24 мая отмечается День славянской письменности - церковный и гражданский праздник, когда отдается дань уважения византийским просветителям Кириллу и Мефодию, создателям оригинального алфавита для славян - азбуки.
Сегодня не все славянские народы ею пользуются: верность кириллице сохранили русские, украинцы и белорусы, болгары с македонцами, да сербы с черногорцами. Причем у последних с этим дела обстоят все хуже и хуже - латиница активно наступает.
Что касается других, неславянских народов, то кое-кто еще пока пользуется кириллицей - многие народы на территории России, а за ее пределами - те, кто входил в СССР или был тесно с ним связан: монголы, казахи, киргизы, таджики... Некоторые планируют в ближайшее время отказаться от кириллицы в пользу латиницы. Но это их дело - языки, либо не имевшие до ХХ века своей письменности, либо утратившие свою исконную историческую графику - какая им разница, чем писать? Что кириллица, что латиница - для них и то, и то - одинаково чужое.
Кириллица - прежде всего азбука славянская, максимально удобная и подходящая для славянских языков. Не воспринявшие окатоличенные и латинизированные славянские народы до сих пор мучаются с неудобной графикой - например, поляки, городя немыслимой длины и неудобства буквосочетания, или чехи - используя кучу дополнительных значков на письме. Пусть мучаются дальше - насильно мил не будешь.
К памятному дню как всегда вышло в прессе какое-то количество публикаций на тему. В частности, в газете "Культура" некто Андрей Самохин написал статью "И грянет клич к объединенью". Как водится по нынешнем временам, в статье много всякой ерунды написано, от нее за версту веет квасным патриотизмом и клерикальным душком. Но одну цитатку всё же привести стоит:
"Первая мировая, в которой славяне воевали в разных армиях друг против друга, казалось, навсегда похоронила единство братских племен, ну а большевики придавили его могильной плитой. Самые оголтелые из интернационалистов планировали перевести страну с кириллицы на латиницу.
Впоследствии искры панславизма спорадически вспыхивали — то в годы войны с гитлеровскими «тевтонами», то на помпезных фестивалях славянских культур внутри соцлагеря. В 1963-м в СССР к 1100-летию создания азбуки приурочили научную конференцию, которую проводили потом не ежегодно".
Святое дело: ну как не пнуть большевиков-то! Далее автор льет крокодиловы слезы по утраченному и ныне практически полностью эфемерному панславизму или всеславянскому единству. И невдомек-то ему, болезному, очевидная, ясная как день мысль: настоящее единство славян со времен Государства Само, Великоморавской державы или Киевской Руси было достигнуто как раз и только в бытность Советского Союза, Варшавского Договора и Совета Экономической Взаимопомощи - в интеграционных объединениях разного уровня и целеназначения, созданных как раз проклятыми большевиками-интернационалистами!
Проницательностью журналист не отличается совсем. Иначе бы, если не с помощью знаний, то благодаря интуиции должен был бы он догадаться, что славянское единство только и возможно было, как единство на социалистической основе, поскольку в его основе лежат близкие славянам идеи коллективизма, братства (интернационализма) и социальной справедливости.
Финальные причитания автора - "И все-таки будем надеяться, что это не навсегда, что через какое-то время на пространствах славянского мира снова вспыхнет огонь, зажженный святыми солунскими братьями" - выглядят просто смешно и нелепо на фоне тех страшных конфликтов, которые раздирают славянский мир все 30 постсоциалистических лет, когда славянские народы безрассудно отдались в руки силам национализма и собственничества.