За окном, на отливе, сидела синица. Это было удивительно, потому что она не улетала и разглядывала нас через стекло. Ветер звонко сыпал снежную крупу, подтверждая, что лето будет не скоро.
- Это Манюня, подружка моя, - сказала Валентина Михайловна. - Она ждет сало.
- А откуда вы знаете, что это самочка? – спросил я.
- Я так думаю. Она похожа на девочку, - улыбнувшись ответила она.
Валентина Михайловне было 92 года и артрит не давал ей выходить из дома. Ей было тяжело что-то делать руками, и я помогал наладить ее быт. Она была необычным человеком. Разговаривала с птицами, часто прилетающих к ней, потому что знали, что их всегда здесь накормят. Валентина Михайловна очень любили природу и животных, совсем не любила людей и разговаривала с ними только по необходимости. Она была одинока и, казалось, не нуждалась в общении . Жила в своем замкнутом мире. Наши с ней отношения развивались сложно, но за два года мы привыкли друг к другу и могли поговорить.
Так случилось и на этот раз, когда я на кухне готовил постный борщ, случайно под клеенкой стола наткнулся на пожелтевший от времени свернутый лист бумаги. Совсем старый, исписанный выцветшими чернилами. Хотел спросить ее, что это за лист, может она забыла о нем, но случайно прочел кусочек текста. Это было письмо.
«…любимая моя Валюша, дорогой мой человек, мое солнышко. Как часто я вспоминаю, как мы с тобой гуляли вдоль Москвы- реки, в Васильевском, как там было красиво, как мы собирали липовый цвет на зиму и пчелы мешали нам, жжужали возле нас и ты боялась их, прижимаясь ко мне. Как же хорошо нам было тогда! Мы много смеялись, много говорили и строили планы на будущее, как мы замечательно будем жить… А теперь война, теперь боль и страдание. Мне часто бывает страшно и кажется, что больше не увижу тебя никогда. Не увижу любимых серых глаз, не ткнусь носом в твои мягкие волосы…»
Я не стал читать дальше и отнес Валентине Михайловне.
- Вот, тут письмо под клеенкой было, я случайно его нашел. Вы, наверное, забыли про него? Старое такое…
Валентина Михайловна посмотрела на меня долгим взглядом.
- Положите мне на тумбочку, пожалуйста. Вы прочли его? - спросила она.
- Нет, что вы! Только случайно, что попалось мне на глаза. Извините, но это получилось невольно.
- Не беда, Николай. Я знаю, что вы порядочный человек. Это старое письмо, еще из прошлой жизни. Я не забыла про него. Раньше часто перечитывала, теперь не могу больше, руки не слушаются.
- Это письмо с фронта? От мужа? – спросил я.
- Да, это письмо с войны… от мужа. – с трудом проговорила она.
- Прошу прощения, он не вернулся с войны?
Валентина Михайловна молчала… Я извинился еще раз и стал собираться.
…- Нет, - внезапно ответила она, - он не погиб и вернулся с войны…только не ко мне…
Я ошеломленно остановился на пороге…