Ну и прет из меня сегодня. Только что отправил статью, из-за которой Путин меня поджарит и сожрет, а мусульмане просто зарежут. Ну и ладно. Еще одну небольшую статью пишу. И ее основа – снова выпивка. А у меня сейчас ни в одном глазу. Обидно, но ничего, завтра поедем.
Застолье. Выпили, закусили, поговорили. Но какие же застолья, да без песен. И – понеслась! Сначала мужики:
- Ой, то не вечер, то не вечер,
- Мне малым мало спалось,
- Мне малым мало спалось,
- Ой, да во сне привиделось!
Не так давно эту песню исполнила, вроде бы, Пелагея. Не понравилось. Где-то переврала слова, и мелодию в одном месте не вытянула. И вообще, не женская это песня.
Уступаем место нашим женщинам. Они все разные, и в разных платьях, но мне кажется, что все они в русских платочках. И легкая грусть в их глазах.
- Что стоишь, качаясь,
- Тонкая рябина.
- Головой склоняясь
- До самого тына…
И вдруг после этого поют:
- Ридна маты моя, ты ночей не доспала,
- И водила мене у поля, край села,
- И в дорогу далеку ты мене на зори проводжала,
- И рушник вышиваный на счастье дала…
Тоже мужская песня, вроде бы, Гнатюк, но у наших женщин получилась. А мы что хуже? Еще налили и закусили. Поем по-украински:
- Роспрягайте, хлопци кони, та лягайте спочивать,
- А я пийду в сад зеленый, в сад криниченьку копать!
И для наших милых женщин, тоже по-украински:
- Маруся, ты Маруся, люблю я твою вроду,
- Люблю дивитися, люблю дивитися, як ты идешь по воду.
Идет все: русское и украинское. Стоп! Забыл, ведь уже это есть. Но не хоровая, сам пою.
- Вы шумите, шумите, надо мною бярозы,
- Колыхайте, нясите, свой напев вековый,
- А я лягу, прилягу, край гостинца старого,
- На духмяним прокосе непримятой травы…
И еще из Песняров. И снова надо наливать. Мужики, там у меня где-то литр чачи с Кавказа. Друг подарил, жена у него – грузинка. Стол у него на праздник был полон зелени. Я там даже чуть не стал молодым барашком за этим столом. И всего другого на этом столе хватало. Обожрался там, как тот самый волк из мультика. Щас спою для жены моего друга.
- Такой лазурный небосвод
- Сияет только над тобой,
- Тбилиси, мой любимый и родной!
- И Нарикала здесь стоит,
- Как память прошлых давних лет
- Твою главу венчая сединой,
- Тбилисо, мзиз дабардебис мхареро,
- Ушенод, сицоцхлец арминда,
- Садарис, скваганахале барази
- Садарис, чахара, мзацминда…
Если что перепутал, простите. Меня этой песне научил много лет назад мой учитель немецкого, он же – учитель пения. Старый, сильно пьющий интеллигент того времени. Коробов Борис Васильевич. Он любил меня, как родного. Однажды я, будущий инженер и аналитик, понял, что новые немецкие слова можно собирать из двух-трех, мне уже известных. И загнал результаты этого моего творчества в сочинение. Получил за это сразу три пятерки с плюсом, которые он тут же занес в свой журнал. А вот мой дружок, Вадик Вельб, из прибалтов, такого не заслужил, даже наоборот. Поэтому учитель наш подкрадывался к нему, как тигр, и спрашивал: ну что, профессор Вельб? И давал ему здоровенного щелбана по голове. А Вадик не обижался, знал, за что. Только потом долго чесал голову.
Куда же нам было тогда без настоящих песен? И не только на пьянке. Лайма Вайкуле и Леонтьев.
- На вернисаже как-то раз, случайно встретила я Вас…
Ансамбль “Ялла”.
- Учкудук, три колодца!
- Учкудук, светит солнце!
Муслим Магомаев, Анне Вески, Полад Бюль- Бюль- оглы.
Какие же сволочи нас разлучили?
Ухожу. Тяжело. И выпить нечего. Ну, ничего. Все завтра.