Едва ли можно говорит о какой-то доказательной базе, когда под арестом оказываются женщины, обвиненные в колдовстве. В средневековой Англии крестьяне для защиты от ведьм зарывали в землю перед крыльцом дома «ведьмины бутылки», в которых были шпильки, булавки, самодельные куклы, даже разного рода моча. Эти бутылки якобы защищали от ведьм (это в просвещенной Европе!). Потом этот обычай был перенесен и в Новую Англию. Именно так было с осуждением салемских ведьм. Но даже в те глухие времена в расследовании вмешалась наука. Её всегда уместно было призвать на помощь, когда дело касалось члена семьи, в особенности — если это семья самого губернатора. В число ведьм попала его собственная жена.
Уильям Фипс был первым губернатором провинции Массачусестс-Бэй в 1692-1694 годах. В то время ему было 42 года. Они с Мэри Фипс своих детей не имели и усыновили мальчика Спенсера. Сам Фипс происходил из бедной семьи и не имел аристократического воспитания, однако проявил себя как талантливая и энергичная личность. Он стал мореплавателем, судостроителем, путешественником и даже нашел клад на затонувшем галеоне, в современных деньгах отцеживающемся примерно в 17 миллионов долларов!
В общем, слава о Фипсе гуляла и по европейскому и по американскому континентам. Монаршее покровительство и связь с влиятельной семьей Мэзер, богатство и рыцарский титул Фипс получил именно благодаря результатам своих открытий и кладоискательства (несколько человек ещё при его жизни публично обвиняли его в использовании колдовства в кладоискательстве). Его грубые манеры и отсутствие образования уже никого не волновали (ещё бы столько денег нашёл). В 1690 году он командовал колониальными войсками во время войны короля Вильгельма. В мае Фипс овладел Порт-Ройалом, но потом его постигла неудача при осаде Квебека, а его армию разбили французы. Однако военные ошибки не помешали ему стать губернатором целой провинции.
Судебный процесс по делу ведьм из Салема состояла именно при Фипсе. Довольно интересно, что некоторые доказательства, по нынешним временам диковинные, принимались на веру, а другие стали считаться ересью и фантазиями некомпетентных лиц. Так, недостоверным и нелепым доказательством сочли обращение к призракам. То есть колдуны и колдуньи были, а призраки, являвшиеся наиболее нервным очевидцам в зале суда, были признаны бредом.
