На 36-ом году жизни мне посчастливилось открыть для себя наконец поэзию Бродского. Нет, само собой, это имя было знакомо мне и прежде. Но вот творчество автора никогда не было понятным и близким.
И вот свершилось. "Девочка созрела".
Это как с оливками. Сначала ты полжизни воротишь от них нос, но однажды наступает прозрение: оливки прекрасны. Это значит всё - ты необратимо повзрослел. Так было и у нас с Бродским. Внезапно я открыла баночку (томик) отборных (избранных) плодов (стихов) и проглотила (да-да, проглотила) их разом.
А если серьёзно, то в поэзии Бродского действительно есть какая-то непостижимая магия. Стихи сражают читающего наповал - своей прямолинейностью, дерзостью и неординарностью.
Сегодня, в день рождения поэта, делюсь с вами теми строчками, что легли на душу, запали в сердце и впечатались в память.
Навсегда расстаёмся с тобой, дружок.
Нарисуй на бумаге простой кружок.
Это буду я: ничего внутри.
Посмотри на него — и потом сотри.
Когда-то я знал на память все краски спектра.
Теперь различаю лишь белый, врача смутив.
Но даже ежели песенка вправду спета,
от нее остается еще мотив.
Как хорошо, что некого винить,
Как хорошо, что ты никем не связан,
Как хорошо, что до смерти любить
Тебя никто на свете не обязан.
Тогда, когда любовей с нами нет,
тогда, когда от холода горбат,
достань из чемодана пистолет,
достань и заложи его в ломбард.
Купи на эти деньги патефон
и где-нибудь на свете потанцуй...
Смотри без суеты
вперёд. Назад
без ужаса смотри.
Будь прям и горд,
раздроблен изнутри,
на ощупь твёрд.
Скушно жить, мой Евгений. Куда ни странствуй,
всюду жестокость и тупость воскликнут: «Здравствуй,
вот и мы!»
Это трудное время. Мы должны пережить, перегнать эти годы,
С каждым новым страданьем забывая былые невзгоды,
И встречая, как новость, эти раны и боль поминутно,
Беспокойно вступая в туманное новое утро.
Вот и прожили мы больше половины.
Как сказал мне старый раб перед таверной:
«Мы, оглядываясь, видим лишь руины».
Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.
Все будут одинаковы в гробу,
Так будем хоть при жизни разнолики!
Не в том суть жизни, что в ней есть,
но в вере в то, что в ней должно быть.
Его называли трутнем, судили за тунеядство, предавали гонениям, объявляли предателем. Да и по сей день отношение к Бродскому остаётся неоднозначным. Скажу больше. Пожалуй, ни один классик не имеет такого спектра разнополярных мнений читателей - от ненависти до возведения в культ, каким обладает личность Иосифа Бродского.
Однако не признавать его гения невозможно, несправедливо. Свидетельством тому - удивительная лирика поэта. Умная, тонкая, интеллигентная, непростая. Стоящая того, чтобы простить "окололитературному тунеядцу" ВСЁ.
Согласны?
СТИХОТВОРЕНИЕ, КОТОРОЕ ОЦЕНЯТ ВСЕ ДЕВУШКИ РОДОМ ИЗ СССР
ЭТИ СТРОКИ ВЫВЕРНУТ ДУШУ НАИЗНАНКУ
МАНДЕЛЬШТАМА УМОЛЯЛИ НИКОМУ ЭТО НЕ ЧИТАТЬ