Продолжение. Начало здесь. Предыдущая статья получила много комментов в стиле "проблема бабушки была не в нищете, а в съехавшей кукушке", "это не экономия, а деменция". Нет, кукушка была на месте, а что касается ясности ума, ей могли бы позавидовать университетские профессора. Горе вызвало у ней такую ярость, что она жила в подсознательном желании разрушения, и как большинство интеллигентных людей, начала разрушение с себя. В жестоком круглосуточном огне беспомощного гнева горела ее внутренняя библиотека, из которой я, беззвучно плача, старалась спасти хотя бы самые ценные свитки. Похожая на нее, я понимала ее почти телепатически с тех пор, как себя помню (где-то с трех лет), и мне не требовалось слов, чтобы что-то усвоить. Достаточно было просто быть рядом, делить с ней радость и печаль, хлеб и воду, путешествия и молитвы. И экономию, да. Всю черноту, всю внутреннюю разъедающую энергию экономии я испытала на своей шкуре, прошла от А до Я. Первое, что уничтожает в человеке экономия – э