить, то сейчас мы имели бы совсем другую реальность. Россия была бы не только континентальной супердержавой, но и полноценной морской, даже – океанской, сверхдержавой, имея свободные выходы во все мировые океаны.
И, наконец, еще одна ошибка Сталина, которая, видимо, и объясняет все ошибки, выше перечисленные. Правда, не уверен, можно ли ее вообще назвать ошибкой – поскольку, как многие полагают, социалистические убеждение и идеалы являлись единственным оправданием существования и самого СССР - как союза социалистических стран.
Да, Сталин стремился воссоздать, территориально, Российскую империю, но в этом своем стремлении он все время ощущал влияние, временами – подавляющее, коминтерновцев и своих товарищей по партии.
Это – отдельная тема, и ее нельзя рассматривать так, походя. Поэтому выделим только главное.
Оно состоит в том, что итоги нашей внешней политики в регионе Европы, проводимой весь послевоенный период, начиная со Сталина, показывают, что коммунисты-интернационалисты легко заменяются на националистов. Действительно, мы видим, что все эти наши браться по соцлагерю очень быстро перестроились на клиническое русофобство.
Взять пример только Чехии (Чехословакии) – о Бенеше мы можем только вспоминать, а ведь убрали его из политики советские коммунисты. Или – Болгария. При коммунистах она просилась в СССР, но вот коммунисты ушли, и она – уже в НАТО! В двух мировых войнах болгары были на стороне наших врагов, и вот - они уже опять с ними.
И – обратный пример. Мы никак не старались перетянуть Финляндию и Австрию на дорогу к социализму, и, смотрите, у нас именно с этими странами, возможно, самые наилучшие отношения – если смотреть на всех этих бывших лимитрофов.
Но могло ли быть по-иному? Мог бы Сталин отодвинув куда-то в самый дальний угол свои социалистические убеждения, начать действовать как последовательный русский националист?
Вопрос, конечно – чисто риторический. И возражения на него – уже готовы: ведь тогда «Он сразу бы возбудил русофобские настроения как внутри страны, так и за рубежом»!
Ну да. А сейчас мы видим что-то другое?
Итак, идеологии – преходящи, национализм – вечен. Партийные политики приходят и уходят, а национальные интересы – остаются.
Но пока нам приходится жить при «партийцах» - пусть, немного и перекрасившихся. Поэтому мы имеем то, что имеем.
Больше по теме – в книге «Вся надежда – на Сталина!».